Блог Ивана Самоловова

Военные действия: обратно в родоплеменную эпоху?

28 Мая 2013
Распечатать
Хорошо ли, плохо ли, но факт остаётся фактом: на данный момент Россия и Грузия являются последними субъектами международных отношений, между которыми случился конфликт "классического" типа - конвенциональная война.
 
 
Каковы же причины этого уникального статуса российско-грузинской войны? 
 
Во-первых, распад мировой колониальной системы во многом способствовал распространению конфликтов внутригосударственных (как интернационализованных, так и неинтернационализованных), обусловленных логикой национально-освободительной борьбы, а также биполярной конфронтацией. Поэтому после Второй мировой войны количество межгосударственных конфликтов неуклонно уменьшалось.
 
Во-вторых, несмотря на прецеденты применения военной силы против другого государства (не в целях обороны) без санкции Совета Безопасности ООН, ограничение Уставом этой организации возможностей использовать силу против другого государства также сыграло существенную роль. 
 
В-третьих, не будет преувеличением сказать, что СБ ООН в период холодной войны служил лишь для того, чтобы не дать разгореться широкомасштабной войне между СССР и США. Однако это привело к тому, что конфликтный потенциал проявлялся на мировой периферии в виде так называемых "войн по доверенности", которые и носили характер внутригосударственных. Соответственно, если конфликт внутригосударственный, это означает, что как минимум одна из воюющих сторон не олицетворяет собой государство, его структуры.
 
В-четвёртых - и здесь необходимо обратиться к мнению одного из ведущих американских специалистов в области военной истории Максу Буту - тактика "бей-беги", практиковавшаяся ещё в первобытное время, оказывается очень эффективной. Долгое время страны Запада сохраняли безусловное военное доминирование просто потому, что остальные страны пытались им подражать, создавая армии, центральное командование, единую униформу, подписывая международные конвенции о правилах ведения войны. В этих условиях, обладающему более совершенным вооружением Западу не составляло большого труда поддерживать своё превосходство. При этом, как отмечает М. Бут, даже неудачная партизанская война "в состоянии отсрочить поражение на годы, если не на десятилетия, а также повлечь значительные издержки для захватчиков" [1]
 
США увязнули в Афганистане и Ираке именно потому, что после оккупации столкнулись с повстанческой войной. Известный философ и социолог Ф. Фукуяма в этой связи пишет: "Успехи американских военных технологий в 1990-е гг. создали иллюзию того, что военная интервенция всегда будет столь же триумфальной и недорогой, как это было в Заливе и в Косово. Война в Ираке явственно показала ограниченность такой легкой, мобильной войны: США могут скорушить военную мощь любого существующего сегодня противника, но данная тактика не дает им преимуществ в условиях длительного противостояния" [2].
 
Без малого пять лет мир не видел ни одной войны между государствами, но стоит ли ждать изменений? Даже если допустить вмешательство в Сирию со стороны другого государства (что маловероятно), это не будет войной между Асадом с одной стороны и другим государством с другой. Одной из сторон в конфликте в любом случае будут выступать повстанческие добровольческие или наёмные отряды. Именно поэтому война в Ливии также не может сбросить с "пьедестала" истории те пять августовских дней. Если предположить, что проблема иранской ядерной программы также будет решаться силовым путём, "третью силу" исключить опять же невозможно. Наиболее реальный кандидат на статус межгосударственной войны - возможный конфликт между двумя Кореями.
 
Очевидно, что трудность ведения войны против партизан всё больше осознаётся в высших эшелонах власти многих стран. Террористы, повстанцы и партизаны, сами того не осознавая, способствуют развитию военных технологий. В частности, всё больше используются беспилотные летательные аппараты (unmanned aerial vehicles) - как разведывательные, так и боевые. Президент Обама в рамках стратегии вывода войск из Ирака и Афганистана и сокращения военных ассигнований распорядился увеличить частоту запуска беспилотников в 10 раз [3], а министр обороны Германии Томас де Мезьер неоднократно заявлял о намерении приобрести для Германии боевые беспилотники, а также начать разработку собственных моделей [4].
 
Необходимость противостояния повстанческим отрядам, равно как и использование новых военных технлогий будут неизбежно наталкиваться на ограничительные рамки международного права. Тем сильнее будут попытки его пересмотра или (что более вероятно) несоблюдения.  Другими словами, со стороны "цивилизованного сообщества" также будет возрастать стремление к "спорадическим набегам" для экономии средств и уменьшения человеческих потерь. Чем не "back to the roots"?
 
 
[1] Boot M. The Evolution of the Irregular Warfare // Foreign Affairs. – 2013. - №2. P. 107.
[2] Фукуяма В. Америка на распутье: демократия, власть и неоконсервативное наследие. М.: АСТ, 2007. С. 63.
[3] Braml J. Der amerikanische Patient: Was der drohende Kollaps der USA für die Welt bedeutet (Kindle Edition). München, Siedler Verlag, 2012.
[4] См., например: Самоловов И. Бундесвер перейдёт к боевым беспилотникам? - URL: /blogs/eu/?id_4=319.
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся