Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 16, Рейтинг: 2.25)
 (16 голосов)
Поделиться статьей
Анатолий Николаев

Д.биол.н., доцент, ректор Северо-Восточного федерального университета имени М.К.Аммосова, член РСМД

О глобальных тенденциях в развитии системы высшего образования в России и трансформациях Северо-Восточного федерального университета за последние 10 лет, особенностях конкуренции на внутреннем и зарубежных образовательных рынках, участии университета в развитии международного сотрудничества в Арктике рассказал в интервью для РСМД д.биол.н., ректор СВФУ, член РСМД Анатолий Николаев.

О глобальных тенденциях в развитии системы высшего образования в России и трансформациях Северо-Восточного федерального университета за последние 10 лет, особенностях конкуренции на внутреннем и зарубежных образовательных рынках, участии университета в развитии международного сотрудничества в Арктике рассказал в интервью для РСМД д.биол.н., ректор СВФУ, член РСМД Анатолий Николаев.

Как вы оцениваете развитие российской системы образования в течение последних 10 лет? Какие основные ошибки и достижения Вы можете отметить?

Если взять последние 10 лет, в целом, было достаточно много преобразований. В первую очередь, я хотел бы отметить, что для всех университетов нашей страны произошел тотальный переход на Болонскую систему образования. То есть из года в год мы работали в системе государственного образовательного стандарта, готовили специалистов. И вдруг у нас появилась двухуровневая система обучения, разделенная на бакалавриат и магистратуру. Всем вузам пришлось перестраивать всю систему обучения студентов. Кроме того, у нас появился новый «Закон об образовании», и это тоже внесло некоторые коррективы в нашу деятельность. Если раньше мы говорили о том, что аспирантура входила в сферу научной деятельности, то по новому закону это стало третьей ступенью высшего образования; и нам тоже пришлось перестраиваться под новую систему. Помимо этого, появились определенные программы поддержки университетов, одно из важных достижений, но не за последние 10 лет, а за 15. Появились определенные типы университетов, таких как наш — федеральные. Появились опорные университеты, университеты — участники проекта «5-100». Это была важная мера трансформации университетов и достижения определенных показателей, мера повышения уровня их конкурентоспособности не только в системе образования в нашей стране, но и во всем в мировом пространстве.

За последние 10 лет университеты стали центром притяжения научной мысли, начали создавать большое количество научных лабораторий, привлекать людей, которые делают прорывы в науке. Университеты стали не только научно-образовательными, но и крупными экспертно-аналитическими центрами; центрами воспитания молодёжи и т.д. Появились определенные механизмы мониторинга деятельности университетов, мы сейчас отвечаем определенным критериям, которые предлагает федеральное министерство. Чтобы быть конкурентоспособными, мы должны определять свою степень влияния на работу системы высшего образования за счет таких факторов, как средний балл ЕГЭ при поступлении, возможность зарабатывания денег благодаря научной деятельности, привлечение других внебюджетных источников. Сюда входит и трудоустройство наших выпускников. Мы не просто готовим кадры — университет заинтересован в их трудоустройстве, и в течение трех лет мы осуществляем мониторинг профессиональной деятельности наших выпускников. В советское время был Госплан, действовало государственное распределение выпускников — мы готовили специалистов, а государство распределяло их по всей стране. Сейчас мы взаимодействуем с работодателями напрямую, стараемся способствовать карьерному росту наших выпускников.

Были достижения, связанные с проектами РНФ, мегапроектами, специализированными программами поддержки вузов. Мы начали трансформировать и модернизировать свою структуру, создавать новые лаборатории, новые точки притяжения для студентов и для сотрудников. Сейчас перед нами большой пласт работы, развиваются такие системы как «образование через всю жизнь», ДПО, курсы повышения квалификации. Мы делали это и раньше, но сейчас это стало одним из приоритетов, который показывает состоятельность университета — не только учить студентов, но и курировать их дальнейшую работу и дальнейший рост на протяжении всей жизни.

Что касается научных публикаций, если взять наш университет, 10 лет назад публикаций в ведущих цитируемых базах данных, таких как Web of Science и Scopus, было мало. И планомерная работа в течение последних 10 лет привела к тому, что у нас в разы увеличилась публикационная активность. Если, например, 10 лет назад у нас было 20¬–30 публикаций на весь университет, то сейчас доходит почти до 700 публикаций в год, из них где-то 150–160 только в первом и втором квартилях. СВФУ не гонится за количеством публикаций, мы отмечаем в первую очередь качество. На чём это сказывается? Для участия в некоторых проектах эксперты смотрят на публикационную активность и на уровень наших сотрудников. Здесь мы видим, что индексы цитируемости повышаются. И это привело к тому, что мы в последние годы стали выигрывать и мегагранты, и проекты РФФИ. Сейчас начали выигрывать проекты РНФ; мы выигрываем и их хоздоговора, выиграли поддержку по государственному заданию нашего федерального министерства. Считаю это хорошим результатом. Если бы мы не заложили основу 10 лет назад, сейчас этого могло и не быть. Мы сейчас динамично продвигаемся в рейтингах, входим в 30-ку лучших вузов России. Если вузов где-то около 800, а вместе с филиалами и другими вузами — больше тысячи, нахождение в 30-ке считаю хорошим уровнем. Мы начали попадать и в рейтинг «Impact Rankings», и в прошлом году впервые попали в основной рейтинг «THE». Это показывает и уровень, и узнаваемость нашего университета. Студенты, которые рассматривают наш университет, всегда смотрят на наш уровень, где мы находимся, смотрят на наши достижения и после этого определяют — останавливать ли свой выбор на СВФУ и приезжать ли к нам учиться. Это тоже результаты планомерной работы — без нее, возможно, студентов из других регионов и из других стран было бы намного меньше.

Не думаю, что за последние 10 лет были совершены какие-то грубые ошибки. Университеты — это большая динамичная система, и на многие резкие государственные изменения они всегда очень быстро реагируют, потому что, если стандарт поменялся, значит, система тоже должна поменяться. Должны произойти структурные и институциональные изменения. Когда работаешь с большим коллективом в несколько тысяч человек, изменения не всегда происходят быстро. Возможно, иногда принимаются не совсем правильные решения, но они быстро корректируются.

Когда мы были преобразованы в федеральный вуз, нам выделяли хорошие финансовые средства для того, чтобы мы открывали новые лаборатории, но некоторые из них не «выстрелили», не достигли тех результатов, которые мы ожидали. Была нехватка кадров, мы не успевали вовремя освоиться и подготовить их целенаправленно для этих лабораторий. Некоторые мы не успевали полностью обеспечить необходимым оборудованием, что тоже не способствовало достижению поставленных целей. Это не были грубые ошибки — просто не укладывались вовремя. Мы не останавливаемся, идем вперед и постоянно развиваемся. Продолжается подготовка кадров, и в течение ближайших 3–5 лет мы достигнем поставленных целей.

Какие факторы будут определять траектории развития высшего образования в России и в мире на ближайшую и долгосрочную перспективы?

Университет — большая своеобразная структура, практически как корпорация, с очень разветвлённым функционалом (образовательным, научным, инновационным, воспитательным, социальным и аналитическим). Такой фактор как пандемия коронавируса стимулировал вузы к внедрению новых цифровых технологий. Больше года назад все университеты, следуя буквально одному приказу, перешли на дистанционное обучение. Это показало, что мы в любом случае должны внедрять новые технологии. С одной стороны, это был для нас вызов, с другой — вузы научились друг с другом дружить, кооперироваться, открывать новые грани взаимоотношений. Мы открыли доступ к своим образовательным программам, наши партнеры — к своим. Таким образом, вузы обогатили друг друга. Пандемия поставила вопрос о том, насколько же наши технологии, наши структуры, лаборатории, кабинеты и аудитории готовы к новым цифровым вызовам. Мы эти технологии оцениваем с точки зрения того, что нам придется наши возможности улучшать, модернизировать. Если взять систему образования в целом, сейчас очень много говорят о том, что будут внедряться цифровые технологии в работе со студентами при приеме новых абитуриентов, запуске сетевых программ между университетами, внедрении гибридных технологий. Все это, чтобы часть наших студентов могла сидеть в аудитории, часть — в других местах. Кто-то может проходить стажировку в другом городе, подключаться и учиться в режиме реального времени. Такие технологии будут внедряться, и каждый университет оставляет за собой выбор, как именно он будет внедрять цифровые технологии в свой образовательный процесс.

Когда в 2019 г. я проводил совещание актива СВФУ, я сказал, что такие технологии мы будем внедрять, и они будут занимать не более 20% образовательного процесса. Потому что университет — это не просто транслятор знаний. Вуз — это определенная университетская среда, где человек не только получает знания, но и вырастает как личность. В этом плане мы будем трансформировать работу нашего профессорского состава, модернизировать работу со студентами, открывать новые точки притяжения, пространства для того, чтобы активность студентов была получала максимальную поддержку и была подкреплена разнообразными мероприятиями и проектами.

Сейчас университет будет активнее применять дистанционные технологии. Для СВФУ это особенно важно, так как он находится в нескольких тысячах километров от других федеральных центров, где есть сильные вузы. Новые технологии дают нам возможность открывать вместе с ними совместные сетевые программы. Мы можем в режиме реального времени работать с нашими коллегами, вместе с ними образовывать консорциумы, работать в единой базе данных, проводить аналитику многих образовательных процессов.

Университет — среда, которая создает окружающий мир. Мы готовим кадры, которые получают не только диплом, но и навыки, знания, формулируют желания и формируют мировоззрение, чтобы изменить мир вокруг себя. Наши выпускники в будущем будут определять изменения, направления трансформации, модернизации, улучшения качества жизни в макрорегионе. Университет — это не просто место, куда приходят, садясь за парту, учиться. Университет сейчас является той организацией, которая предоставляет больше возможностей для работы с молодыми людьми. Кроме того, вуз должен быть самодостаточным, то есть важна коммерциализация инноваций. Это могут быть и новые материалы, научные достижения, технологии. Мы должны это вырабатывать и внедрять. Насчет долгосрочных перспектив, я за то, чтобы, в целом, пласт университетов вырос. Рынок показывает, что мы не можем диктовать будущим абитуриентам поступать в тот или иной вуз — они все равно выбирают тот вариант, который считают лучшим для себя. То есть если мы не будем трансформировать и улучшать наш университет, мы можем просто не выдержать конкуренцию. Необходимо постоянно развиваться, генерировать новые идеи, раскрывать новые грани университета для того, чтобы быть привлекательным вузом для будущих абитуриентов. Таким образом, произойдет дифференциация. Кроме того, еще более вырастет конкуренция. Конкуренция в долгосрочном плане ужесточится не только между региональными вузами, она увеличится и между вузами страны. И если повысится академическая мобильность студентов, которые будут более свободно перемещаться между странами, то мы будем конкурировать еще и с вузами других стран. Нам нужно сделать определенный рывок для того, чтобы выдержать эту конкуренцию в долгосрочной перспективе.

Какие меры необходимы для повышения конкурентоспособности российских университетов на международном образовательном и научном рынках?

Необходимы меры со стороны федерального центра. Мы иногда не можем взять и трансформировать свой вуз, так как имеем ограниченные финансовые средства. Очень хорошо, что в 2010–2011 гг. мы получили достаточное финансирование, когда стали федеральным вузом. Это стало отправной точкой преобразования нашего университета. Мы стали сильным и узнаваемым вузом только благодаря этой помощи в рамках программы создания федеральных университетов. Ту же поддержку получили НИУ, опорные вузы, потом появилась программа «5-100», после которой появились ведущие университеты-драйверы, которым выделяли финансовые средства, чтобы они попали в Топ-100 вузов ведущих рейтинговых агентств. Я думаю, что сейчас идет трансформация этого проекта, предполагается также открытие проекта «Приоритет 2030», и там будут выбраны 100 или чуть больше вузов-претендентов на получение базового финансирования. Кроме того, приоритетное финансирование получат около 30 вузов, может чуть больше — зависит от заявки и конкурса. Мы хотим попасть в Топ-30 университетов, чтобы получить приоритетное финансирование. Это большие финансовые средства, и, получив эту поддержку, мы сможем выполнить те задачи, цели, ту миссию, которую мы перед собой поставили.

Наша миссия — подготовка персонала для работы на Севере. У нас амбициозные цели, выстроенные вокруг Целей устойчивого развития человечества, которые основаны на развитии и улучшении качества жизни именно в экстремальных условиях. При поддержке региональных властей, при хорошей оценке экспертов, мы надеемся, что есть очень большая вероятность попасть в эту программу. С одной стороны, там будет дифференцированный подход — может быть, приоритетным направлением будет выбрано научное. В целом эта программа, в отличие от «5-100», будет ориентирована на то, чтобы вузы стали драйверами развития макрорегионов. Надеюсь, что расположение нашего университета, его влияние и работа показывают, что эти требования мы выполняем. Очень надеемся на участие в этой программе. Наша задача — оказаться конкурентоспособными в глобальном мире. Для этого мы реализуем проекты и мегапроекты, выполняем госзадания федерального министерства, повышаем квалификацию наших сотрудников. Думаю, это обеспечит нам победу в таких проектах. Мы надеемся, что наши идеи будут поддержаны, и на этом направлении у нас будет хорошее и динамичное развитие.

Чем опыт СВФУ в интернационализации различных аспектов функционирования университета может быть интересен другим вузам?

Это для нас, как для университета, находящегося на краю Земли, сложный вопрос. В начале интервью я говорил, что лет 10 назад у нас был совсем другой университет. У нас обучалось всего несколько десятков иностранных студентов. На данный момент мы расширили свои возможности и студентов из-за рубежа увеличилось в разы, хотя до некоторых ведущих университетов мы пока не дотягиваем. У ряда ведущих университетов — тысячи иностранных студентов. Учитывая наши климатические условия и удаленность от центра, то, что у нас сейчас обучается более 500 студентов, — это хорошее достижение. В первую очередь, мы социально ориентированы. Постоянно уделяем иностранным студентам внимание, оказываем помощь в любой ситуации. Мы модернизируем наши образовательные программы. Был такой момент, когда около 30–40 преподавателей медицинского института прошли языковые курсы. Сейчас у нас есть две группы студентов, которые полностью обучаются на английском языке. Мы сами принимаем вызов — работать с иностранными студентами, меняемся и переформатируем образовательный процесс. Что касается рекрутинга, у нас сильный предмет «Русский как иностранный», и кафедра филологического факультета очень помогает при работе с нашими партнерами из других стран. Они регулярно выезжают с языковыми курсами к нашим партнерам и там осуществляют рекрутинг иностранных студентов, чтобы они заинтересовались нашим университетом и приехали к нам учиться. Хорошо поставлена работа по запуску сетевых программ. Сейчас, например, открыты программы с несколькими французскими университетами, университетом Хоккайдо. Мы также планируем открыть сетевую программу с Харбинским политехническим университетом, совместно с университетом в Хэцзе запустить программу по медицине. Будем повышать квалификацию наших сотрудников. Через сетевые программы, через рекрутинг наших будущих студентов, через влияние нашего университета, через партнеров и наших коллег мы становимся узнаваемыми, и студенты к нам приезжают. Уникальный опыт заключается в том, что, когда студенты сюда приезжают, они видят, какие здесь внешние условия. В первую очередь они смотрят на местоположение Якутска. Больше всего всех шокирует климат. Когда они видят, что температура может быть -50 – -60 градусов, зима длится восемь месяцев, а снег не тает, они пугаются. Студенты, которые приехали до них, посредством неформального общения рассказывают о том, что здесь хорошо работают с иностранными студентами, что тут не только интересно учиться, но и комфортно жить в общежитиях. Мы регулярно проводим для студентов мероприятия, создан клуб «NEFU International», в котором мы узнаем о культуре разных стран, рассказываем о культуре России и нашего региона, постоянно обогащаем знания. Университет никогда ни одного иностранного студента в беде не бросит. В любой ситуации мы вместе находим выход, благодаря нашим возможностям через консульства, посольства, ассоциации и международные организации. Студент чувствует себя защищённым. Положительный момент в том, что студенты, которые заканчивают у нас бакалавриат, остаются учиться в магистратуре и аспирантуре. Вот иностранный пример: я — научный руководитель одной студентки из КНР, которая закончила магистратуру и сейчас обучается в аспирантуре. Прошлый год получился скомканным, но через видеоконференцсвязь мы динамично работаем, пишем статью. То есть обеспечиваем условия для выполнения всех требований по публикациям для выхода на защиту.

Какие задачи ставит перед собой СВФУ в рамках арктической повестки? Какой вклад он вносит в развитие международного сотрудничества в Арктике?

В силу своей специфики, своего особенного географического положения, мы работаем на Арктику. Если взять территорию ответственности нашего университета, получится около половины арктической сухопутной территории нашей страны. Это 13 улусов и Чукотский автономный округ, где находится наш филиал. Это более двух млн кв. км — достаточно большая и малонаселенная территория со своей спецификой и условиями. Получается, наш университет дает специальные навыки для работы в Арктике, разрабатывает программы для малокомплектных школ и поддерживает молодёжь, въезжающую туда.

Сейчас из 19 тыс. студентов 6 тыс. могут работать в Арктике, потому что их профессия может быть в той или иной мере связана с этим регионом. Кроме того, когда я работал директором Института естественных наук, мы открыли совместные программы с Университетом Экс-Марсель по геоматике. Есть и магистратура по программе «Специалист по Арктике», совместная с Университетом Хоккайдо. Юридической факультет открыл программы по правовым вопросам Арктики. Это по образовательной части. По научной части мы с коллегами плотно работаем на территории Арктики. Если взять тех же мамонтов, мы работаем с нашими корейскими коллегами и с коллегами из ЕС, а также с ведущими вузами нашей страны. Почти 90% останков мамонтовой фауны находятся на территории Якутии, и наш университет является ведущей научно-образовательной организацией, которая вносит большой вклад в изучение мамонтовой фауны.

Наверное, пока нет университетов, которые планировали бы в ближайшее время сделать клон мамонта. Это звучит как что-то из разряда фантастики, но мы серьезно над этим работаем — открыты специализированные центры, лаборатории, которые занимаются исследованиями в этой сфере. Сформирован очень молодой коллектив, который также работает на высоком уровне. Сейчас занимаемся и здоровьем жителей Арктики — открыты лаборатории по мониторингу и изучению генетических заболеваний, а также лаборатории, ориентированные на создание новых материалов для Арктики, для экстремальных условий этого региона. Кроме того, наш университет является членом Ассоциации университетов Арктики, совместно с другими университетами мы проводим научные исследования. Сейчас СВФУ стал инициатором федерального проекта по сохранению культуры и языков народов Арктики, который станет основным в период председательства России в Арктическом совете. Это, думаю, демонстрирует высокий уровень влияния нашего университета в арктических исследованиях. Совсем недавно СВФУ стал сопредседателем АТУРК. Мы — держатели исследований, направленных на Арктику. Университет — большая структура, которая не только готовит кадры, но занимается наукой и инновациями в Арктике.

Совсем недавно Республика сделала проекты по комплексным исследованиям. По пяти экономическим зонам университет выиграл конкурс. Я был руководителем именно комплексных исследований, которые проводились на территории всех 13 арктических улусов.

Были проведены комплексные исследования по биоразнообразию, геологии, географии, здоровью населения, социологии. Сделаны рекомендации по развитию Арктического региона.

Я считаю, что вклад нашего университета в развитие Арктики можно назвать большим не только на уровне региона, но и на мировом уровне.

Видео

Оценить статью
(Голосов: 16, Рейтинг: 2.25)
 (16 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся