Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.5)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Андрей Кортунов

К.и.н., генеральный директор и член Президиума РСМД, член РСМД

Событием года» в российско-американских отношениях я бы назвал выход США из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). Решение о выходе было принято администрацией Трампа вопреки многочисленным призывам этого не делать со стороны не только российского руководства, но и американских союзников в Европе, а также влиятельных политиков и экспертов внутри самих США. Не поддержали в Белом доме и призыв России ввести мораторий на размещение новых ракетных систем в Европе.

«Событием года» в российско-американских отношениях я бы назвал выход США из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). Решение о выходе было принято администрацией Трампа вопреки многочисленным призывам этого не делать со стороны не только российского руководства, но и американских союзников в Европе, а также влиятельных политиков и экспертов внутри самих США. Не поддержали в Белом доме и призыв России ввести мораторий на размещение новых ракетных систем в Европе.

Развал ДРСМД стал самой серьёзной угрозой для международного контроля над ядерными вооружениями. Сегодня никто не может с уверенностью предсказать, удастся ли добиться продления СНВ-3, что произойдёт с Договором о нераспространении ядерного оружия, какой окажется судьба Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний.

Кроме того, Соединённые Штаты продолжали вводить против России новые экономические санкции. И если в отношении контроля над вооружениями инициатива исходила от Белого дома, то инструменты санкций чаще всего использовали в конгрессе США. Американские конгрессмены ухитрились даже вписать санкции против «Северного потока-2» и «Турецкого потока» в раздел нового федерального бюджета на 2020 год, касающийся военных ассигнований. Вообще санкции на наших глазах превращаются чуть ли не в главный механизм американской внешней политики — не только в отношении России, но и применительно ко многим другим странам, включая союзников США.

Если говорить о позитивных моментах, то они складываются преимущественно из того, чего в уходящем году удалось избежать. Например, удалось избежать принципиального расхождения позиций по ситуации на Корейском полуострове, острого конфликта в связи с событиями в Венесуэле, прямого российско-американского столкновения в Сирии. Даже антироссийские санкции, введённые в 2019 году, оказались не столь масштабными и разрушительными, как многие эксперты предсказывали ещё год назад. Сохранились, пусть в ограниченном виде, каналы коммуникации между политическими лидерами двух стран.

Продолжаются контакты по военной линии. Они поддерживаются на уровне министров обороны, начальников генштабов, других представителей военных ведомств двух стран. Обсуждаются вопросы, представляющие взаимный интерес в контексте ситуации в Сирии и стратегической стабильности, а также меры предотвращения инцидентов в ходе военной деятельности сторон. Такие контакты позволяют лучше понять намерения друг друга, и потому чрезвычайно полезны.

Но, разумеется, этих усилий недостаточно для того, чтобы начать возвращать отношения двух ведущих ядерных держав в конструктивное русло. Увы, но год президентских выборов в США, которым будет 2020-й, — не самое лучшее время для налаживания диалога между Вашингтоном и Москвой. Инерция антироссийских настроений слишком велика, чтобы возлагать надежды на смену политического тренда в ближайшем будущем. Скорее всего, кандидаты от демократической партии будут по привычке обвинять нынешнего хозяина Белого дома в избыточной «мягкости» по отношению к Москве, а саму Москву — в продолжении вмешательства в политические процессы внутри США.

Никуда не денутся и санкции — можно с уверенностью предсказать новые законы и президентские распоряжения в этой сфере; вопрос лишь в том, насколько серьёзными они окажутся.

Хочется надеяться, что у руководства США хватит здравого смысла и политической воли обеспечить продление СНВ-3 на следующие пять лет.

Иван Тимофеев:
Бойцы замерли в окопах

Разногласия России и США по многим важным для обеих сторон региональным проблемам, например, по Ирану и по Украине, также сохранятся, и главной задачей, как мне представляется, станет не их преодоление, а недопущение нежелательной эскалации. Пока даже неизвестно, удастся ли провести в наступающем году полноценный российско-американский саммит, или же — что, на мой взгляд, вероятнее, — лидеры двух стран ограничатся контактами «на полях» многосторонних мероприятий и международных форумов.

Завершая ответ на позитивной ноте, хочу выразить надежду, что у руководства США хватит здравого смысла и политической воли обеспечить продление СНВ-3 на следующие пять лет, не допустить полного провала запланированной на 2020 год Обзорной конференции по ДНЯО и начать содержательный диалог с Москвой по вопросам стратегической стабильности. Хочется также надеяться, что американские лидеры не пойдут на такую эскалацию санкций в отношении России, которая может поставить под угрозу стабильность международной экономической и финансовой системы в целом. Можно рассчитывать на продолжение двустороннего сотрудничества в тех немногих сферах, где оно пока сохраняется, например, по вопросам Арктики. Возможен некоторый прогресс в визовых вопросах. Однако какой-то принципиальный сдвиг в отношениях Вашингтона и Москвы, к сожалению, находится далеко за горизонтом наступающего года.

Впервые опубликовано в «Красной звезде».

Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.5)
 (8 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся