Блог Данила Бочкова

Реакция китайской молодежи на протесты в Гонконге: причины и последствия патриотической волны

9 Октября 2019
Распечатать

На фоне бушующих уже несколько месяцев протестов в Гонконге на страницах ведущих западных СМИ стало появляться все больше статей (NYT, Washington Post, FP, FT ) на тему патриотизма среди китайской молодежи и инструментов искусной пропаганды КПК для формирования нужных образцов мышления. А точнее - различных механизмов пропаганды, которые успешно помогают навязывать чувство любви к родине молодым гражданам КНР. 5 октября в NYT вышла статья, посвящённая анализу инструментов пропаганды в социальных медиа, которые активно применяются китайским правительством для влияния на умы подрастающего поколения.

Активная дискуссия о росте патриотических настроений среди молодежи Китая началась в том числе и среди различных китайских медиа. Очевидно, что события в Гонконге уже стали своеобразным водоразделом во взаимоотношениях между протестующими и жителями остального Китая. Фактор Гонконга серьезным образом подстегнул волну патриотизма в Китае, которая особенно заметно проявилась среди молодежи. Так как публикации западных СМИ кардинально расходятся с мнением китайских авторов относительно природы самих протестов и причин подъема национального патриотизма стоит внести ясность и понять, что же такое патриотизм у современной китайской молодежи и насколько первостепенна роль пропаганды КПК в его формировании.

img_7944.jpg

Бочков Д. Вокзал города Циндао, молодая девушка фотографируется на фоне инсталляции, посвященной Дню образования КНР.

Основные тезисы статьи NYT от 5 октября и других подобных публикация (например, FP, 1 октября) сводятся к нескольким вещам. «Промывание мозгов» среди молодежи возможно, во-первых, благодаря тотальной цензуре СМИ и Интернета (известной как «Великая Китайская стена в Интернете» / Great Firewall), запрету на свободное посещение сайтов определенных иностранных СМИ; во-вторых, система контроля за гражданами стала настолько всепроникающей, что пронизывает практически каждый аспект повседневной жизни (в общем, здесь речь идет о построении цифровой диктатуры, о чем уже было проведено немало исследований); в-третьих, КПК искусно освоила инструмент манипулирования сознанием молодежи через социальные медиа и сферу развлечений: фильмы, мультипликационные картины и т.д.; в-четвертых, КПК подменяя понятия страны и партии, пытается присвоить все заслуги современного Китая себе; и последнее – умы китайцев настолько вычищены годами пропаганды и цензуры, что они фактически не способны воспринимать другую сторону правды, и даже обучаясь за границей, продолжают искренне верить КПК. Ведущие зарубежные СМИ задаются вопросом, как же такое могло произойти, что молодые люди с хорошим образованием не приемлют действий своих свободолюбивых коллег, выступающих с позиций либеральной демократии, прав человека, свободы и всех остальных важнейших и неотъемлемых элементов современного горожанина-интеллектуала. Если бы речь шла только о среднестатистической китайской молодежи, закончившей вуз на родине, то еще можно бы было понять ограниченность ее доступа к альтернативным источникам информации. Но, что еще более непостижимо для представителей mainstream media – это то, что даже китайские студенты, которые учились и жили за границей (в том числе в ведущих вузах США) также нисколько не прониклись либеральными идеями протестов в Гонконге, а более того – осудили их .

FT в статье от 4 сентября подробно разбираеттретий из упомянутых выше пунктов – работу китайских студентов, обучающихся за границей, которых уже окрестили «воинами клавиатуры» (keyboard warriors), так как их основная задача состоит в том, чтобы под контролем и по распоряжению КПК распространять на различных социальных онлайн-платформах (преимущественно Twitter, Facebook и Instagram) удобный для партии контент относительно различных событий (сейчас – это волнения Гонконге) .

Подобные публикации появляются уже несколько месяцев. Безусловно, основным мотивом, подталкивающим западные СМИ к попыткам анализа ситуации с патриотизмом среди китайской молодежи, послужили протесты в Гонконге, которые начались с мирных акций по выражению несогласия относительно готовящегося принятия закона об экстрадиции и привели к совсем немирным протестам и саботажу работы отдельных городских служб. Важно отметить, что именно всплеск так называемого «движения за демократию» в Гонконге спровоцировал обратную реакцию населения остального Китая. Удивительно, но факт, что по непонятной для большинства западных СМИ причине, молодежь Китая не только не поддержала подобные проявления свободы, но и по большей части даже наоборот – осудила действия протестующих .

Авторы одной из китайских публикаций отмечают, что неслучайно огромное количество студентов из КНР, обучающихся за рубежом, проводили акции протеста против событий в Гонконге, пели гимн страны и демонстрировали государственный флаг. Ведь они четко представляют, что выступают за единство своей страны. Их мотивы логичны, понятны и объяснимы. В это время, их гонконгские коллеги в масках мешают проведению акций и невнятно представляют свои политические требования. Авторы недоумевают, по какой причине молодежь, ратующая за свободу слова и собственное волеизъявление, прячет лица и не решается открыто и без обиняков высказать свое недовольство.

А в чем же заключались те самые призывы к отстаиванию демократических принципов, которые спровоцировали мирных протестующих парализовать на день работу одного их самыхзагруженных воздушных портов Азии, вооружившись подручными средствами, пойти на штурм с тараномздания Законодательного совета, громить магазины, жечь покрышки, бросать зажигательные смеси и самодельные снаряды, вести уличные бои с полицией города, блокировать работу метро и т.д.? И в ответе на этот вопрос появляется первое серьезное упущение ведущих западных СМИ к правильному пониманию и интерпретации событий. Washington Post отвечает, что Пекин в совей пропагандистской риторике предоставляет гражданам только одну сторону правды и не говорит об истинных причинах протестов: «защите свободы слова и отстаивания права выбора своих собственных лидеров».

В связи с таким замечанием издания хочется напомнить о настоящем поводе для начала акций протеста, заключавшегося в рассмотрении Парламентом города закона об экстрадиции, который давал бы властям Гонконга право по запросу другой страны (включая КНР) на экстрадицию подозреваемых в преступлениях на территории этих стран. После начала в июне акций протеста в июле глава администрации Гонконга Кэрри Лам приостановила слушания законопроекта, а в сентябре объявила о его официальном отзыве. На этом была поставлена точка главной причины к недовольству. Четыре из пяти сформулированных протестующими требований – побочные и скорее являются скорее следствием протестов, нежели их первопричиной: 1) отозвать закон об экстрадиции 2) независимая проверка полиции; 3) перестать жестко подавлять протест; 4) отпустить задержанных; 5) предоставить всеобщее прямое избирательное право (как Заксобрания, так и главы города) . При этом, китайские авторы по-своему правы, говоря о непоследовательности действий протестного движения, ведь стоит вспомнить, что еще в июле одним из требований была отставка главы администрации Гонконга Кэррри Лам .

Возвращаясь к вопросу о патриотизме среди китайской молодежи, важно понять его главную движущую силу. Большинство зарубежных СМИ говорят об искусном инструменте пропаганды и манипулирования сознанием, который широко применяют власти КНР с целью навязывания нужных образов мышления. В различных публикациях происходит подробный анализ четырех упомянутых ранее инструментов «промывания мозгов». При этом полностью исключается какая-либо вероятность искренних чувств к своей родине со стороны молодых граждан, которые представляются (разумеется, в отличие от своих прогрессивных гонконгских коллег) ограниченными в мышлении, с детства зомбированными коммунистической пропагандой и зашоренными молодыми людьми.

В полемику о причинах роста патриотической волны в КНР вступают и китайские медиа, в том числе и базирующиеся в интернете, например в популярном китайском приложении для общения Вичате. В одной из публикаций автор отмечает, что причина протестного движения в Гонконге состоит в том, что в городе не было должным образом организовано патриотическое воспитание (в отличие от Китая, где отношения к флагу, истории и культуре единого Китая совершенно иное). Преподавание в Гонконге происходит по их собственным учебникам, которые во многом принижают способности народа и не демонстрируют должного уважения к национальным традициям единой страны. Именно поэтому нынешнее молодое поколение города «утратило свои культурные корни» (香港的年轻人丢掉了文化的根) . Призывы к независимости, попытки разделить страну и оторвать себя от единой исторической общности лишают зарождающееся протестное движение устойчивого идеологического фундамента. В это время, молодежь остальной части страны представляет свое место в историческом контексте развития китайской цивилизации, что вызывает чувство гордости за достижения их родины.

На днях разгорелся скандал, связанный с американским баскетбольным клубом NBA “Houston Rockets”, генеральный менеджер которого Дэрил Моли на своей странице в Twitter выложил пост в поддержку протестов в Гонконге . Примечательным в данной ситуации является не столько предсказуемая негативная реакция официального Пекина, а огромное количество комментариев патриотического характера на страницах новостных публикаций китайских медиа в Вичате. Большая их часть сводится к чему-то вроде: «баскетбол баскетболом, а любовь к Родине – это должное» (球,就是个球,国需深爱) или «сначала Китай, болельщики потом» (先是中国 后事球迷) и т.д. Очевидно, что в ситуации национального раскола по принципу за и против протестов в Гонконге преисполненные патриотизма и любви к могущественному Китаю публикации набирают огромное количество голосов поддержки.

snimok-ekrana-2019_10_09-v-18.53.03.png

Источник: https://mp.weixin.qq.com/s/izNOE0UElAnyb8DDzZLIEw

При этом, если последовательно изучить тезисы иностранных СМИ, можно найти ряд нестыковок. Во-первых, Великая Китайская стена в интернете (Great Firewall) не такая и великая, так как есть инструменты ее обхода, позволяющие получить доступ ко всем благам всемирной сети (включая сайты на китайском языке большинства мировых СМИ). Критики скажут, что лишь малая часть китайцев пользуется сервисами виртуальной частной сети (VPN) или что власти постоянно его блокируют. Так или иначе, подобные сервисы остаются популярными на территории страны и при желании получить доступ к информации извне вполне реально. Не говоря о том, что найти интересующие новости можно с помощью китайского поискового гиганта Байду. Поиск по ключевым словам «Гонконг, протесты» (香港抗议) дает подборку разных источников, среди которых можно найти вполне нейтральную интерпретацию событий. В упомянутой публикации в Вичате автор вполне открыто говорит об опасениях, которые начали постепенно нарастать у жителей города по мере роста протестного потенциала движения и затронули в том числе вопросы нарушения прав человека, свободы слова, использование закона об экстрадиции в качестве предлога для передачи Пекину неугодных, фальсификации судебных разбирательств и т.д.

Тезис про однобокость подачи информации о протестах в Гонконге и в целом по всем остальным вопросам со стороны официальных СМИ КНР тоже не вполне ясен. Вот, например, Washington Post негодует, по какой причине ведущие медиа Китая называют действия протестующих [громящих витрины магазинов и сеющих хаос на улицах города] жестокими и деструктивными. При этом, само издание также по какой-то причине не подает альтернативную точку зрения для своих читателей, вспомнив, например, те акции, которые были упомянуты ранее про штурм Заксобрания, стычки с полицией и пр.

Другим важным противоречием является тезисо том, что даже те студенты из Китая, которые обучаются за границей, продолжают пользоваться своими социальными медиа, не хотят покидать зону комфорта и вообще никак не пытаются влиться в новое информационное окружение. А связано это с тем, что они настолько зомбированы пропагандой, что остаются невосприимчивы к альтернативным источникам даже за пределами своей родины . Это, конечно, поразительные аргументы. То есть раньше обвиняли «железный занавес» СССР и его современный аналог в КНДР, как препятствия на пути прозрения заблудших в социалистических идеалах душ. Теперь же, когда граждане КНР свободно выезжают за границу, учатся там несколько лет (в 2017 г. 600 тыс китайских студентов училось за рубежом ), но остаются лояльны своему привычному образу жизни и способам получения информации, западные СМИ обвиняют в этом годы пропаганды на родине и негибкость мышления. Действительно можно допустить, что определенная степень консерватизма присуща китайскому мышлению, но насколько это должно быть доведено до абсолюта, чтобы даже годы проживания за границей (например, во время обучения в Канаде или США ) в атмосфере безграничной свободы и либеральной демократии не дали о себе знать.

Еще один аргумент в пользу управляемого патриотизма состоит в том, что хотя в упомянутых публикациях и признаются успешные достижения Китая, но, КПК приписывает их себе, тем самым подменяя любовь к стране, на любовь к партии. Здесь также необходимо внести определенную ясность. В отличие от стран с демократическими выборами, в которых избранный глава государства отвечает за реализацию политического и экономического курсов страны и несет ответственность перед избирателями, в де-факто однопартийном Китае партия аккумулирует все основные механизмы управления страной. В этой связи, если в странах с демократической системой выборов успехи или неудачи персонально ложатся на глав государств (исполнительной власти) и их администрацию, то в КНР – на партию, как сердцевину всей политической системы. В связи с этим не совсем понятно, что имеется в виду, когда у западных СМИ возникает вопрос, почему партия хвастается результатами успешной экономической политики и социальной стабильности. В этой связи возникает встречный вопрос: а кто же еще должен это делать?

А действительно, что такое патриотизм среди молодежи в КНР? Если убрать в сторону все философские рассуждения о значения самого понятия и принять за основу «искреннее и не навязанное из вне чувство любови к своей родине» в качестве определения для «патриотизма», то станет понятно, что сводить его проявление молодыми людьми в КНР к исключительно многолетней пропаганде и негибкости мышления было бы неправильным. Находясь в Китае, волей-неволей можно часто наблюдать проявления патриотизма в виде простых мелочей: будь то флажки, которые молодые люди носят в карманах рюкзаков или держат в руках на улице, около метро, в период национальных праздников, фотографируются с ними около значимых достопримечательностей. Или будь то нанесенные краской на лицо картинки национальных символов, с которыми они делают фото около установленных ко Дню образования КНР инсталляций. Социальные сети пестрят публикациями переполненных эмоциями пользователей, которые выражают любовь своей стране. Пользователи пишут, что Китай велик и могуществен, номер один в мире и т.п.

snimok-ekrana-2019_10_09-v-18.53.14.png

Источник: https://mp.weixin.qq.com/s/RBYOPzKn3ILPweLf9uFfzg

Представляется, что главной причиной такого проявления чувств служит не только пропаганда официальных властей, но и искренность, которую западные медиа не видят или не хотят видеть. А появляется она от понимания достижений, которые сделал Китай за годы своего развития, и гордости за них. Не случайно один из интернет-пользователей (на скриншоте выше) поочередно перечисляет достижения Китая за последние годы, среди чего упоминает первое место в мире по патентным заявкам, по покрытию территории страны высокоскоростными железными дорогами, сооружение в КНР крупнейшего в мире телескопа (FAST), строительство крупнейшего в мире морского моста Гонконг-Чжухай-Макао и др.

Авторы еще одной публикации в Вичате также задаются вопросом, по какой же причине в стране наблюдается всплеск патриотических чувств среди молодежи (为何年轻人更爱国了?) . В статье приводятся фотографии различных социальных-медиа, где пользователи восторженно пишут о своей любви к Китаю, а на День образования КНР (1 октября) популярной фразой стала «С Днем Рождения, Родина» (祖国生日快乐). После выхода накануне празднования 70-летия образования КНР патриотического фильма «Я и моя Родина» (我和我的祖国), в одночасье ставшего популярнейшим в Китае, в интернете быстро набрала популярность фраза из него: «Я и Родина - неразделимы» (我和我的祖国,一刻也不能分割). На примере фильма, авторы приходят к заключению, что успехи и процветание страны, благосостояние государства и народа, его растущий потенциал и увеличивающаяся мощь вызывают чувство гордости, любви и трогают до глубину души: «пусть вечно будет мир и спокойствие в стране и у народа, ведь этого хотели предки» (山河犹在,国泰民安,这盛世如先辈所愿). Представляется, что молодежь страны смогла получить простые истины, которые ясно свидетельствует о достижениях последних лет, что вызвало не только чувство гордости и патриотизма, но и желание сберечь и сохранить достоинство своего государства. Именно поэтому и происходят столкновения между представителями молодого поколения Гонконга, которые всячески пытаются дистанцироваться от остальной части Китая и никак не приемлют культуру и традиции, предпочитая западный образ жизни.

Кроме того, у молодежи есть представление о своем будущем, некая уверенность в нем, спокойствие и социальная стабильность. Ведь неслучайно одной из причин протестных движений на площади Тяньаньмэнь в 1989 г. была фрустрация среди молодежи относительно карьерных перспектив после окончания вуза в условиях реформирующейся Дэн Сяопином экономической системы страны. Та же NYT еще в июле публиковала статью о том, что многие образованные, прошедшие обучение за границей китайцы искренне не понимают стремления и негодования гонконгцев, которые, по их мнению, не только подрывают свое собственное финансовое благосостояние, но и ставят под вопрос экономическое процветание всего города. По этой же причине происходят столкновения обучающихся за границей студентов остальной части Китая и тех молодых жителей Гонконга, которые симпатизируют протестующим.

Патриотизм китайской молодежи кроется не в слепой любви к КПК, как результате многолетней промывке мозгов (как это преподносится в зарубежных СМИ), а скорее в нежелании обменивать стабильность и уверенность в завтрашнем дне на непонятные перспективы демократизации, которые, как всем очевидно, в условиях главенствующей роли КПК мирным и эволюционным путем закончиться не смогут. Тем более, что есть исторические примеры о тяжелых годах восстановления после гражданской войны начала XX в. и социальных экспериментов Мао Цзэдуна.

*** В Китае, безусловно, присутствует ограничение свободы слова, создана мощная система пропаганды и нет свободного доступа в Интернет, но при этом только ли это влияет на формирование патриотических чувств современной молодежи? Как было рассмотрено выше, вероятно, что нет. Молодое поколение Китая, с одной стороны, получило ясные и понятные образы достижений своей страны, которые произошли в последние годы. Это дало повод для гордости и породило постепенный рост патриотических настроений. Все это сопровождалось поэтапным увеличением благосостояния граждан и расширением социальной стабильности, которую обеспечивает КПК. В итоге было достигнуто равновесие, при котором Партия, хоть и ограничивает определенные сферы жизни, предоставляет определенные гарантии, что является залогом будущей стабильности и дает надежду на реализацию своих планов. С другой стороны, фактор бушующего несколько месяцев Гонконга и тянущаяся торговая война с США, как внешний фактор – стали катализатором волны патриотизма среди молодежи. Она появилась как ответ на протестные настроения в Гонконге, призывы к его независимости и, как казалось молодым людям остальной части Китая, очернение достижений их Родины. Представляется, что патриотические сантименты будут и дальше культивироваться властями. Именно здесь и произошло пересечение настроений масс и задач партии по поддержанию своей легитимности. Продолжаться такая симфония будет до тех пор, пока КПК в состоянии сохранять лояльность народа через обеспечение должного уровня экономического благосостояния, социальной стабильности и демонстрацию своих невероятных достижений. Как долго это продлится – покажет только время…

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся