Блог Ксении Муратшиной

Китайская военная стратегия. «Дунфэн-41» и ядерная безопасность. Пост вопросов

25 Января 2017
Распечатать
Поделиться статьей

23 декабря 2016 г. международное издание китайской газеты «Хуаньцю шибао», «Global Times», опубликовало редакционную статью «Китай не должен колебаться в вопросах строительства своей ядерной мощи» (http://www.globaltimes.cn/content/1025377.shtml). Она появилась после избрания Д. Трампа президентом США и прошла для многих, в том числе российских СМИ, увлеченных темой американских выборов, незамеченной. Содержание статьи сводилось к сетованию, что Россия и США имеют по семь с лишним тысяч ядерных боеголовок. А как же Китай? – задавалась вопросом газета. И далее следовали призывы: «Утверждение, что ядерное оружие не может быть использовано, – это всеобщее заблуждение»; «Китай, находящийся в центре глобальной геополитики», в этих условиях «не должен колебаться или испытывать озабоченность по поводу того, как отреагируют западные страны». «В вопросах ядерного сдерживания нет места колебаниям», – заключала газета.



Ровно через месяц, 23 января 2017 г., «Global Times» продолжила тему, но уже после того, как китайская армия начала воплощать эту идею на практике. В статье «“Дунфэн-41” принесут Китаю больше уважения» (http://www.globaltimes.cn/content/1030353.shtml) сообщается, что, по данным гонконгских и тайваньских СМИ, в провинции Хэйлунцзян, граничащей с Россией, была размещена вторая на северо-востоке Китая бригада мобильных комплексов межконтинентальных баллистических ракет. Далее приводятся данные о технических характеристиках «Дунфэн-41» (радиус действия – около 14 000 километров, каждый комплекс может нести 10 – 12 ядерных боеголовок), а остальную часть статьи занимают рассуждения о том, что «придание Пекином особенного значения данным комплексам логично, они являются средством стратегического сдерживания»; «вместе с подъемом Китая растут и стратегические риски для него»; «Китай выполняет нелегкую задачу обеспечения своей национальной безопасности»; «ядерное сдерживание – основа национальной безопасности КНР»; «ядерная мощь Китая должна быть такой, чтобы ни одна страна не посмела начать конфронтацию или открытый конфликт с ним»; «США проявляли недостаточно уважения к вооруженным силам Китая»; «это добавит авторитета Народно-освободительной армии Китая» и так далее.

На этот раз российские СМИ отметили статью. Телеканалы в своих сюжетах сообщили, что бригады МБР размещены не только в Хэйлунцзян, но еще и в другой провинции – Хэнань, а также в Синьцзян-Уйгурском автономном районе. Учитывая, что «Хуаньцю шибао» – одна из крупнейших и наиболее авторитетных китайских газет и что опровержений материала не было, а дезинформация в КНР обычно становится предметом судебного разбирательства, не доверять и не принимать во внимание информацию о размещении ядерных ракет в приграничном с Россией регионе невозможно. И, несмотря на заверения российского руководства, озвученные в СМИ, о том, для нас это не предмет для беспокойства, поскольку Китай – наш «стратегический союзник», любому простому российскому гражданину хотелось бы «тщательнее» рассмотреть этот факт и получить ответы на возникающие невольно вопросы. А именно:

1. Почему информация о размещении ракет пришла к российским СМИ таким сложным путем? Разве китайская сторона не уведомила официально своего партнера – Россию – о том, что в приграничном с ее территорией регионе будет размещено ядерное оружие?

2. Если не уведомила, то обязана ли была это сделать или юридически не обязана? Ведь партнер – это НЕ союзник, он не связан договором о союзе и не имеет таких обязательств, какие имеют друг перед другом союзники в международно-правовом смысле этого слова.

3. Почему местом базирования одной из бригад и демонстрации «ядерной мощи» и «авторитета НОАК» для придания «большего уважения Китаю» выбрана именно приграничная с Россией провинция Хэйлунцзян?

4. Не противоречит ли размещение таких мощных комплексов условиям Соглашения 1996 г. между РФ, КНР, Казахстаном, Таджикистаном и Кыргызстаном об укреплении доверия в военной области в районе границы и Соглашения тех же сторон 1997 г. о взаимном сокращении вооруженных сил в районе границы?

5. Осуществляет ли Россия в порядке взаимного выполнения этого документа инспекции в 100-километровой зоне в КНР?

6. Для кого Китай проводит такую демонстрацию силы? Только для США? Или заодно и для стран, имеющих намерение наладить сотрудничество с новой администрацией США?

7. Как должны воспринимать это другие соседи Китая – Индия, Япония, страны Юго-Восточной Азии? Усилится ли их военное строительство?

8. А если бы Россия решила укрепить свои дальневосточные рубежи, или, например, Монголия и постсоветские страны Центральной Азии увеличили бы свою группировку войск в районе границы с КНР – в каких выражениях отреагировал бы Китай?

9. Что думают по этому поводу российские военные, в том числе проводящие с КНР учения на своей территории?

10. И, наконец, окончательно ли идея «великого возрождения великой нации» сменила концепцию «мирного развития Китая»?

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся