Комментарии экспертов РСМД

Александр Высоцкий: Есть у революции начало, нет у революции конца

29 Декабря 2012
Распечатать


В интервью Российскому совету по международным делам Александр Высоцкий, преподаватель кафедры истории международных отношений и внешней политики России МГИМО (У) МИД России, рассказывает о ситуации на Ближнем Востоке в свете последних событий, о том, что представляет из себя сирийская оппозиция, какое положение на международной арене занимает сегодня Египет и как действовать России в новых обстоятельствах.



 



В декабре Барак Обама назвал сирийскую оппозицию легитимным представителем сирийского народа. На Ваш взгляд, насколько такая позиция США будет способствовать разрешению или ухудшению конфликта? И какую позицию необходимо занять России в контексте изменившейся ситуации?



Признание Соединенными Штатами новой сирийской коалиции имеет некий символический смысл для имиджа этой коалиционной группировки. Это новый шаг в выстраивании образа коалиции как возможного будущего переходного правительства Сирии после Асада. Но по факту это признание, конечно, не имеет никакого решающего значения для того, что происходит в Сирии сейчас.



 



Сирия пребывает в состоянии гражданской войны, войны на уничтожение, и очевидно, что каждая сторона намерена сражаться до конца. До сих пор неизвестно, кто в итоге реально одержит верх, а кто проиграет. Вся ситуация длится уже два года, и это очень долгий срок.



 



Конечно, с психологической точки зрения шансы Асада устоять кажутся призрачными. Но они выглядели такими же призрачными и год, и два года назад. И несмотря на это, он продолжает держаться. Это означает, что у него есть поддержка в стране, или, как минимум, многие сирийцы видят в нем меньшее зло, чем в тех, кто может прийти ему на смену. Парадоксально, что наличие такой поддержки, таких мнений до сих пор продолжают отрицать многие и на Западе, и в арабском мире.



 



Недавно мне довелось участвовать в конференции «Манамский диалог», которую регулярно проводит в Бахрейне Международный институт стратегических исследований (IISS). Конференция фактически целиком была посвящена Сирии, и там перманентно звучали мнения и с арабской стороны, и с западной, что Асад якобы держится только на штыках мощно вооруженной армии, которую к тому же активно вооружает Россия. Очевидно, что это тоже не соответствует действительности.



 



Поэтому возникает вопрос, как долго этот баланс мнений – что хуже: Асад или не Асад – будет держаться, как долго будет идти война. Это может закончиться завтра, а может продолжаться еще годы. Никто не знает. И совсем печально, что большинство зарубежных высказываний и действий, кажется, сосредоточены на том, как бы побыстрее свергнуть Асада, а не на том, что может и будет происходить потом.



 



То есть Россия, по Вашему мнению, должна занимать последовательную позицию и оставаться приверженной ранее взятому курсу?




   Дискуссия





 Владислав Иноземцев:

 Зачем нам Сирия?



 




Если Вы имеете в виду, стоит ли России тоже двигаться в сторону признания нового сирийского оппозиционного объединения, то, конечно, нет. У нашей страны есть последовательная линия в сирийском вопросе, и менять ее в угоду неочевидной конъюнктуре не стоит.



 



За эти два года мы видели много разных объединений сирийской оппозиции. Нынешняя выглядит более солидной, чем все предыдущие, но это отнюдь не означает, что она действительно является «монолитным» представителем оппозиции.



 



Даже если Асада завтра свергнут или убьют, нет никаких гарантий, что люди, объединенные в эту коалицию, автоматически будут представлены в новом сирийском правительстве. В целом, новое правительство единой Сирии может быть еще долго не сформировано после свержения Асада. Поэтому все еще не раз поменяется, и нет смысла признавать этих людей тем, чем они не являются.



 



Однако надо внимательно следить за процессами внутри действующей сирийской власти, оппозиции и Сирии в целом. Необходимо вести диалог и с теми, и с другими. Нужно держать «руку на пульсе».



 



У Министерства иностранных дел, министра С.В. Лаврова и замминистра М.Л. Богданова существовали такие контакты с сирийскими оппозиционерами. По возможности их стоит поддерживать, даже если нет ощущения большого дипломатического эффекта.



Как на фоне сирийских событий развивается арабо-израильский конфликт в целом? На Ваш взгляд, в какой форме Россия должна быть вовлечена в его урегулирование?



Как мы знаем, палестино-израильский трек сейчас находится в тупике.



 



Переговоры между Аббасом и Нетаньяху не ведутся уже очень длительное время, при этом поселенческая активность на Западном берегу продолжается. Израильская сторона не проявляет большого энтузиазма по поводу переговоров. В результате, как замечают многие специалисты, каждый год возможность решения проблемы путем создания двух государств, т.н. two state solution, становится всё более призрачной.



 



При этом надо констатировать, что международная среда меняется. На Израиль оказывается давление, и его позиция не встречает понимания ни в Европе, ни в США. Сегодня Израиль находится не в самой дружественной международной ситуации.



 



В январе в Израиле пройдут выборы, на которых Нетаньяху имеет хорошие шансы сохранить свой пост. Вряд ли он пойдет на них с новыми предложениями по урегулированию, но не исключено, что, после выборов будут попытки активизировать деятельность на этом направлении.



 



Что касается Палестины, то признание ее государством-наблюдателем в ООН имело имиджевое значение для Аббаса. Однако ХАМАС, к примеру, поддержал эту заявку в последний момент. Наличие этого непреодоленного раскола между ФАТХ и ХАМАС, безусловно, подрывает стратегические позиции Аббаса. Нельзя исключать дальнейших конфликтов внутри ПНА.



 



Как Вы знаете, Россия является членом «Квартета» международных посредников, куда также входят США, ЕС и ООН. Новых форматов урегулирования сейчас нет, но в принципе предложения по ним могут появиться. Очевидно, что Россия там будет представлена. Однако на сегодняшний день ситуация тупиковая.



На Ваш взгляд, как события в Египте, которые мы наблюдаем в течение последних нескольких недель, способны повлиять на состояние арабо-израильского конфликта и, в частности, на позицию Палестины?



В Египте, на самом деле, происходят очень интересные вещи. Как говорится, «есть у революции начало, нет у революции конца».



 



Изначально против Мухаммеда Мурси, представителя «Братьев-мусульман», была настроена существенная часть египетской общественности, которая не хотела видеть исламистов у власти. Это и либеральные активисты, которых в Египте, может быть, в процентном отношении немного, но которые протестовали против поправок в Конституцию, наделявших Президента новыми полномочиями. Это и копты, которые тоже не в восторге от исламистской перспективы.



 



В этом смысле Мурси изначально находился в непростом положении, а его попытки нарастить свои полномочия встретили жесткий отпор со стороны общественности. Отпор был настолько сильным, что даже его позиции как президента стали многим казаться менее устойчивыми, чем еще несколько недель назад. Он сделал несколько шагов назад, отменил свою декларацию, но настоял на скорейшем проведении референдума по новой Конституции.



 



Мурси сделал попытку быстро расширить свои полномочия и поставить себя над всеми остальными. Быстрее, чем, наверное, этого от него ожидали и к этому были готовы. Однако эти попытки продолжатся. Мурси поддерживают военные, с которыми он, кажется, нашел общий язык. Ясно, что «Братья-мусульмане» настроены весьма решительно. Взяв власть в свои руки, они не будут отказываться от нее так просто.



 



Что касается перспектив именно арабо-израильского конфликта, то во время кризиса в Газе Мурси проявил известную дипломатическую активность. Считается, что он стимулировал ХАМАС к прекращению запуска ракет. Египет все еще находится на переходном этапе, и, соответственно, его отношения с Израилем тоже далеки от того, чтобы мы могли характеризовать их как стабильные.



 



Естественно, он осуждал Израиль, поскольку не мог не делать этого. В этом смысле роль Египта не так сильно поменялась с приходом Мурси. Однако это только начало.



 



Пока ничего не поменялось. Но вопрос состоит в том, как все будет меняться? Конечно, можно прогнозировать ухудшение арабо-израильских отношений в свете прихода исламистов к власти. Эти ожидания естественны.



 



Тем не менее, как точно будет выглядеть ухудшение отношений, к каким последствиям оно приведет в экономическом, политическом, может быть военном плане, пока еще неизвестно. Это вопрос завтрашнего дня.



Александр Михайлович, спасибо за Ваши ответы.



 



Беседовал Александр Елисеев, программный ассистент РСМД.


Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся