Если обратиться к деятельности Национального музея Второй мировой войны, который расположен в Новом Орлеане, то можно выделить ряд отличительных черт американского подхода к мемориальным событиям. Музей ежегодно проводит международную конференцию, которая посвящена переосмыслению ключевых эпизодов войны. Например, в 2024 г. в центре внимания оказалась 80-я годовщина битвы за Арденны — одного из наиболее символических и политически значимых событий для американской публики. Сегодня в США сформирована новая интерпретация сражения за Арденны: оно рассматривается не как военное поражение американских войск (что исторически ближе к истине), а как демонстрация стратегической стойкости и моральной выносливости американского солдата. Битва за Арденны подается как пример сопротивления, жертвы и освобождения. Она вплетена в нарратив о США как гаранте архитектуры современного мирового порядка, а также обосновывает моральное право США на формирование новой системы международных отношений.

Другим направлением переосмысления событий второй мировой войны представляется интерпретация битвы за Филиппины. Освобождение архипелага, действия морской пехоты США преподносятся как доказательства их особой роли в Азиатско-Тихоокеанском регионе. США не просто освободили Филиппины от японского милитаризма, а вернулись туда, заняв свою прежнюю геостратегическую позицию, что нашло отражение в официальной военной истории США (Leyte: The Return to the Philippines). В этих сюжетах США конструируют образ себя не просто как победителя, а как государство, которое «пишет» нормы поведения государств, обладает моральным авторитетом и правом на создание архитектуры безопасности в регионе. Сегодня память о таких событиях способствует продвижению интересов США в регионе под руководством Д. Трампа.

Активности, формируемые национальными музеями или президентскими библиотеками, играют центральную роль в институциональном хранении новых смыслов и популяризации памяти о Второй мировой войне. Постоянные экспозиции музея Второй мировой, например, «Дорога на Токио», «Дорога на Берлин» и др. последовательно воспроизводят события ключевых театров боевых действий и освещают роль работы американских граждан в тылу. Здесь мы сталкиваемся еще с одной уникальной чертой американского подхода к исторической памяти — высвечивание индустриальной мощи отдельных штатов, например, Огайо, как материальной основы победы.

Президентские библиотеки, особенно те, что связаны с фигурами Ф. Рузвельта, Г. Трумэна и Д. Эйзенхауэра, также играют ключевую роль в институционализации памяти и политике коррекции или исправления нежелательных моментов. Так, президентская библиотека Д. Эйзенхауэра в штате Канзас активно вовлекает американскую общественность мемориальные проекты, ежегодно проводя мероприятия, посвященные событиям высадки союзников в Нормандии (6 июня или D-Day). Особую роль в проектах играют выставки портретов участников этих событий. Президентская библиотека Ф. Рузвельта в штате Нью-Йорк специализируются на выставках дипломатических документов, которые посвящены отношениям Ф. Рузвельта с У. Черчиллем и И. Сталиным.

Библиотека Г. Трумэна в штате Миссури в 2020 г. открыла весьма спорную экспозицию, посвященную 75-летию атомных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. В рамках выставки были представлены новые документы, которые свидетельствовали о дебатах внутри американской администрации и о моральной дилемме. Однако особенностью экспозиции стало то, что ключевые документы о решении Г. Трумэна по поводу применения атомного оружия против Японии не демонстрировались, а доминировали черновые меморандумы. Это свидетельствуют о стремлении США скорректировать международный имидж, адаптируя исторический нарратив к требованиям публичной дипломатии, адресованной в адрес молодежи глобального Юга.

Другой подход в работе государства с будущей элитой США и зарубежных стран — создание интерактивных проектов. Например, в 2023 г. в Национальном музее Второй мировой войны было открыт павильон Liberation Pavilion, в котором представлены цифровые и визуальные инсталляции, воссоздающие ужасы концлагерей, фронтовых условий, разрушенных городов. Посетители взаимодействуют с экспонатами, используют технологии, чтобы услышать «голоса» персонажей из прошлого. Эти проекты направлены на формирование эмоциональный вовлеченности, что помогает сделать память актуальной, живой и доступной для молодежи, превращая события Второй мировой войны в неотъемлемую часть культурного кода США.

Однако самым эффективным способом сохранения памяти и требуемой интерпретации событий выступают, как известно, учебники по истории для школ и вузов. В США наиболее распространен учебник истории под названием The American Pageant, издаваемый в адаптациях для разных штатов. Глава о Второй мировой войне охватывает 30 страниц альбомного формата, из которых несколько абзацев или 5% содержат информацию, непосредственно связанную с Восточным фронтом и ролью СССР в разгроме нацистской Германии. Нельзя сказать, что американские учебники замалчивают вклад Советского Союза в разгром нацистской Германии. Нет, учебники упоминают события такие как Сталинградская битва, Курская дуга, блокада Ленинграда, взятие Берлина, однако больше внимания уделяется тем фронтам, которые США считают «своими», как например, операции в Азиатско-Тихоокеанском регионе или бои в Северной Африке. Американские учебники не несут себе русофобских тезисов, а отражают американский вариант образа войны, который подается через призму национального опыта и запроса.

Рассуждая об американской культуре памяти о войне, невозможно обойти вопрос о военных мемориалах, городских памятниках и проектах по исторической реконструкции, которые сегодня выступают значимыми инструментами коммеморативных практик. Центральное мемориальные пространство США — Национальная аллея в Вашингтоне, где расположены мемориал Второй мировой войны, мемориал Вьетнама, мемориал Корейской войны, а с 2021 г. — Национальный мемориал участникам Первой мировой войны. Во время памятных дата мемориалы «оживают» — туда приносят тысячи флагов, писем и фотографий. Например, Фонд друзей мемориала Второй мировой войны 8 мая и 2 сентября организует ежегодные торжественные церемонии с минутой молчания, почетным караулом и салютом. Такая форма открытой общественной памяти на фоне мемориального архитектурного пространства усиливает эффект преемственности, подчеркивает важность передачи исторического кода новым поколением.

На уровне штатов и городов установлены свои памятники. Часто центральная улица или площадь малых городах включает монумент с именами погибших во Второй мировой войне. В ноябре ветеранские организации проводят митинги памяти, читают списки павших, исполняют военные песни. Интересной формой локальной коммеморации стала «Стена почета» (Wall of Honor). На временных или постоянных стендах размещаются фотографии местных ветеранов с краткими биографиями, и жители могут найти портрет своих родственников. Это своего рода музеи под открытом небом, которые делают историю войны личной, эмоционально значимой и современной.

Отдельного внимания заслуживает мощное движение исторической реконструкции Второй мировой войны. Одна из старейших организаций — World War II Historical Reenactment Society, действующая с 1975 г. В штате Огайо проводится крупнейшая в США реконструкция высадки в Нормандии. Более 1 000 участников изображают бойцов союзников, используют десантные катера, пиротехнику, танки и самолеты. Это мероприятие одновременно представляет собой шоу, патриотический акт и образовательной платформу для школьников и студентов. В штате Иллинойс проходит ежегодный фестиваль WWII Days, на котором можно увидеть палаточные лагеря союзников и противников, выступление джазовых ансамблей времен Войны, реконструкции госпиталей и полевых сражений. Эти красочные мероприятия выполняют сразу несколько функций: они делают историю зрелищной, осязаемой, эмоционально увлекающей и, самое главное, вызывают причастность.

Значительная часть мемориальный культуры США о Второй мировой войне переместилась в цифровое пространство. Кроме известных постов высших должностных лиц в социальных сетях используется особая цифровая коммуникация через семейные истории простых американцев, что превращается в общественно значимый акт памяти. Президенты прикрепляют материалы о встречах с ветеранами, их наследниками, героями других военных компаний. Пространство под постом обозначается как место для воспоминаний, отсканированных писем или интервью.

Федеральные ведомства активно ведут мемориальную деятельность онлайн. Министерство обороны публикует исторические справки, портреты героев, подборки видео. Особую популярность набирает «дипломатия хэштега» Пентагона, например, хэштэги #WWWIIheroes или #GreatGeneration. Госдепартамент и посольства США также участвуют в подобной цифровой коммеморации, публикуя посты о сотрудничестве союзников и проводя информационную кампанию, например, через хэштег #CelebrateVEDay, который вовлекал аудиторию через публикацию в прямом эфире фотографии ликующей толпы на улицах Нью-Йорка в момент празднования Дня победы. Наконец, необходимо отметить цифровые акции различных активистов в интернете, которые помогают сохранить семейную память о войне. Различные паблики в социальных сетях посвящены обмену историй о семейных реликвиях Второй мировой войны. Самой известной инициативой можно назвать Honor Flight Network, на странице которой родственники публикуют фотографии ветеранов, которые отправляются в туры по США для посещения всех мемориалов о Второй мировой войне. Каждый август по инициативе Конгресса проводится известная акция Spirit of ‘45 Day, призванная чествовать поколение победителей: в социальных сетях появляются тысячи постов с одноименным хештегом, проводятся ежегодные конференции, чтобы подчеркнуть единство страны и выразить благодарность величайшему поколению или Great Generation, которое сумело победить нацистскую Германию.

Таким образом, социальные сети представляются неотъемлемой частью мемориальной культуры США, дополняя офлайн-церемонии и официальные коммеморации, что позволяет расширять аудиторию до глобальных масштабов. Однако современные цифровые коммеморативные практики и реконструкции имеют исторические корни. Чтобы понять, почему американцы сегодня активно обращаются к массовым мероприятиям памяти, необходимо обратиться периоду холодной войны, когда были заложены нарративы, которые определяют коллективную историческую память американского общества.

В период холодной войны США использовали память о Второй мировой войне как часть дипломатического и идеологического инструментария. Образы войны, ее итоги и послевоенное восстановление были трансформированы в стратегический нарратив, который закреплял глобальное лидерство США. В контексте противостояния с Советским Союзом американские лидеры использовали Вторую мировую войну, чтобы продемонстрировать технологическое превосходство США и подчеркнуть решающую роль американского народа в становлении индустриальной мощи страны. Этот подход особенно четко проявился в период администрации Д. Эйзенхауэра. Современные нарративы о Второй мировой войне, которые можно проследить в деятельности музеев, президентских библиотек и в официальных речах, были заложены именно в 1950-е гг. Тогда история войны систематически использовалась как инструмент внешнеполитического влияния и внутренней мобилизации американского общества.

В 1953 г. было создано Информационное Агентство США (USIA), которое занималась публичной дипломатией, включая обращение к памяти о Войне. США стремились убедить международную аудиторию, что именно они стали освободителями и архитекторами нового мирового порядка, а итоги Второй мировой войны предоставили Америке моральное право транслировать свои ценности и участвовать в перестройке Европы и Азии.

Информационное агентство выпустило около 11 тыс. кинолент для показа за рубежом. Эти материалы формировали нужный американскому правительству нарратив, адаптированный под внешнеполитические цели Вашингтона. Во-первых, США изображались как спаситель Европы. Например, в фильме «Тяжелые годы» (The Lean Years) показывались разоренные европейские страны и подчеркивалось, что именно США направляют туда пшеницу, технику, скот, иными словами, помогают восстановить разрушенный мир. Победа ассоциировалась с образом США как гуманитарной державы, которая несет ответственность за послевоенное восстановление. Во-вторых, Америка выступала как гарант демократии и основатель НАТО. В фильме «Альянс во время мира» (Alliance for Peace) рассказывалось о создании североатлантического альянса: 12 стран объединились, чтобы сохранить мир в Европе, что рассматривалась как логичное продолжение победы над нацизмом. В-третьих — это особенно важно — документальные фильмы демонстрировали технологическое превосходство США. Вторая мировая война трактовалась как вызов, который стимулировал стремительный скачок американского научно-промышленного потенциала. В фильме «Путешествие по Берлину» (Journey Across Berlin) зритель идет на экскурсию по восстановленному Западному Берлину, где американские заводы обеспечивали экономическую трансформацию города.

Эти фильмы и нарративы создавали устойчивую триаду исторической памяти США о Второй мировой войне: «освободители — создатели мира — технологические лидеры». Она легла в основу американской идентичности в послевоенном мире. США представляли себя не только как победителя на поле боя, но и как страну, взявшую на себя ответственность за формирование новой архитектуры мирового и европейского порядка. Сегодня этот нарратив трансформировался. Америка больше не апеллирует к войне как основанию глобального передела мира или Европы, но используют свой вклад в победу над милитаризмом Японии для обоснования стратегических инициатив в Азиатско-Тихоокеанском регионе, особенно в контексте противостояния с Китаем.

На каждом историческом этапе США заново выбирают тот или иной аспект коллективной памяти о Войне, чтобы применить его в решении актуальных политических задач. Многие нарративы о Войне не исчезли. Напротив, они были применены администрацией Рональда Рейгана, чтобы преодолеть последствия Вьетнамской войны. Администрация Р. Рейгана в 1980-х гг. стремилась преодолеть последствия «вьетнамского синдрома» — общественного кризиса, вызванного неудачной кампанией в Индокитае, моральной травмой и падением доверия к государству. Белый дом сознательно апеллировал к объединяющему образу Второй мировой войны, в особенности к образу «героического солдата». Знаковым моментом стало выступление Рональда Рейгана в Нормандии в 1984 г. на 40-летие высадки союзников. Он прославил «парней с Пуэн-ди-Ок» как воплощение американской доблести и мужества. Их образ стал символом героического стандарта, поэтому стало не важно, о какой войне идет речь. С этого момента образ «наших парней» стал универсальным героическим символом, применимым к ветеранам любой войны.

Экспертное окружение Рейгана выстроило новую стратегию памяти: не существует памяти об одной войне в изоляции от других. Все военные конфликты соединяются в единый национальный нарратив, где подвиг американского солдата остается центральным элементом, независимо от результата самой войны. Вьетнамские ветераны начали получать признание наравне с героями Второй мировой войны. В 1982 г. в Вашингтоне был открыт мемориал ветеранам Вьетнама. Впервые все 58 тыс. погибших американских солдата были официально увековечены и получили общественное признание. Это стало важным шагом в восстановлении общественного консенсуса: независимо от исхода войны, американские солдаты заслуживают честь, уважение и память. Именно поэтому, например, в 1991 г., после завершения первой иракской кампании по стране прокатились масштабные парады в честь возвращения войск — своеобразная компенсация за несостоявшиеся парады в честь возвращения американских войск из Вьетнама. На парадах рядом шли ветераны Второй мировой войны, Корейской и Вьетнамской войн. Преемственность военных поколений стала важной темой в общественном дискурсе США. В 2017 г. президент Трамп учредил новую памятную дату — День ветеранов Вьетнама (29 марта), которая официально признавала заслуги всех участников войны. Учреждение этой даты стало логическим продолжением процесса интеграции различных конфликтов в единую мемориальную культуру США.

Таким образом, в США была выстроена единая коллективная память о всех вооруженных конфликтах, в которых участвовала страна. С одной стороны, образ Победы как идеал национального триумфа и морального превосходства, с другой — образ жертвы как осознание трагизма войны, но уважения к каждому, кто носил военную форму. Эти два аспекта коллективной памяти американцев переплетаются в мемориальных церемониях. Особенно ярко это проявляется в День поминовения, когда президент США возлагает венок к могиле неизвестного солдата, а в почетном карауле солдаты одеты в форму разных эпох и войн — от Войны за независимость до кампаний в Афганистане и Ираке.