Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.8)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Алексей Чихачев

Аспирант СПбГУ, эксперт РСМД

Историю франко-американских отношений после окончания Второй мировой войны трудно однозначно охарактеризовать. За последние 70 лет наблюдались как периоды сближения, так и моменты острой взаимной критики.

Отношения США и Франции остаются заложниками борьбы двух направлений внешней политики Франции — «антиамериканского» и «проамериканского». Э. Макрону предстоит выбрать, какое из двух направлений окажет влияние на внешнеполитический курс Франции.


Несмотря на то что наибольшее внимание французской дипломатии традиционно привлекает Европа, диалог с США имеет для Парижа не меньшую ценность, особенно в тех случаях, когда позицию Вашингтона приходится прямо или косвенно учитывать на континенте. Для Франции сотрудничество с США имеет особую значимость, поскольку оно обычно развивается вокруг наиболее чувствительных для Пятой республики направлений: автономии принятия решений, неприятия единоличного лидерства любой державы, поиска собственного влияния в мире. Атлантический вектор внешней политики Франции стал одним из тех «интерфейсов», в соответствии с которыми оригинальный голлистский курс сначала сформировался, а затем претерпел определённую эрозию.

Историю франко-американских отношений после окончания Второй мировой войны трудно однозначно охарактеризовать. За последние 70 лет наблюдались как периоды весьма тесного сближения, так и моменты острой взаимной критики. До конца 1950-х гг. французские правительства, скованные внутренней политической нестабильностью, неудачными войнами в Индокитае (1946–1954 гг.) и Алжире (1954–1962 гг.), а также Суэцким кризисом (1956 г.), не имели возможности резко отделиться от своих союзников. Поэтому единственным выбором для Парижа оставалось постепенное признание лидирующей позиции США в западном мире, а в качестве лучшей гарантии безопасности — блок НАТО, заменивший близкий Франции Западноевропейский союз. Альтернатива была предложена Ш. де Голлем в 1958–1969 гг. — Пятая республика, автономная от воли любой сверхдержавы, должна самостоятельно обеспечивать собственную безопасность, даже если США такой сценарий придется не по нраву. С тех пор франко-американские отношения оставались заложниками борьбы двух разнонаправленных тенденций внешней политики Франции, причём обе тенденции могли проявиться при одном и том же президенте.

Тенденция 1. «Антиамериканская»

«Антиамериканская» тенденция сформировалась в период президентства Ш. де Голля и ярче всего выразилась в его известных внешнеполитических решениях — ускорении кризиса Бреттон-Вудской системы и выводе Франции из военных структур НАТО. Французское руководство негативно относилось к привычке американских коллег действовать в одностороннем порядке. Такой стиль внешней политики США мог привести к тому, что Франция, объективно уступавшая Америке по совокупной мощи, была бы вынуждена в ущерб своим интересам автоматически присоединяться к уже принятым в Вашингтоне решениям. В конечном итоге страна не могла бы рассчитывать на «величие» [1], к которому стремился Ш. де Голль, и «растворилась» бы в сфере влияния западной сверхдержавы. Чтобы не допустить этого, первый президент Пятой республики стремился подчеркнуть особый статус Франции, к примеру, настояв на приобретении национального ядерного арсенала, поддержании конкурентоспособности французского ВПК. Практиковавшаяся до 1969 г. доктрина «обороны по всем азимутам» допускала пусть и мало реалистичный, но необходимый для рассмотрения сценарий столкновения с противником не только с Востока, но и с Запада [2].

Для Франции сотрудничество с США имеет особую значимость, поскольку оно обычно развивается вокруг наиболее чувствительных для Пятой республики направлений.

Следующие президенты также имели возможность испытать отношения с США на прочность. Так, Ж. Помпиду был недоволен активизацией политики Вашингтона на европейском направлении в 1972–1974 гг. [3]. В. Жискар-д’Эстен критиковал американскую внешнюю политику за «нестабильность и слабость» в годы президентства Дж. Картера. Ф. Миттеран не принимал торгово-экономическую политику Р. Рейгана и развитие программы СОИ [4], а президент США, в свою очередь, критиковал «левый эксперимент» во французской экономике и намерение увеличить помощь международному развитию. Наконец, хорошо известны события 2003 г., когда Ж. Ширак отказался поддержать операцию США в Ираке, вызвав шквал критики с американской стороны [5].

«Антиамериканская» тенденция сформировалась в период президентства Ш. де Голля и ярче всего выразилась в его известных внешнеполитических решениях — ускорении кризиса Бреттон-Вудской системы и выводе Франции из военных структур НАТО.

Между тем периодически возникающие разногласия нельзя назвать настоящей конфронтацией, хотя бы отдалённо напоминающей соперничество США и СССР. Французское руководство интересовало не фронтальное противостояние Вашингтону, на которое оно не имело ресурсов, а, скорее, выбор иных, более оригинальных акцентов во внешней политике. «Антиамериканизм» оставался достаточно условным и не означал борьбу социально-экономических систем и идеологий (отдалённые признаки этого можно было увидеть разве что в противоречиях Ф. Миттерана и Р. Рейгана). Даже оставаясь вне военных структур НАТО, Франция позиционировала себя в качестве безусловного члена «западной семьи», в напряжённые моменты знающего, на чьей он стороне (Карибский кризис 1962 г., «кризис евроракет» 1983 г.).

Тенденция 2. «Проамериканская»

«Проамериканская» тенденция начала проявляться после ухода Ш. де Голля с поста президента. Первую попытку возобновить полноценный диалог с США предпринял уже Ж. Помпиду, которому удалось наладить сотрудничество даже по оборонным проектам [6]. Приверженец либеральных убеждений В. Жискар-д’Эстен при образовании «Группы семи» подчёркивал ценностную близость стран-участниц, имея в виду и Францию, и США [7]. При Ф. Миттеране начались первые попытки сближения с НАТО [8], которые Ж. Ширак почти довёл до конца, подключив французские силы к операции Альянса в Югославии. Критика Вашингтона стала всё чаще сопровождаться сотрудничеством, притом акцент всё больше смещался в сторону последнего. Возобладало мнение о том, что повлиять на курс могущественного союзника необходимо не посредством принципиального противостояния, а при помощи действий в рамках многосторонних форматов, в которых участвуют США. Считалось, что такая политика принесёт выгоды и самой Франции, чья «слишком» оригинальная позиция в современном мире может означать не особый статус, как в условиях биполярного мира, а изолированность от узловых проблем международных отношений.

Такой логики придерживался президент Н. Саркози, больший «атлантист», чем все его предшественники. Его приход к власти обычно считается тем рубежом, с которого «антиамериканская» тенденция неуклонно пошла на спад, а «проамериканская» в итоге возобладала. Подтверждение союзнических обязательств стало заметным направлением его внешнеполитического курса, а возвращение в военные структуры НАТО — одним из главных событий пятилетнего срока, которое преемственно воспринял и Ф. Олланд. Показательно, что при двух последних президентах франко-американские отношения обошлись без больших кризисов наподобие 1966 г. или 2003 г. Оговорки о «стратегической автономии» и собственных интересах не исчезли, но фон диалога с США стал спокойнее. Аналогичным образом не произошло отказа от собственного ядерного потенциала и боеспособной армии, но Североатлантический альянс стал считаться необходимой и не противоречащей надстройкой безопасности. Французская сторона согласилась на своеобразное разделение труда в организации, опробованное в 2011 г. в Ливии и описанное Ю. Ведрином: «Европейцы дают стимул к проведению операции, ООН определяет мандат, США поддерживают принятое решение и соглашаются на использование средств НАТО, и европейцы проводят значительную часть всей операции».

Пышный приём Д. Трампа на празднике 14 июля 2017 г. должен был показать, как мало в современной внешней политике Франции осталось «антиамериканизма» и насколько высоко ценится союз с Вашингтоном,

Э. Макрону предстоит выбрать, какая из двух тенденций окажется сильнее в его внешнеполитическом курсе. С одной стороны, его взаимодействие с Д. Трампом не обходится без противоречий: легко вспомнить разногласия по Парижскому соглашению, сделке с Ираном или ситуации на Корейском полуострове. Важным мотивом выступления Э. Макрона на 72-й сессии Генассамблеи ООН стали слова о многополярности современного мира и эффективности мультилатерализма, которые не в полной мере соответствуют признанию лидирующей позиции США. С другой стороны, французский президент смягчает острые углы, не разворачивая системную критику США и не ставя под сомнение полноценное членство Франции в НАТО. Впрочем, о своём выборе Э. Макрон уже намекнул в самом начале своего президентства: пышный приём Д. Трампа на празднике 14 июля 2017 г. должен был показать, как мало в современной внешней политике Франции осталось «антиамериканизма» и насколько высоко ценится союз с Вашингтоном, несмотря на периодическое недопонимание.

1. Обичкина Е. О. Внешняя политика Франции от де Голля до Саркози (1940-2012): Научное издание / Е.О. Обичкина. – М.: Аспект Пресс, 2012. – С. 108-114.

2. Осипов Е. А. Французские архивы: визит Жоржа Помпиду в США в 1970 году // Международная жизнь. 2013. № 10. С 161-162.

3. Обичкина Е. О. Указ. соч. С. 155-157.

4. Там же. С. 189-193.

5. Acher C. L’image de Jac

ques Chirac dans la presse américaine // Bulletin de L’Institut Pierre Renouvin. 2007. № 25. P. 99-114.

6. Осипов Е. А. Французские архивы: визит Жоржа Помпиду в США в 1970 году // Международная жизнь. 2013. № 10. С. 162.

7. Pottier F. La rencontre de Rambouillet // Politique étrangère. 1976. Vol. 41, № 1. P. 20.

8. Raflik J. François Mitterand et l’Otan // Matériaux pour l’histoire de notre temps. 2011. № 101-102. P. 35-38.

9. Манжола В. А., Шаповалова А. И. Внешняя политика Франции: изменилась ли доктрина голлизма? // Современная Европа. 2014. № 4. С. 91-95.


Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.8)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся