Хроники Евроатлантики

Новая нормальность в отношениях России и НАТО

19 Июля 2016
Распечатать

Раз в два года лидеры стран — членов НАТО собираются на саммит, чтобы обсудить вопросы развития Организации Североатлантического договора и способы реагирования на вызовы европейской безопасности. Раз в два года это событие сопровождается невиданным усилением активности отдела НАТО Департамента общеевропейского сотрудничества российского МИДа: практика последних десятилетий продемонстрировала, что ждать хороших новостей от саммита НАТО, как правило, не приходится.

27 саммит НАТО, прошедший в Варшаве 8–9 июля 2016 г., стал одним из самых ожидаемых за последние годы. Если первый после событий на Украине саммит в Уэльсе вполне мог восприниматься как реакция сгоряча, то Варшавская встреча знаменовала собой уже хорошо обдуманный и окончательно утвердившийся новый курс НАТО в отношениях с Россией.

Фото: defense.gov

Итоговое коммюнике Варшавского саммита, действительно, выдержано в достаточно резком ключе. В нем собраны многочисленные обвинения в адрес России, ранее неоднократно высказывавшиеся лишь в устной форме, а теперь закрепленные в официальном документе.

«Агрессивные действия России, в частности, провокационная военная деятельность на периферии территории НАТО и проявленная Россией готовность добиваться политических целей с помощью угрозы силой и применения силы являются одним из источников региональной нестабильности, представляют собой фундаментальный вызов, брошенный Североатлантическому Альянсу, нанесли урон евроатлантической безопасности и угрожают нашей давней цели — созданию целой, свободной и мирной Европы.»

Россия фактически признается агрессором, представляющим прямую угрозу странам НАТО, «фундаментальный вызов» европейской безопасности. Помимо недружественной риторики, последний саммит НАТО запомнится решениями, имеющими явно антироссийский характер. По итогам Варшавского саммита к 2017 г. в так называемом передовом районе — странах Балтии — на ротационной основе будут размещены четыре батальона многонациональных войск, призванных продемонстрировать единство стран НАТО и способность к слаженным действиям и оперативному реагированию на угрозы. Очевидно, что в качестве наиболее вероятной угрозы на данном направлении признается Россия. Удивительно в этой ситуации то, что на столь серьезные обвинения и практические шаги Альянса российские официальные представители отреагировали более чем сдержанно.

«Российская сторона внимательно изучает решения состоявшегося 8–9 июля в польской столице саммита Североатлантического альянса... Ожидаем подробные разъяснения представителей альянса о натовских усилениях по всем “азимутам”».

Подобная сдержанность имеет под собой основания. Во-первых, саммит НАТО в Варшаве прошел на удивление предсказуемо. Принятые решения не стали сенсацией, они давно и активно обсуждались и готовились и стали лишь продолжением политики, начатой два года назад на Уэльском саммите. Во-вторых, сами решения вызывают негодование скорее у политиков, чем у военных: носят провокационный характер, а поддаваться на провокации российская сторона не готова. Более того, на состоявшемся в среду 13 июля заседании Совета Россия — НАТО (СРН) именно Россия выступила инициатором дискуссии по «плану Ниинисте». Этот план, согласие по которому стало самым значимым успехом встречи, предполагает ряд мер по повышению безопасности в воздушном пространстве Балтийского региона, нацеленных, в частности, на избежание инцидентов, подобных тому, что прошел на турецко-сирийской границе, и чреватых серьезным обострением отношений.

«Надо спрашивать не “Что случилось?”, а “Что случилось такого, чего еще никогда не бывало?”» (Эдгар Аллан По)

За громкими, но неопределенными заявлениями генсека НАТО Йенса Столтенберга о том, что «НАТО остается одним из основных источников безопасности для нашего населения и стабильности для всего мира» и «не видит непосредственной угрозы ни для одного из членов Альянса» могли остаться незамеченными не менее громкие, но вполне определенные высказывания заместителя генерального секретаря НАТО Александра Вершбоу.

Фото: www.nato.int

Александр Вершбоу

На традиционном экспертном форуме, предшествующем саммиту НАТО, А. Вершбоу недвусмысленно заявил о начале процесса трансформации роли Альянса в ответ на изменение среды международной ситуации в сфере безопасности. Несмотря на то, что НАТО работает по ряду направлений, включая Афганистан, Африку и Ближний Восток, заместитель генсека НАТО особое внимание уделил именно России. Последний раз заявления о коренной трансформации роли НАТО последовали за распадом Советского Союза и Организации Варшавского Договора и знаменовали собой конец холодной войны. Очередная трансформация свидетельствует об открытом восстановлении антироссийской направленности деятельности НАТО, новом сдерживании и активизации конфронтации. Хотя Александр Вершбоу в целом известен своими резкими высказываниями в адрес России, его заявления отражают ключевую тенденцию в отношениях России и НАТО, которая должна приобрести устойчивый долгосрочный характер. Во всяком случае, до предстоящих выборов американского президента.

Предстоящие выборы президента США вносят высокую долю неопределенности практически во все сферы международной жизни и могут существенно изменить новую тенденцию или, напротив, закрепить и усилить ее. Уходящий с поста президента Барак Обама не предпринимает никаких резких шагов, и кардинального изменения ситуации до окончания его срока ожидать не стоит. Однако от того, кто сменит его на посту главы Белого дома, отношения России и НАТО зависят напрямую. И если с внешнеполитической позицией Хилари Клинтон по отношению к России сомнений и вопросов не возникает, то последствия возможного прихода к власти Дональда Трампа предугадать достаточно сложно.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся