Блог Никиты Белухина

«Ближе к Арктике, чем к Лондону»: арктическая стратегия и идентичность Шотландии

29 Января 2021
Распечатать
maxresdefault1.jpg
Фото: Arctic Circle
Выходя из тени Лондона...

К 2030 г. в Арктике вследствие глобального потепления существенно повысится интенсивность трёх основных морских маршрутов — Северо-восточного морского пути (Северный морской путь), Северо-западного морского пути и Трансполярного морского пути, пролегающего через центральную часть Северного Ледовитого Океана, что открывает логистические возможности для Исландии, Гренландии и Шотландии. В этом контексте показательными становятся слова Николы Стерджен, первого министра Шотландии, сказанные в ходе форума «Арктический круг» («Arctic Circle») в октябре 2016 г. о том, что «север Шотландии ближе к Арктике, чем к Лондону» («the north of Scotland is „geographically closer to the Arctic than it is to London“). Сказанные слова также были произнесены после июньского голосования по Брекзиту 2016 г., где большинство шотландцев высказались в пользу сохранения членства Соединённого королевства в ЕС. Стоит отметить, что упомянутый форум „Арктический круг“, созданный по инициативе Исландии в 2013 г., используется многими неарктическими государствами, в том числе странами Восточной Азии для продвижения собственной арктической идентичности, а также утверждения себя в качестве „приарктических государств“ („near-Arctic states“). Никола Стерджен в этом контексте иронично заметила, что Шотландия среди них является „наиближайшим к Арктике“ государством» («the nearest-Arctic state»). Это утверждение первого министра Шотландии регулярно продолжало звучать на форумах «Арктического круга», в том числе на форуме «Арктического круга», который прошёл 19-21 ноября 2017 г. непосредственно в Эдинбурге.

Тем не менее, арктические амбиции Шотландии долгое время находились в тени Лондона. Соединённое королевство стало первым государством-наблюдателем Арктического совета, выпустившим в 2013 г. собственную арктическую стратегию «Adapting to Change: UK Policy Towards the Arctic», где Шотландия и её северные острова не упоминались. Более того, представители Шотландии даже не участвовали в подготовке этой арктической стратегии. В обновлённой после Брекзита версии стратегии 2018 г. «Beyond the Ice: UK Policy Towards the Arctic» арктические усилия и намерения Эдинбурга были упомянуты лишь незначительно. Наконец Амбиции Шотландии в позиционировании себя в качестве европейского моста или логистического центра ЕС на пути в Арктику воплотились в собственной арктической стратегии Шотландии под названием «Arctic Connections: Scotland’s Arctic Policy Framework», опубликованной 23 сентября 2019 г. Официальная презентация стратегии прошла на Оркнейских островах в городе Стромнесс, где родился известный шотландский исследователь Арктики Джон Рэй (1813-1893 гг.). В рамках стратегии планируется создать фонд для реализации низовых инициатив арктических сообществ и для более активного включения университетов Шотландии в международную исследовательскую сеть Университета Арктики. На укрепление связей между арктическими сообществами в рамках условной евроарктической зоны была также направлена программа ЕС «Северная периферия и Арктика» в 2014-2020 гг., в рамках которой Шотландия получила на реализацию проектов 6,8 миллиона евро.

Стоит также отметить, что 13 ноября 2020 г. в парламенте Соединённого Королевства в дополнение к рабочим группам по отношениям с Данией и Фарерскими островами была создана отдельная межпартийная группа, посвящённая двусторонним отношениям Великобритании и Гренландии. В 2019 г. экспорт рыбы в Соединённое Королевство составил 10% общего экспорта Гренландии, поэтому создание рабочей группы можно считать признанием значимости экономических связей между двумя островами. Первое заседание рабочей группы состоялось 28 января 2021 г., где заместитель министра иностранных дел Гренландии Кеннет Хёг выразил обеспокоенность в связи с тем, что выход Великобритании из ЕС повлёк введение тарифов в отношении гренландской продукции, которая до этого в силу соглашения между ЕС и Заморскими странами и территориями имела неограниченный доступ на рынок Соединённого Королевства. Временно введённые тарифные послабления применимы лишь к 24% гренландской продукции, поставляемой в Великобританию. Таким образом, британский парламент за исключением датского Фолькетинга стал первым в мире, который учредил рабочую группу, специально посвящённую сотрудничеству с Гренландией. Кроме того, расширение связей между Гренландией и Великобританией происходит и на фоне смены руководства ведущей партии Гренландии Siumut («Вперёд»), где Кима Кильсена сменил Эрик Йенсен, пообещавший ещё энергичнее добиваться независимости Гренландии и развивать экономические связи со всеми готовыми к сотрудничеству иностранными партнёрами.

Гонка арктических портов

В своей арктической стратегии Шотландия указывает, что в региональной экономике арктических и приарктических государств важная роль отводится портовой инфраструктуре. В частности в стратегии отмечена такая организация как Деловой Альянс Северной Атлантики («The High North Atlantic Business Alliance»), который состоит из портовых компаний и организаций экономического развития таких территорий как Шотландия, северные провинции Норвегии, штат Мэн, Исландии, Гренландии, Фарерских островов и атлантических провинций Канады. Любопытно в этой связи, что порты Шотландии географически оказываются в центральной части этой деловой сети. В стратегии отмечается, что экспорт Шотландии в арктические государства в 2017 г. составил около 30% (27,8%) общего экспорта Шотландии, поэтому в условиях неопределённости Брекзита публикацию собственной арктической стратегии можно рассматривать и как попытку диверсифицировать свои торговые связи и проводить собственную парадипломатию отличную от позиции Лондона. Ещё в сентябре 2017 г. правительство Шотландии выпустило отдельную внешнеполитическую программу по укреплению отношений со странами Северной Европы и Балтии.

В планы Шотландии входит строительство сверхглубокого порта в гавани Дэйлс-Во (Dales Voe) в городе Лервик на Шетландских островах. Согласно стратегии целью Шотландии будет создание портовой инфраструктуры, которая будет использоваться для приёма и обслуживания сверхтяжёлых судов, участвующих в деконструкции нефтяных платформ на континентальном шельфе Соединённого Королевства в Северном море и декомиссии устаревших или изношенных судов. Однако есть сомнения в том, сможет ли данный порт успешно конкурировать с соответствующими проектам сверхглубоких портов Исландии (в заливе Финнафьорд) и Норвегии (строительство сверхглубокого порта в Киркенесе, который должен стать точкой погашения грузопотоков, которые будут осуществляться по также планируемой железной дороге Рованиеми-Киркенес. Инфраструктурный проект, однако, вызвал скептическую реакцию официальных властей Норвегии и Финляндии, которые пришли к выводу, что объём грузов недостаточен для окупаемости проекта, а также вызвал сопротивление саамов, проживающих в районе планируемой железной дороги) в обеспечении перспективного арктического судоходства. Преимуществом Шотландии в этой области могу выступить зелёные инновации и развитие климатически нейтральной портовой инфраструктуры. Шотландские порты также имеет более выгодное географическое положение, чем порты в Киркенесе и Финнафьорде, так как могут в равной степени обслуживать судоходство по направлениям Север-Юг и Запад-Восток, а также использоваться для обеспечения проектов в Северном Море.

Помимо Дэйлс-Во другой возможной гаванью для логистического обеспечения растущих объёмов арктического судоходства может стать гавань Скапа-Флоу (Scapa Flow), крупнейшая природная гавань в Европе и одна из крупнейших в мире, на Оркнейских островах. Несмотря на то, что Скапа-Флоу расположена южнее, чем Дэйлс-Во, она открывает более удобный доступ к рынкам Великобритании и ЕС, а также обладает достаточной глубиной для приёма крупнейших кораблей, которые в настоящий момент действуют в Арктике. С 1977 г. нефтяной терминал на острове Флотта в гавани Скапа-Флоу стал вторым по объёму, обслуживающим добычу нефти в Северном Море, после нефтяного терминала Саллом-Во на Шетландских островах. Скапа-Флоу уже состоялась в качестве важного центра морской логистики 1980 г. в гавани было осуществлено более 420 перегрузочных операций сырой нефти с корабля на корабль, в 2007 г. в гавани состоялась первая коммерческая передача СПГ по типу «судно-судно»), а развитая возобновляемая энергетика на Оркнейских островах (на Оркнейских островах в 1951 г. была запущена первая ветряная турбина в Великобритании, а в 2009 г. первая умная сеть электроснабжения) может в перспективе сделать функционирование морских портов полностью климатически нейтральным. В условиях увеличения морских грузоперевозок (объём мирового судоходства по расчётам Международной морской организации вырастет до 250% к 2050 г) и необходимости применения зелёных технологий в сфере морского транспорта (недавний пример — постепенное введение запрета на использование флотского мазута в арктическом судоходстве), опыт Шотландии в области возобновляемой энергетики приобретает особую значимость. На Оркнейских островах в частности расположен Европейский центр морской энергетики, и на островах также производится экологически чистый водород и был запущен первый в мире пассажирский паром, работающий на его основе. В перспективе возможно создание системы водородных портов и морского транспорта, где водород, произведённый на основе источников возобновляемой энергетики, будет использоваться для бункерования судов и энергетического обеспечения портов. В настоящее время, однако, складывается парадоксальная ситуация, когда дешёвое электричество на основе возобновляемой энергетики в случае Шотландии и Исландии используется для обслуживания проектов в сфере нефте- и газодобычи и их последующей переработки, то есть в тех отраслях, где наблюдаются высокие уровни эмиссии углеводородов.

Конструирование арктической идентичности

Разумеется, Никола Стерджен признавала, что Шотландия географически не является частью Арктики, но её исторические, политические, культурные и экономические связи делают Шотландию близкой арктическим государствам и странам Северной Европы в частности в вопросах устойчивого развития и социальной политики. Неслучайно, что за принятие арктической стратегии активно выступала именно Шотландская национальная партия (SNP).

Ещё до принятия полноценной арктической стратегии ряд шотландских политиков и интеллектуалов говорили об особой арктической близости Шотландии. Ангус Робертсон, руководитель Шотландской национальной партии в Палате общин, в 2011 г. выступил со статьёй, где критиковал отсутствие арктического измерения в оборонной стратегии за 2010 г., упразднение морской патрульной авиации, вывод специализированных подразделений боевых пловцов из Шотландии и, в целом, отказ Великобритании от «серьёзного подхода» к арктической проблематике. На следующий год шотландский профессор права Рэйчел Джонстон в университете Гренландии опубликовала статью о потенциальной арктической стратегии для Шотландии и её «особых исторических, социальных, экономических и политических интересах в Арктике»

Не случайно, что упоминания арктического прошлого Шотландии, включая доминирование шотландских китобоев в Северной Атлантике в 18-20 вв., и намерения создать для Шотландии особое «северное» будущее стали появляться в преддверии референдума о независимости 2014 г. Помимо этого именно Шотландская национальная партия по большей части озвучивала «особые шотландские интересы» в Арктике, подчёркивая с одной стороны особую уязвимость и зависимость региональной экономики от климатических изменений в Арктике, а с другой стороны говоря о негативном влиянии глобального взгляда Великобритании на внешнюю политику, который наносит ущерб связям Шотландии с историческими соседями по арктическому региону.

Однако возвращаясь к тексту опубликованной в сентябре 2019 г. арктической стратегии, нельзя точно сказать, останется ли она декларацией культурной и исторической близости Шотландии к арктическому региону, или станет приглашением к полноценному сотрудничеству. Так в тексте стратегии не упоминаются ни Арктический совет, ни Арктический экономический совет. Конкретными шагами, упомянутыми в стратегии, выступает создание арктического департамента в директорате внешних связей правительства Шотландии, а также создание фонда для реализации инициатив гражданского общества в сфере международного сотрудничества в Арктике и продвижение арктической идентичности Шотландии.

Парадипломатия арктических регионов

Выдвижение Шотландией собственной арктической стратегии как и упомянутый Альянс Северной Атлантики выступают любопытным примером парадипломатии арктических регионов. Наряду с Шотландией Фарерские острова и Гренландия как автономные сообщества также считали, что их интересы не были полностью учтены в общей арктической стратегии Дании на период 2011-2020 гг. Так правительство Фарерских островов опубликовало в апреле 2013 г. доклад с набором конкретных рекомендаций в таких областях как арктическое судоходство и рыболовство, морская безопасность и спасательные операции в территориальных водах Фарерских островов, а также в области образования, науки и экологии. Обоснованием для принятия доклада стало то, что общая стратегия затрагивала значительные области исключительной компетенции Фарерских островов, что обуславливало необходимость отдельной всесторонней оценки значения Арктики для Фарерских островов.

Несмотря на то, что общая датско-гренландская стратегия 2008 г. и арктическая стратегия 2011 г. уделяет основное внимание отношениям между Нууком и Копенгагеном, Гренландия также продолжила выступать с независимыми арктическими инициативами в Арктике. Ещё до принятия нового расширенного закона о самоуправлении Гренландии в 2009 г., Гренландия успешно позиционировала себя в качестве «арктического окна» для северного измерения ЕС, заключив с последним новое соглашение о сотрудничестве в 2006 г. Кроме того, Гренландия как и Фарерские острова обладают отдельными дипломатическим представительствами в ЕС. Показательным и одновременно агрессивным дипломатическим шагом Гренландии в арктической политике стал бойкот Алеки Хаммонд, премьер-министра Гренландии, заседания Арктического совета в Кируне 15 мая 2013 г. как выражение протеста против председательства Швеции, которое в недостаточной степени учитывало интересы региональных арктических сообществ. В последующее председательство Канады 2013-2015 гг. представители Гренландии и Фарерских островов получили больше возможностей для участия в заседаниях Арктического совета, но на именных бейджах они всё равно значились как представители Дании, а фарерский и гренландский флаги в соответствии с протоколом отсутствовали, и флаг Дании символизировал единство и представительство всех трёх частей королевства.

Сейчас для Дании вновь встаёт вопрос о том, как учесть интересы всех трёх сторон, представляющих датское королевство («Rigsfælleskabet») в новой арктической стратегии на период 2021-2030 гг., так как Гренландия и Фарерские острова настаивают на принятии собственных арктических стратегий.

Роль региональных сообществ в арктическом сотрудничестве будет только возрастать, поэтому принятие региональных арктических стратегий закономерно, как и появление Северного форума арктических регионов в1991г., которое даже предшествовало созданию Арктического совета в1996г.

Поделиться статьей

Текущий опрос

Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся