Блог Мамеда Мустафаева

Курдская карта в геополитике мировых держав на Ближнем Востоке

19 Февраля 2017
Распечатать
Поделиться статьей


Курдская карта в геополитике мировых держав на Ближнем Востоке



 



Ближний Восток с давних пор является местом пересечения интересов великих держав. Обстановка стабильности и гармоничного сосуществования на этом участке земли представителей различных этносов, культур и религий ушла в забвенье вместе с эпохой Османской государственности и халифатского правления. Создание совершенно новых государств на месте рухнувшей империи, а в дальнейшем и их самостоятельное регулирование направления собственной политики побудило возникновение ряда кардинальных противоречий как внутри этих стран, так и во всём регионе в целом. И если в начале XX века «пороховой бочкой» Европы называли регион Балкан, то в XXI веке таким статусом по праву обладает Ближний Восток, масштабы угрозы и опасности которого являются международными. Анализ проблематичности и подобной ситуации в этой части мира объясняется, прежде всего, наличием неразрешённых и остростоящих вопросов.



 



Одним из наиболее сложных и трудно решаемых является курдский вопрос. Его корни уходят в далёкое прошлое, и главной причиной этому служит отсутствие у курдской национальности собственного государства. Вследствие чего почти во всех странах Ближневосточного региона существуют крупные курдские общины, уже несколько десятилетий борющиеся за национальное самоопределение и зачастую требующие широкой самостоятельности вплоть до формальной независимости. Подобная направленность курдского национального меньшинства против государственной власти в странах региона отнюдь небезосновательна. Государства преимущественного проживания курдского населения проводят крайне недоброжелательную политику в отношении последних. Курды расселены в странах обитания неравномерно. Больше всего их в Турции (около 47%). В Иране курдов около 32%, в Ираке – около 16%, в Сирии – около 4%, в государствах бывшего СССР – около 1%. Остальные проживают в диаспоре.[1] Стоит сказать, что все четыре страны с территориями этнического Курдистана проводят разной степени репрессивную антикурдскую политику – все они стремятся подавить любое возможное курдское движение. Внутренняя политика данных государств долгое время строилась на националистических началах, что в свою очередь и послужило катализатором появления среди курдов сепаратистских настроений. Так, например, в Турции ещё со времён Мустафы Кемаля Ататюрка всем малочисленным народам прививалась идеология единой турецкой нации и курдам попросту внушали, что они являются горными турками, в процессе тех или иных исторических событий отошедших от турецкой ментальности, культуры и языка. Таким образом, турецкое правительство целенаправленно ставило под удар развитие курдской культуры, к чему резко негативно отнеслись курды. Притеснение же курдов  Ирана началось ещё при шахском режиме и имеет своё продолжение в настоящее время. Курдское население Ирана испытывает к себе отношения дискриминационного характера, связанное с приёмом на ту или иную работу, правом на обучение на родном языке, на поступление в высшие учебные заведения страны и т.д.[2] Однако в целом курдское население Ирана проводит пассивное противодействие подобным явлениям, и данный вопрос находится в статичном положении. В Ираке напротив, народное движение курдов обрело мощный и повсеместный характер. Причиной тому стала антикурдская политика, проводимая ещё в конце XX века главой государства Саддамом Хусейном, направленная на ужесточение порядка в северных районах страны с целью увеличения в данных областях арабского населения в противовес курдскому. Исходом такой репрессивной политики явилось возникновение опасности курдского сепаратизма, что стало известным фактором как о слабых местах стран Ближневосточного региона.



 



Так, на протяжении всего XX века со времён первой мировой войны курдский вопрос так или иначе использовался разными странами в своей внешней политике, проводимой на Ближнем Востоке. Курдские лидеры всегда приветствовали любую помощь, оказанную извне в их борьбе за свободу, продолжающуюся уже не одну сотню лет. Исторический Курдистан расположен крайне невыгодно с точки зрения соседствующих стран. Его границы охватывают четыре граничащих между собой государства. При той или иной обстановке в регионе, у заинтересованных стран всегда есть возможность повлиять на ход событий, путём оказания помощи курдскому народному сопротивлению в Турции, Иране, Ираке и Сирии. Сущность подобного рода диверсионного способа состоит в том, что курдский вопрос представляет собой угрозу в дестабилизации всего региона, и кто разыграет «курдскую карту», может установить дальнейший вектор развития всех политических процессов на Ближнем Востоке в нужном для него направлении.



 



Ярким примером может послужить опыт проводимой политики США и СССР. Обе державы были заинтересованы в данном регионе и боролись за сферы влияния на протяжении нескольких десятков лет. Политика СССР заключалась в ослаблении сил Турции в данном регионе и защите своих южных границ. Так, используя курдский вопрос в Турции, Советы обеспечивали полную поддержку курдов в их борьбе за своё самоопределение, тем самым ослабляя Турецкую республику. То же самое осуществлялось и в Иране, когда после второй мировой войны с приходом нового премьер-министра Кавама эс-Салтане, Иран  изменил вектор своей политики в Американскую сторону. Советский Союз всячески поддерживал национальные движения народов Ирана. Параллельно с курдами советское руководство делало ставку и на Южный Азербайджан с его доброжелательным к Советскому Союзу отношением. Так в 1945 году широкую автономию и дальнейшую перспективу отсоединения получили, угнетённые шахским режимом, азербайджанский и курдский народы, ослабив позиции Иранской власти изнутри и предоставляя возможность повлиять на политику страны в целом. Это впоследствии и было достигнуто в виде получения концессий на  разведку и добычу нефти и газа в Северных районах Ирана. Великие державы часто используют фактор нацменьшинства в других странах, с целью дестабилизировать обстановку внутри страны. Курды же представляют собой данный фактор в четырёх странах Ближнего Востока. Свидетельства использования Советским Союзом «курдского вопроса» в своей внешней политике на Ближнем Востоке находят своё отражение также и в тёплых отношениях, выстраиваемых советским руководством с лидерами курдского национального движения. Подтверждается это пребыванием курдских вооружённых отрядов под предводительством Мустафы Барзани в 1947 году на территории СССР с их дальнейшим обучением и обеспечением всем необходимым для использования при удобных обстоятельствах в будущем[3]. Прошедшие обучение в Советском Союзе курды активно участвовали в свержении режима Нури Саида в Ираке в 1958 году, например. А в начале 1960-х  гг. курдские отряды, вооружённые советскими спецслужбами, начали повстанческую борьбу в Ираке, Турции и Иране. В 1952 году с подачи и при помощи советских властей была создана курдская демократическая партия под председательством самого Барзани, которая проводила политику, направленную на координацию остальных курдских элементов на всём ближневосточном пространстве  с целью их объединения. Идеологией партии стал марксизм-ленинизм. Курдская демократическая партия стала ведущей курдской организацией в Ираке. В 1974 году советское руководство снова нашло очаг курдского сопротивления в Турции. И при помощи советской поддержки вновь возникла и укрепилась новая курдская партия, именовавшаяся Рабочей партией Курдистана, проводящая свою деятельность и по сей день. Позже она была занесена в списки террористических организаций. Данная организация принесла немало хлопот Турецкой Республике и оставила большой осадок, который до сих пор с прежней силой ощущается в стране.



 



В целом необходимо согласиться, что в годы холодной войны перспективы самоопределения курдов в форме образования самостоятельного независимого государства Курдистан мало волновала не только западные столицы, но и Москву[4].  Подход великих держав не изменился и после холодной войны.



С распадом СССР и переходом мироустройства в однополярную геополитическую систему, безусловным гегемоном которой стали Соединённые Штаты Америки, поддержка и координирование действий курдского сопротивления в большей степени перешло в русло американской политики на Ближнем Востоке.



 



Крайне агрессивные меры по отношению к курдам в Ираке, сопровождаемые, в том числе и депортацией курдского населения с мест их исторического пребывания, привели к гражданской войне. Вследствие этого благодаря помощи Соединённых Штатов Америки лидеры курдских общин сумели своевременно реализовать свои планы и создать организованное сопротивление правящему режиму. Воспользовавшись нестабильностью в стране, они в скором времени объявили о своих правах на самоопределение, а на следующих этапах утвердили своё право на широкую автономию, которая в определённых случаях может перейти в независимость по новой Конституции Ирака 2005 года. Российский эксперт М. Колеров оценивает ситуацию с Иракским Курдистаном после падения режима С. Хусейна как «добившегося федеративного устройства Ирака» и «собственного практически конфедеративного в нём положения», а также, по всей видимости, «стремящегося к независимости»[5].



 



Американское вмешательство служило своего рода поддержкой курдскому меньшинству, но,  безусловно, сыграло на руку и самим американцам в борьбе против режима Саддама Хуссейна и последующем контроле над всей территорией страны. Также приобретение нового союзника в регионе в лице де-факто независимого и относительно стабильного Курдистана значительно усилило позиции США на Ближнем Востоке. В этой связи и наблюдается вся сущность «курдского вопроса» как геополитического инструмента внешней политики иностранных государств, направленной на ослабление той или иной страны, имеющей в большей или меньшей степени проблему курдского сепаратизма. Внешний фактор в вопросе курдского самоопределения является одним из ключевых. Так в российской экспертной среде свободный Курдистан в Ираке называется примером «стимулированной» извне суверенизации, перспективы которой действуют в более широком коридоре возможностей, предоставляемых Западом, по сравнению с де-факто государствами на постсоветском пространстве[6].



Сирийские курды предъявляют претензии на широкие автономные права в областях их компактного проживания на всём севере Сирии. Данная идея, выдвигаемая партией Демократического Союза, подогревается соседним Иракским Курдистаном, не столько со стороны правительства Масуда Барзани, сколько ярким примером узаконивания прав национального меньшинства в основном законе Ирака на самостоятельное управление подконтрольными им территориями, а также дальнейшей перспективой независимости. В затянувшемся сирийском кризисе курды под опекой США играют одну из главных ролей в урегулирование всей сложившейся обстановки. Американское правительство, спонсируя курдские движения, получает возможность осуществлять те или иные операции в регионе посредством самих курдов.



Американская сторона провела успешную политику по поддержки курдов в Ираке, тем самым создав крепкий плацдарм своей дальнейшей политики в регионе. В 1998 году были достигнуты Вашингтонские соглашения, которые явились итогами гражданской войны между курдскими лидерами Масудом Барзани и Джалалом Талабани в Иракском Курдистане. Вашингтон выступил своего рода медиатором, разделив сферы влияния власти и найдя существенные компромиссы. Впоследствии, лидеры курдского сопротивления стали всё чаще сотрудничать, создавая благоприятную почву на пути общей цели – создания независимого Курдистана. Оставшийся в стороне лидер Рабочей Партии Курдистана Абдулла Ходжалан, находясь долгое время в турецкой тюрьме, также старается наладить связь с остальными курдскими лидерами.



При долговременном отсутствии стабильности в Ираке, независимость Иракского Курдистана остаётся вопросом времени и курды соседних стран и правительство этих стран прекрасно это понимают. Таким образом, нарастание подобных настроений курдов Турции и Ирана становится вполне возможным. Следовательно усиливается риск давления на эти страны извне, дестабилизация обстановки внутри этих стран и иные отрицательные последствия.



 



Российская Федерация также пытается установить конструктивные взаимоотношения с курдами для урегулирования сирийского кризиса. Так Министерством иностранных дел на переговорах в Астане 23 января этого года участникам межсирийских переговоров был передан проект Конституции Сирийской Арабской Республики[7]. Хотя в данном документе подразумевается лишь культурная автономия курдов и нет прямого указания на федерализацию страны, тем не менее, представленный проект конституции предлагает децентрализованную форму государственного устройства Сирии. В российском проекте содержится ряд уступок в пользу политических элит сирийских курдов в рамках территориальной целостности Арабской Республики и с сохранением лидирующих позиций Дамаска в лице Президента в децентрализованной модели государственного устройства. Предложение  Российской Федерации по урегулированию текущего кризиса в Сирии в этой части учитывает интересы не только официального Дамаска, но и Турции с Ираном, ощущающих угрозу курдского сепаратизма, риски которого возрастают в случае провозглашения независимости Иракского Курдистана и его официального признания. Для Тегерана и Анкары это шанс уменьшить уязвимость своего государства извне с использованием курдского фактора, обезопасить себя от данной проблемы и конструктивно посредничать в рамках мирного политического урегулирования конфликта в Сирии.



 



Список использованных источников и литературы:



1.                 Гасанлы Дж.П. СССР-Иран: Азербайджанский кризис и начало холодной войны (1941-1946 гг.). – М.: Герои Отечества, 2006. – 560 с.



2.                 Колеров М. Непризнанные государства бывшего СССР в контексте Балкан и Черноморского региона. – М.: Книжный мир, 2013. – 11 с.



3.                 Лавренов С. Я. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. – М.: АСТ, Астрель, 2003. – 778 с.



4.                 Опубликован предложенный Россией проект конституции Сирии // МИА «Россия сегодня». – 2017. – 1 февраля. – URL: https://ria.ru/syria/20170201/1486902587.html?share-img=1486900065 (дата обращения 01.02.2017).



5.                 Курды и курдский вопрос // Универсальная научно-популярная онлайн-энциклопедия Кругосвет.URL:http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/KURDI_I_KURDSKI_VOPROS.html?page=0,0 (дата обращения 31.01.2017)



6.                 Петросян Д. Ереван готовится к возможному провозглашению независимого курдского государства // Научное Общество Кавказоведов. Официальный сайт. URL: http://www.kavkazoved.info/news/2015/02/27/erevan-gotovitsja-k-provozglasheniu-kurdskogo-gosudarstva.html#comments (дата обращения 01.02.2017).



7.                 Тараби Байзан. Тайная война Ирана против Курдов // Аль-Араб. 1997. 16 апреля









[1] Курды и курдский вопрос // Универсальная научно-популярная онлайн-энциклопедия Кругосвет.URL:http://www.krugosvet.ru/enc/istoriya/KURDI_I_KURDSKI_VOPROS.html?page=0,0 (дата обращения 31.01.2017)





[2] Тараби Байзан. Тайная война Ирана против Курдов // Аль-Араб. 1997. 16 апреля





[3] См.: Лавренов С. Я. Советский Союз в локальных войнах и конфликтах. – М., 2003.С. 35.





[4] См.: Там же.





[5] Колеров М. Непризнанные государства бывшего СССР в контексте Балкан и Черноморского региона. – М., 2013. С. 4-5.





[6] См.: Там же. С. 6 и 9.





[7] Опубликован предложенный Россией проект конституции Сирии // МИА «Россия сегодня». – 2017. – 1 февраля. – URL: https://ria.ru/syria/20170201/1486902587.html?share-img=1486900065 (дата обращения 01.02.2017).





 


Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся