Комментарии экспертов РСМД

Георгий Толорая: Северная Корея – ключ к АТР

26 Сентября 2012
Распечатать
Поделиться статьей


Г.Д. Толорая, руководитель Управления региональных проектов Фонда «Русский мир»,

директор корейских исследовательских программ Института экономики РАН.



 



17 сентября Россия и КНДР подписали соглашение об урегулировании северокорейского долга перед Россией в размере 11 миллиардов долларов. С чем связано прощение долга Россией Северной Корее? Почему это произошло именно сейчас?



Эта новость, по сути, новостью не является. Договоренности о таком формате решения проблемы были достигнуты еще в 2011 году, об этом неоднократно сообщалось.



Соглашение подписано, но процесс еще не завершен, потому что оно должно быть ратифицировано. Так что внимание к этой проблеме носит несколько искусственный характер, учитывая, что многим другим странам мы простили долги еще в 1990-е годы. По такой же схеме был урегулирован вопрос с Монголией, Вьетнамом. Проблема заключалась в том, что в 1990-е годы у России с Северной Кореей были весьма натянутые отношения. К тому же Северная Корея заявила, что не собирается возвращать деньги, поскольку предоставленные СССР кредиты шли на укрепление обороноспособности социалистического лагеря, то есть были выделены самим СССР. Только после встречи Ким Чен Ира, тогдашнего руководителя КНДР, с Владимиром Путиным в 2000 году нам удалось поднять этот вопрос, включить его в совместную декларацию, и северокорейцы согласились начать переговоры. Откровенно говоря, в то время позиции сторон слишком сильно различались. Корейская сторона говорила, что готова обсуждать этот вопрос, но платить ничего не собирается, а российская сторона ссылалась на обязательства перед Парижским клубом. На мой взгляд, особой заинтересованности, во всяком случае, у Министерства финансов в урегулировании этой проблемы в тот период не было, поэтому этот вопрос так долго и висел. После встречи Дмитрия Медведева с Ким Чен Иром в августе 2011 года было, наконец, принято решение закрыть эту проблему, так как сложившаяся ситуация стала мешать осуществлению многосторонних проектов на Корейском полуострове, развитию отношений с Северо-Восточной Азией и реализации заявленной Россией стратегии по продвижению на Восток.



Я считаю, что эта договоренность по своей сути весьма выгодна российской стороне, поскольку мы не просто списали долги. Надо понимать, что часть задолженности в размере 11 миллиардов долларов как бы немного искусственна: это начисленные проценты. Фактически КНДР получила меньше средств. Тем не менее северокорейцы согласились с этой цифрой, согласились с курсом пересчета переводного рубля. Эта цифра была согласована достаточно давно, так же, как и схема погашения. Схема состоит в следующем: 90% долга списывается, а эквивалент в миллиард сто долларов поступает в банк КНДР на специальные счета. Средства с этих счетов могут использоваться Северной Кореей только для инвестиций в образовательные, гуманитарные, лингвистические проекты. В конечном счете, от северокорейцев зависит, когда и на какие проекты направить средства. При этом Россия приобретает определенные права на эти инвестиции. Зная северокорейцев, можно предположить, что будут попытки увязать решение данной проблемы с получением дополнительной помощи. Например, северокорейцы скажут: «Мы хотим построить за счет этих средств госпиталь. Мы оплачиваем строительство, а вы, пожалуйста, поставьте оборудование, закупите лекарства». Это условный пример, дающий понять, как могут развиваться события. Так или иначе, главное – этот вопрос урегулирован и больше не препятствует развитию не только двустороннего, но и многостороннего сотрудничества.



Георгий Давидович, Вы упомянули, что прощение долга Россией открывает нашей стране путь к решению многих вопросов в Северо-Восточной Азии. О каких вопросах идет речь? Как решение по долгу Северной Кореи может сказаться на расстановке сил в АТР в целом?



Отмечу, что сейчас в Северной Корее происходят очень интересные процессы, связанные с приходом нового руководителя, молодого сына бывшего вождя, Ким Чен Ына, который, похоже, затевает ограниченные экономические реформы. На примере других стран, скажем, Мьянмы, мы знаем, что это обычно вызывает большое оживление и в западном лагере, и в других странах. Можно ожидать, что внимание мирового сообщества к КНДР в ближайшее время резко возрастет. В частности, возрастет внимание Китая, который уже проводит политику экономической колонизации Северной Кореи. В этих условиях России жизненно важно иметь свои позиции в этой стране, в первую очередь, в развитии двусторонних экономических процессов. Северокорейский вопрос, касающийся не только ядерной проблемы, проблемы нераспространения, но и безопасности КНДР в целом, является вопросом как регионального, так и глобального значения. Это один из тех вопросов, в решении которых Россия может говорить на равных с крупнейшими державами мира, и ее голос значит многое. Поэтому мощный рычаг крайне важен для российской политики – в решении проблем не только Корейского полуострова, но и всего АТР, куда постепенно смещается внимание американцев. Я считаю, что Корейский полуостров – ключ ко всему АТР, ключ к тому, чтобы на деле, а не на словах, повысить свою роль в решении конфликтов, проблем региона.



Экономическое сотрудничество – один из механизмов. Именно через Северную Корею должен пройти газопровод в Южную Корею, должна пройти железная дорога, которая позволит, наконец, организовать транзит и развивать не только прилегающие территории, но и весь Дальний Восток и Сибирь. Возможны и другие проекты. Благодаря решению о прощении долга Россия сможет сыграть определенную роль в развитии северокорейской экономики. Так что это достаточно своевременное решение.



По Вашим наблюдениям, произошли ли изменения в российско-корейских отношениях с приходом к власти нового лидера, Ким Чен Ына?



Отношения сейчас достаточно теплые, хотя доверием и искренними отношениями такая страна, как Северная Корея, вряд ли может похвастаться. Встреча с Дмитрием Медведевым оказалась последней международной встречей для северокорейского лидера Ким Чен Ира, его последним путешествием. Для северокорейцев это имеет очень важное, сакральное значение. Последняя воля Ким Чен Ира заключалась в том, что с Россией нужно дружить. И это достаточно последовательно реализуется на разных уровнях. Скажем, в гуманитарном сотрудничестве северокорейцы гораздо охотнее идут на совместные проекты, в том числе по линии Фонда «Русский мир», в котором я имею честь служить. Северокорейцы не жалеют слов для описания российско-корейской дружбы и напоминания о том, какой она была в прошлом, какие у нас традиционные соседские, дружеские отношения, выражают уверенность в том, что это будет продолжаться и впредь. На мой взгляд, хотя об этом не говорится напрямую, чувствуется определенная фрустрация, недовольство Северной Кореи тем, что она попадает под сильное политическое и экономическое влияние Китая. Поиски альтернатив важны для Северной Кореи с геополитической точки зрения. Одной из таких альтернатив является Россия.



Георгиевич Давидович, спасибо за Ваши ответы.



Беседовала Наталья Евтихевич, программный менеджер РСМД.


Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся