Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Федор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике

В 80-е годы на фоне всплеска гласности одним из самых запомнившихся киновпечатлений стал для меня фильм Владимира Хотиненко "Зеркало для героя" (1987 год выхода). Сюжетные приемы Хотиненко и автора сценария Надежды Кожушаной — попадание героев в прошлое и бесконечное повторение одного и того же дня — впоследствии использовались не раз. Но здесь благодаря придуманному эффекту создателям удалось точно схватить дух советской системы на ее пике.

Персонажи оказываются в 1949 году. Сталин встречает 70-летие, наверное, самым могущественным властителем в русской истории. Недавно одержана та самая Великая Победа, на которую наша идеологическая самоидентификация опирается до сих пор. СССР переживает апогей геополитической мощи, превратившись в мировую сверхдержаву (именно в 49-м испытана собственная атомная бомба). Германия окончательно разделена, что фиксирует господство Советского Союза над всей Восточной Европой. Восстановление разрушенной страны сопровождается жесточайшим напряжением сил и эксплуатацией, но вызывает не сопротивление, а энтузиазм. Человеческое достоинство и подлость, принципиальность и карьеризм, общество гуманистических устремлений и антигуманной сущности — все это есть в фильме и органично складывается в мозаику советского проекта. "Зеркало для героя" отражает его феномен — величие в сочетании с обреченностью.

Пересматривая недавно по случаю картину Хотиненко, я вдруг понял, что действие происходит ровно на той территории, о которой сейчас каждый день говорят в новостях,— в Донецкой и Луганской "народных республиках". Фильм снимали в Донбассе — поселках Донецкой и Луганской областей, в Макеевке и самом Донецке. Его персонажи — отцы, деды, прадеды тех самых ополченцев, которые сейчас противостоят украинской армии. Жители окрестностей городов Сталино (как тогда назывался Донецк) и Ворошиловград (ныне Луганск). На волне дискуссий в России насчет переименования Волгограда остается надеяться, что власти ДНР и ЛНР не захотят и там вернуть "исторические названия".

Междоусобица на Украине имеет разные измерения. Одно из них — чудовищный непрофессионализм и безответственность политического класса, которые проявляются раз за разом в самых разных сферах администрирования. Не надо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что после свержения Виктора Януковича (во многом под "западенскими" лозунгами) с его родным регионом, который относится к совсем другой культурной традиции, возникнут проблемы. Однако никто из новоявленных киевских начальников не посчитал нужным заняться проблемами востока страны, хотя бы поехать туда, чтобы успокоить поднимавшиеся страсти. Хватились только тогда, когда Донбасс уже взорвался, и Киеву остался силовой аргумент без гарантий успеха.

Качество политической элиты — наследие трагической истории. ХХ век прокатился по Украине страшным катком. Мировые войны, распад империй, Гражданская война, смертоносный массовый голод — с одной стороны. С другой — самые способные кадры всегда забирали в центр, ведь Украина была не колонией, а системообразующим элементом и Российской империи, и Советского Союза, выходцы оттуда сыграли огромную роль в имперском строительстве.

После распада СССР в условиях острого экономического кризиса граждане Украины в массовом порядке отправлялись искать счастье за бугор — на Восток или на Запад. При этом Украина — страна богатая, унаследовавшая от советской власти завидный ресурс, но неоднородная, сложная в управлении. В отсутствие управленческих кадров, обладающих достаточной квалификацией для подлинного госстроительства, модель обрела ярко выраженный клановый характер, нацеленный на ресурсное перераспределение. Выстроить нечто целостное никому не было под силу, и заменой стала система бесконечных согласований интересов финансово-экономических групп, ситуационных неформальных коалиций для "отжима" и "распила" власти и собственности. Удивительный парадокс заключается в том, что революция против этой системы в итоге ее только укрепила.

Обсуждая причины украинского кризиса, все, естественно, ссылаются на культурно-исторической раскол: Восток и Запад, ориентация на Европу и Россию. Спорить с этим странно, хотя пропаганда свела все к примитивной карикатуре — "фашисты-бандеровцы" против "оккупантов-колорадов". Раскол по линии истории играет, конечно, огромную роль — сталкиваются не русские и украинцы, а две картины прошлого, непримиримые в общих рамках. На Украине написать "единый учебник истории", с которым согласились бы все, пожалуй, еще сложнее, чем в России. И дело не в интерпретации отдельных фактов и событий. То, что является предметом гордости одних,— символ позора других. И наоборот.

Ополченцы воюют за то, чтобы ассоциировать себя с чем-то большим — силой, мифом. Это не просто "совки", как их пытаются изобразить оппоненты, а те, кто привык быть частью большого проекта, каким, в частности, был Советский Союз. И нынешняя принадлежность индустриальных объектов Донбасса, построенных и восстановленных ценой огромных жертв всей страной, группе наиболее оборотистых олигархов, конечно, вызывает резкое отторжение немалой части общества.

Сторонники украинской идеи, напротив, считают что "маленькое — это красиво". Они видят свою страну камешком многоцветной мозаики, некоей пасторальной Восточной Европы, которая когда-то существовала под зонтиком Австро-Венгрии, а потом недолго в межвоенной Центральной Европе. Продолжая кинематографические метафоры, можно вспомнить недавний фильм Уэса Андерсона "Отель "Гранд Будапешт"" — ироническую притчу о той самой изящной постимперской Европе, которую уничтожил ХХ век. Ее символ — главный герой, галантный распорядитель дорогой гостиницы, тонкий и остроумный ловелас, обслуживающий престарелых дам и умеющий сделать жизнь эффектной. Он способен многих перехитрить и переиграть, но единственное, что он производит, это впечатление, а его специализация — услуги. Сервисная экономика, говоря современным языком.

Местечковая и эфемерная сельская красота "Европы, которую мы потеряли", против величественного и могучего индустриального уродства ушедшего СССР — так можно охарактеризовать раскол Украины на восток и запад, о котором все говорят. При всей диаметральности взгляда обе стороны объединяет одно — они ориентированы на прошлое. Оба идеала — там. И оба невосстановимы.

Для современных украинских идеологов олицетворением желаемого служит Европейский союз, не случайно формальным поводом для слома стало именно соглашение об ассоциации с ЕС. Но это иллюзия, поскольку Евросоюз не имеет ничего общего с искомой мечтой, более того, движется от нее все дальше, подчиняясь законам, которые диктует глобализация. А в глобальной экономике побеждает масштаб, даже услуг от "мелких" требуется все меньше.

Россия тоже не в состоянии вернуть жителям Донецка или Луганска то, по чему они скучают. Достаточно представить себе реструктуризацию и санацию угольной отрасли по той схеме, что осуществлялась в России на первом этапе реформ, чтобы понять, что сторонниками Кремля шахтеры Донбасса будут недолго. Да и вообще современная Россия — это не страна больших идей и проектов.

Фильм "Зеркало для героя" — о неотвратимости прошлого, о том, что его нельзя изменить, но от него нельзя и убежать. "День сурка", более поздний (1993 года) американский аналог, исполнен деятельного созидательного пафоса — если долго и настойчиво биться головой в стену, то жизнь начинает меняться к лучшему. Один из героев советского фильма тоже руководствуется таким подходом, но погибает, пытаясь в отчаянии взорвать аварийную шахту, которая, как он знает, рухнет через 30 лет. Его случайный попутчик, второй герой, напротив, отказывается хоть как-то пытаться влиять на окружающее — все бесполезно. И, по сути, теряется во времени. События, которые лавиной обрушились на СССР вскоре после выхода фильма на экран, продемонстрировали, что попытка усовершенствовать изрядно одряхлевшую модель ведет не к реформированию, а к краху. Изменить ничего невозможно...

Украина переживает трагические события, не будучи в силах сама определять свою судьбу. Национальное будущее не найти в прошлом. Национальное настоящее нельзя искать за границей, клеймя кого-то внешнего в своих провалах или уповая на чью-то магическую помощь со стороны.

Соседняя страна преподает России урок. Пока никакого позитивного опыта там не просматривается, зато много примеров того, чего делать нельзя. И поскольку мы действительно очень близкие народы, учить этот урок стоит очень внимательно.

Источник: Коммерсант

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся