Блог экспертов РГГУ

Илья Кравченко: Возможна ли война между Саудовской Аравией и Ираном?

12 Января 2016
Распечатать

События начала января показывают как взрывоопасен Ближний Восток. Буквально за несколько дней отношения между Саудовской Аравией (центром суннитской ветви Ислама) и Тегераном (лидером шиитских мусульман) накалились до предела – 3 января 2016 г. Поводом для такого обострения стала казнь в Саудовской Аравии 47 человек, осужденных за причастность к терроризму. Среди казненных оказался и один из виднейших представителей шиитского меньшинства страны шейх Нимр ан-Нимр.

 

Стоит отметить особую роль шиитского меньшинства в выстраивании как внутренней, так и внешней стратегии Саудовской Аравии. Внутри страны проводится жесткая политика против любой оппозиции, особенно шиитского меньшинства, которого в стране насчитывается 10-15 % населения, проживающего преимущественно на Востоке государства.

 

Казнь Нимр ан-Нимра была четким сигналом Эр-Рияда к Тегерану, что он не будет терпеть иранское влияние среди шиитских общин в суннитских странах. Тем не менее, в Эр-Рияде наверняка осознавали, какие значительные внутренние и региональные последствия казнь шиитского проповедника будет иметь для Саудовской Аравии. Власти продемонстрировали шиитскому населению (говоря так, имеется в виду Тегеран), что готовы использовать по-настоящему жесткие меры, чтобы ограничить влияние Ирана.

 

Однако, чрезвычайно важно отметить, что подавляющее большинство из казненных вместе с Нимр ан-Нимром – сунниты, которые действительно были сообщниками террористов. Только никак не «шиитского толка», а реальных боевиков «Исламского государства». Ведь экономическая ситуация внутри Саудовской Аравии, проблемы с рынком труда и прочие трудности побуждают население, преимущественно молодежь, к радикализации. По разным данным, уже порядка 2 тыс. граждан  королевства присоединились к «Исламскому государству» и для Эр-Рияда чрезвычайно важно показать, что подобные шаги  не останутся безнаказанными.

 

Это становится более очевидно ввиду последних действий «старого» союзника саудитов – Соединенных Штатов. Стремление Вашингтона нормализовать отношения с Ираном, возвращение на нефтяной рынок в качестве крупного экспортера, удержание цены на нефть на низком уровне – все это убедило страны Персидского залива в целом, и Саудовскую Аравию в частности в том, что в своей борьбе с Ираном она сама по себе, по крайней мере, до тех пор, пока нынешняя администрация остается в Белом доме.

 

Что касается противостояния саудитов с иранцами, то например в 2011 году в ответ на бурные демонстрации шиитских активистов, которые по заявлению правительства Бахрейна были поддержаны Ираном, Эр-Рияд направил часть своих вооруженных сил на поддержку Манамы.

 

На протяжении последних лет Саудовская Аравия и Иран заняли противоположные стороны в двух региональных гражданских войнах. В Сирии, Тегеран поддерживает режим Б. Асада, а Эр-Рияд суннитских повстанцев, в то время как в Йемене правительство Ирана поддерживает повстанцев-шиитов Хути, а лидеры Саудовской Аравии в коалиции с Объединенными Арабскими Эмиратами, Кувейтом, Бахрейном и другими пятью суннитскими государствами оказывают военную поддержку правящему режиму.

 

Следуя действиям Саудовской Аравии, ряд арабских стран также осудили Иран и приняли дипломатические меры против него. Объединенные Арабские Эмираты понизили уровень дипотношений, а Бахрейн, Кувейт, Катар, Судан и Джибути отозвали своих послов из Ирана. В то время как Иордания и Египет раскритиковали Иран за «вмешательство» в арабские дела, Турция и «Региональное правительство Курдистана» заняли нейтральную позицию, тем самым показав, что все происходящее в Саудовской Аравии – это дело самой Саудовской Аравии.

 

Главное, о чем сейчас стоит задуматься, это чего ожидать от нынешнего усиления кризиса в саудовско-иранских отношениях. Согласно одному из возможных сценариев, возможно начало войны между Тегераном и Саудовской Аравией. Сразу стоит отметить, что это маловероятный сценарий. Далее будет дано объяснение, почему.

 

Так, говоря о военном потенциале двух противников, в случае реального вооруженного противостояния Эр-Рияда с Тегераном, численный перевес будет на стороне последнего. На данный момент в вооруженных силах Саудовской Аравии служат чуть более 230 тыс. человек, в то время как в Иране порядка 545 тыс. солдат и офицеров.

 

Однако, у Саудовской Аравии имеется технологическое преимущество. Об этом говорит значительное увеличение выделяемых средств на закупки вооружений доходящих до 10% от ВВП страны. При этом среди импортеров вооружений Саудовская Аравия поднялась с 4-ого на 2-е место. Что касается Ирана, то по последним данным он тратит в 6 раз меньше средств на закупку вооружений. Про импорт Ирана говорить сложно, ведь многочисленные западные санкции запрещали поставки вооружений в эту страну.

 

Несмотря на то, что саудовские вооруженные силы хорошо оснащены, они сравнительно неопытны в ведении боя, в отличии от иранцев. И всё же иранским шииты, служащим в армии, будет не так просто обосновать нападение на государство, на территории которого находятся священные места, Мекка и Медина. Для обеих стран война была бы опасна из-за сложности формулировки как раз цели самой войны. Поэтому мы переходим к другому сценарию развития событий. Согласно нему, вероятнее ожидать продвижения на второстепенных театрах военных действий: конфликты в Сирии, в Йемене, Ираке и других местах, где оба государства поддерживают «своих боевиков».

 

Сложность ситуации заключается в том, что Иран продвигает свои интересы практически в одиночку, так как из региональных союзников у него есть только Ливан и условно Ирак, в то время как Саудовская Аравия еще в декабре 2015 г. создала «региональную антитеррористическую коалицию», состоящую из 34 стран.  То есть Тегеран явно ограничен в своих возможностях вести противостояние с большим количеством сторонников Эр-Рияда.

 

Однако, не стоит забывать, что освобождение от «санкционного бремени» для Ирана произойдет уже скоро и для иранских лидеров важно максимально эффективно использовать эту возможность для наращивания своего экономического и военно-политического потенциала. А как привлечь инвесторов, если в стране громят иностранные дипломатические представительства и в аналитики постоянно говорят о конфликте двух региональных лидеров? Поэтому, на данном этапе, скорее всего, будет реализован иной сценарий – война риторик. Прямое вооруженное противостояние может окончательно расшатать и без того хрупкий мир между шиитским и суннитским государствами. 

 

Илья Кравченко, к.п.н., преподаватель кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики РГГУ.

Поделиться статьей

Текущий опрос

У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся