Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 5)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Чихачев

Аспирант СПбГУ, эксперт РСМД

Одним из важнейших лейтмотивов программы Э. Макрона стало желание по-новому сориентировать европейскую политику Франции. Президент пока стремится зарекомендовать себя убеждённым европеистом — даже большим, чем того требует французская внешнеполитическая традиция. Он с немалым энтузиазмом отстаивает идеалы единой Европы, считая необходимым решать накопившиеся проблемы Евросоюза с помощью разнообразных нововведений.

Для того чтобы заново утвердить место Пятой Республики в Европе, Э. Макрону придётся поддерживать заданный темп на всём протяжении мандата. Показателем успешности на этом пути будет служить умение не только выдвигать всевозможные инициативы, но и доводить их до конца, гарантировать их «французское» звучание во всём Евросоюзе. В противном случае Э. Макрон так и не решит главной дилеммы европейской политики Франции и, укрепляя интеграционное объединение в целом, будет всё в большей степени размывать «национальное» начало, столь дорогое французской дипломатии.

Исследование проблемы преемственности французского дипломатического курса всегда требует анализа состояния дел по региональным направлениям, имеющим особую значимость для Парижа. Такой подход позволяет найти конкретные проявления внешнеполитических установок очередного главы государства, выявить наиболее яркие примеры, свидетельствующие о цельности практикуемой доктрины. Данный приём хорошо известен в отечественном франковедении: в аналитических целях внешнюю политику Франции делили на региональные направления Ю. И. Рубинский [1], Е. О. Обичкина [2], Т. В. Зверева [3] и мн. др. Региональный подход выдерживается в основополагающих документах (например, в Белой книге по обороне и национальной безопасности 2013 г. [4]) и всё ещё свойственен структуре французского МИД, где территориальные департаменты соседствуют с функциональными.

В 2017 г. интерес к отдельным направлениям внешней политики Франции также закономерен. Готовя апрельский доклад «Дипломатическая повестка нового президента», исследователи Французского института международных отношений (IFRI) уделили внимание не только сквозным сюжетам (безопасность, миграции, климат и т.д.), но и присутствию Франции в отдельных регионах мира. За четыре месяца с момента прихода к власти Э. Макрон успел обозначить собственное восприятие некоторых региональных досье, оставив по ним показательные комментарии или уже предприняв заметные шаги.

Французская дипломатия привыкла проявлять инициативу сразу в нескольких регионах мира — в Европе, Африке, на Ближнем Востоке, однако исторически отношения именно с европейскими соседями получали высший приоритет. С запуском интеграционного процесса на континенте в начале 1950-х гг. Париж был вынужден решать для себя дилемму «наднациональные институты–национальные государства», сделав выбор на долгосрочную перспективу при Ш. де Голле (1958–1969 гг.). Воззрения отца-основателя Пятой Республики диктовали ориентацию на межправительственный подход («Европу отечеств») и скептичное отношение к общим институтам там, где государство может справиться самостоятельно. Вместе с тем голлистский подход совсем не отрицал укрепление Европы как таковой, считая её ключевым инструментом проекции мощи самой Франции в будущем многополярном мире. Этот парадокс особенно чувствовался в 1990–2000-х гг., когда французское руководство, стимулируя всё большее укрепление единой «Европы-державы» в новых реалиях, сталкивалось с тем, что голос их страны в общем хоре слышался уже не так отчётливо, как полвека назад.

Между тем как раз желание по-новому сориентировать европейскую политику Франции стало одним из важнейших лейтмотивов программы Э. Макрона, актуальных и сейчас во время его работы на посту президента. Увязывая перемены, предлагаемые им для своей страны, с изменениями во всём Евросоюзе, он склонен считать, что «место, где образуются средства нашей мощи…, место нашего суверенитета сегодня это Европа».

О будущем ЕС

Э. Макрон пока стремится зарекомендовать себя убеждённым европеистом — даже большим, чем того требует французская внешнеполитическая традиция. Он с немалым энтузиазмом отстаивает идеалы единой Европы, считая необходимым решать накопившиеся проблемы Евросоюза с помощью разнообразных нововведений. Так, в сфере обороны и безопасности он уже предложил двинуться дальше по пути создания общеевропейских вооружённых сил, снабдить их соответствующим фондом и усилить полицейское сотрудничество; в сфере экономики и финансов — создать отдельный бюджет Еврозоны, внимательнее отслеживать иностранные инвестиции в экономику ЕС и поддержать малый бизнес и стартапы; по общим институтам — сформировать самостоятельный «Совет безопасности ЕС», ввести пост «министра экономики и финансов еврозоны», учредить для неё же особый парламент. При этом французский президент считает возможным выделение неформального авангарда стран, дальше всех продвинувшихся по пути интеграции, тем самым в очередной раз воскрешая концепцию Европы «разных скоростей».

Об отношениях с отдельными странами Европы

Здесь обходится без сюрпризов: ключевым партнёром Э. Макрон считает Германию, тандем с которой традиционно должен стать мотором всего Евросоюза. В качестве первого показательного успеха было преподнесено заседание двустороннего совета министров (13 июля), по итогам которого объявлено о пакете договорённостей в разнообразных сферах от климатических вопросов до разработки новых систем вооружений. Несмотря на это, канцлер ФРГ А. Меркель пока не спешит всецело разделить энтузиазм своего собеседника, осторожно ставя успех совместных проектов в зависимость от внутриэкономической политики французского руководства и оглядываясь на выборы в Бундестаг.

Дополнительные точки опоры для своего европейского курса Э. Макрон ищет и на других флангах ЕС: в августе всего за несколько дней он переговорил с главами Австрии, Чехии, Словакии, Румынии и Болгарии. Вместе с тем практически нет прогресса в отношениях с главными «возмутителями спокойствия» — Польшей и Венгрией, которых французский президент уже неоднократно упрекал в недостаточной солидарности с Союзом (и попадал под огонь ответной критики). Не хочет забывать Э. Макрон и о средиземноморских странах, обычно дружественных Франции, оказав поддержку Испании после теракта в Барселоне (17 августа) и отметив усилия правительства Греции в проведении реформ.

О европейской безопасности

Пока Э. Макрон так и не предложил какого-либо совершенно нового проекта архитектуры европейской безопасности. На все возможные внешние угрозы его первым ответом остаётся евроинтеграция: «Европейский союз — лучшая гарантия мира на континенте». Между тем, хотя он и показывает себя сторонником усиления европейской оборонной идентичности, целесообразность существования НАТО и полноценного французского членства в нём под сомнение не ставится. По инициативе первого лица символическое подтверждение союзнических обязательств даже стало сюжетом главного национального праздника 14 июля, на который был приглашён президент США Д. Трамп. На ежегодной конференции послов (29 августа) глава государства высказался однозначно: в сегодняшних условиях Альянс имеет все основания функционировать дальше, и на следующих саммитах представится возможность ещё раз поразмышлять о его совершенствовании. Вместе с тем из системы европейской безопасности Э. Макрон не склонен исключать и Россию: обсуждение соответствующих сюжетов на двустороннем уровне выглядит более интенсивным, чем в 2014–2016 гг.

Приход Э. Макрона к власти вызывал определённые надежды в том, что касается урегулирования ситуации на Востоке Украины, придания новой динамики «нормандскому формату». Какое-то время в СМИ даже циркулировала т.н. формула Макрона, правда, до сих пор лишённая сколь-либо очевидного содержания. В этом плане французскому президенту скорее необходимо проверить работоспособность диалога, налаженного ещё при его предшественнике. Как отмечает Т. Становая, в отличие от Ф. Олланда, которому «нормандский формат» был важен сам по себе, Э. Макрона интересует в первую очередь результат: без заметного прогресса по украинскому досье он легко согласится на переосмысление переговорного процесса.

За считанные месяцы пребывания у власти Э. Макрон подтвердил приоритетность европейского направления внешней политики Франции. Правда, для того чтобы добиться своей цели и заново утвердить место Пятой Республики в Европе, президенту придётся поддерживать заданный темп на всём протяжении мандата. Показателем успешности на этом пути будет служить умение не только выдвигать всевозможные инициативы, но и доводить их до конца, гарантировать их «французское» звучание во всём Евросоюзе. В противном случае Э. Макрон так и не решит главной дилеммы европейской политики Франции и, укрепляя интеграционное объединение в целом, будет всё в большей степени размывать «национальное» начало, столь дорогое французской дипломатии.

1. Рубинский Ю. И. Франция. Время Саркози. – М.: Международные отношения, 2011. – С. 253-312.

2. Обичкина Е. О. Внешняя политика Франции от де Голля до Саркози (1940-2012): Научное издание / Е.О. Обичкина. – М.: Аспект Пресс, 2012. – 383 с.

3. Зверева Т. В. Внешняя политика современной Франции: Монография / Т. В. Зверева. – М.: «Канон+» РООИ «Реабилитация», 2014. – 344 с.

4. Livre blanc 2013 sur la défense et la sécurité nationale. – Paris : Direction de l’information légale et administrative, 2013. – P. 47-68.

(Голосов: 8, Рейтинг: 5)
 (8 голосов)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся