Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Андрей Кортунов

Генеральный директор Российского совета по международным делам (РСМД), член РСМД

На прошедшей неделе находившийся в США министр иностранных дел России Сергей Лавров не только провёл переговоры со своим американским коллегой Рексом Тиллерсоном, но и был принят американским президентом Дональдом Трампом. Это первая встреча на высшем уровне нового хозяина Белого дома с представителем России, и,  естественно, она не могла не привлечь к себе повышенного внимания. Что дала эта встреча для российско-американских отношений? На эту тему наш обозреватель беседует с генеральным директором Российского совета по международным делам, известным российским экспертом-американистом Андреем Кортуновым.

– Андрей Вадимович, понятно, что налаживание отношений между нашими странами весьма сложный процесс, особенно если учесть раскрученный маховик антироссийских настроений в американском истеблишменте. Но надо с чего-то начинать. Каков, на ваш взгляд, главный итог встречи Сергея Лаврова с президентом Трампом?

– Думаю, что самое важное заключается в том, что американский президент принял российского министра. Трамп мог бы поручить переговоры своему государственному секретарю с учётом того, что обвинения в предосудительных связях нового хозяина Белого дома с Москвой отнюдь не закончились. Но Трамп предпочёл симметрично ответить на встречу Путина с Тиллерсоном в Москве. И это, конечно, говорит о его политической смелости. Что касается конкретных результатов, то они, я уверен, впереди. Тем более что Трамп на встрече с Лавровым подтвердил заинтересованность Вашингтона во взаимодействии с Россией.

– Нельзя не заметить, что и в ходе переговоров Сергея Лаврова с Тиллерсоном, и на его встрече с Трампом особое место занял сирийский вопрос.

– Тиллерсон, как и Трамп, пришёл в большую политику из бизнеса. А бизнес любит конкретику. Конечно, сирийский узел относится к числу наиболее сложных международных проблем, и быстро решить эту проблему, видимо, не получится. Но, если оставить в стороне эмоции, нельзя не признать, что российская и американская позиции по Сирии во многом совпадают. Обе стороны заинтересованы в противостоянии терроризму, в достижении устойчивого перемирия, в сохранении Сирии как единого государства. Разногласия, разумеется, тоже имеются.

– В этом свете сирийская проб­лема важнее для нас или для нынешней американской админи­страции?

– Она важна для обеих стран, но по-разному. Сирия ближе к российским границам, чем к американским, среди террористов, действующих в этой стране, больше выходцев из России, чем из Соединённых Штатов. Для США участие в разрешении сирийского кризиса – это ещё и вопрос американского лидерства. Мировое сообщество с напряжением ожидало: что же всё-таки последует за неожиданным для многих «показательным» ударом по авиабазе Шайрат? Произойдёт ли дальнейшая военная эскалация или всё-таки будут предприняты попытки договориться? Судя по итогам встреч в Вашингтоне, американцы всё-таки хотели бы договориться.

– Новая администрация менее идеологизированная, чем при Обаме. Есть ли какие-то новые акценты в деятельности команды Трампа в отношении Сирии?

– На мой взгляд, говорить о какой-то новой стратегии или даже о новой тактике США в Сирии пока что преждевременно. Хотя во время избирательной кампании Трамп резко критиковал сирийскую политику Обамы, своей политики новый президент пока не предложил. Заявления Белого дома по многим важным вопросам меняются чуть ли не каждую неделю – взять хотя бы вопрос о судьбе сирийского лидера. Пожалуй, единственное, в чём нынешняя администрация последовательна, – это в ужесточении американских подходов к Ирану. На этом направлении принципиальные отличия нынешних хозяев Белого дома от их предшественников очевидны. К сожалению, это не те отличия, которые хотелось бы видеть.

– Достаточно много говорится о кризисе доверия в российско-американских отношениях как главной проблеме. Что, на ваш взгляд, можно было бы сделать для укрепления доверия?

– Во-первых, доверие нельзя восстановить, не общаясь друг с другом. И разговор должен быть откровенным, содержательным, если надо, жёстким. Нащупав точки соприкосновения, можно начинать совместную работу. Ничто так не сближает, как объединение усилий в решении общих проблем, противостоянии общим вызовам. Конечно, нужно отказаться от оскорбительной, подчас провокационной риторики, которая уже давно отравляет наши отношения. И при этом понимать, что восстановление доверия – процесс нелёгкий и длительный. Во многом на его развитии  скажутся итоги предстоящей встречи лидеров двух государств, подготовку к которой активно ведут и в России, и в США. Она пройдёт, как известно, на полях саммита «двадцатки» в Германии в первой декаде июля.

Источник: Красная звезда

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся