Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Николай Бордюжа

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член РСМД

Проблемы безопасности на южных границах постсоветского пространства не только сохраняют свою актуальность, но и рискуют обостриться в свете вывода военного контингента стран НАТО из Афганистана в 2014 г. Вместе с тем, на эти проблемы оказывает влияние и общий контекст международ­ной безопасности. На решение каких задач направлена сегодня деятель­ность Организации договора о коллективной безопасности (ОДКБ) в деле поддержания безопасности своих участников? Какие направления развития Организации являются сегодня приоритетными? Что изменилось в структу­ре управления Организации за последнее время?

На эти и другие вопросы в интервью журналу Индекс Безопасности ответил Генеральный секретарь ОДКБ Николай Бордюжа.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Сегодня значительное внимание международного сообщества уделяется ситуации в Сирии. Насколько вероятно повторение сирий­ского сценария в странах — участницах ОДКБ?

БОРДЮЖА: Я расцениваю события, которые происходят в Сирии, как технологию смены режимов, жесткий вариант цветных революций. Проводится пропагандист­ская работа с молодежью, создаются соответствующие опорные пункты, ячейки и т. д., потом террористический интернационал приступает к активным действиям. Со всего мира в эту страну съезжаются желающие воевать люди с определенными политическими убеждениями, получают оружие, из них формируются отряды или организации, и начинается война с законно избранной властью.

В государствах — членах ОДКБ активно действуют ячейки организации Хизб Ут-Тахрир аль-Ислами и других радикальных религиозных структур, которые соз­дают там социальную базу, чтобы затем использовать ее для достижения своих политических целей. Плюсом к этому есть информация об интенсивной подготовке граждан государств ОДКБ в лагерях на территории Афганистана и Пакистана. Если все это суммировать, то через какое-то время подготовленные боевики могут быть направлены в наши страны и использоваться для борьбы с существующей властью.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Какие участники ОДКБ оказываются наиболее уязви­мы в этом случае?

БОРДЮЖА: Вы знаете, все участники ОДКБ, за исключением, пожалуй, Белорус­сии и Армении, могут пострадать от этого. Более того, несколько месяцев назад под Москвой была выявлена террористическая ячейка, участники которой прошли через афганские лагеря. Я думаю, что это первые свидетельства переброски сюда подготовленных людей для дестабилизации обстановки, и я не исключаю, что этих свидетельств будет все больше. Мы это учитываем, когда говорим об актуальных угрозах, в том числе о возможности прорыва через таджикско-афганскую грани­цу вооруженных групп, имеющих политические цели. К тому же в событиях на юге Киргизии в 2010 г. уже принимали участие международные террористические организации, направляли туда своих эмиссаров.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Насколько элиты государств-членов ОДКБ, помимо России, разделяют цели, задачи и даже ценности организации? Не является ли членство в ОДКБ способом получения, в первую очередь, от России какие-то пре­ференции, нежели способом решения совместных стратегических задач?

БОРДЮЖА: Я категорически не согласен с такой постановкой вопроса. Органи­зация — дело добровольное, и все государства стали ее участниками абсолютно осознанно. Конечно, Россия — главный донор в рамках ОДКБ, но донор не един­ственный. Россия по своей мощи, по своему потенциалу просто значительно больше других государств и имеет больше возможностей, в том числе и в области обеспечения безопасности, и оказывает содействие своим партнерам.

При этом главный принцип ОДКБ — принцип консенсуса. У нас нет ни одного про­екта, против которого было бы хоть одно государство из рациональных или цен­ностных побуждений. Я могу привести примеры: Казахстан закупает все вооруже­ния, спецтехнику, экипировку на свои деньги, Армения, получая от нас помощь, значительную часть вооружений закупает за свой счет, Белоруссия значительную часть вооружений производит сама или закупает на свои средства. Здесь нет рос­сийского донорства.

Да, Таджикистан или Киргизия оружия не производят и с учетом их экономической ситуации просят помощи, но иначе они просто не могут решать наши общие задачи. Мы создавали ОДКБ, чтобы, в том числе, в ее рамках существовали именно льгот­ные режимы закупок, что закреплено подписанными соглашениями. Но, подчер­кну, никто не рассматривает Россию в рамках ОДКБ как некую дойную корову.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Какую ситуацию на южных границах СНГ создает вывод американских войск из Афганистана? Не придется ли России взять на себя роль такого сдерживающего фактора?

БОРДЮЖА: Во-первых, Соединенные Штаты со своими союзниками в НАТО трансформируют свое присутствие в Афганистане, а не уходят оттуда полностью.

Во-вторых, мы очень серьезно занимаемся так называемой проблемой-2014, хотя знаем, что там останутся американские базы, останутся достаточно многочислен­ные силы. В целом, мы считаем, что ситуация будет меняться в худшую сторону, уровень нестабильности повысится. Те факторы, которые сегодня представляют для нас определенную опасность: наличие лагерей подготовки боевиков, терро­ристических организаций, боевых отрядов, лабораторий по производству огром­ных объемов наркотиков, — останутся и после вывода основных сил НАТО. Поэто­му нам надо усилиться.

И хотя мы не ожидаем крупномасштабных вторжений, России вместе с союзни­ками по ОДКБ придется принимать дополнительные меры по обеспечению ста­бильности в своих странах. Так, осенью 2013 г. в Сочи на заседании Совета коллек­тивной безопасности главы государств-членов ОДКБ договорились об оказании Таджикистану экстренной военно-технической помощи для усиления охраны гра­ницы с Афганистаном. Это решение сегодня реализуется наряду с комплексом превентивных мер.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Упомянутые меры носят больше политический харак­тер или к военным операциям тоже идет подготовка? Создается впечатление, что ОДКБ только лишь постоянно готовится, учитывая ее невмешательство в Киргизии в 2010 г. и в Таджикистане в 2012 г.

БОРДЮЖА: ОДКБ не вмешивается во внутриполитические конфликты по типу киргизских событий 2010 г. или таджикских событий летом 2012 г., поскольку она создана для противодействия именно внешним угрозам.

Однако у ОДКБ есть опыт применения войск. Если вспомнить 1990-е гг., то в раз­решении гражданского конфликта в Таджикистане участвовали российские вой­сковые формирования, миротворческие силы, пограничники, войсковые форми­рования Казахстана и Киргизии, которые обеспечивали безопасность таджикских границ и фактически сыграли ключевую роль в обеспечении стабильности.

Мы также ежегодно проводим войсковые учения, и в 2013 г. провели шесть крупно­масштабных учений с различными категориями подразделений, начиная со спец­подразделений и кончая войсковыми формированиями. На этих учениях проис­ходила совместная отработка учебно-боевых задач. Конечно, мы не применяли войска в реальных боевых ситуациях, но это и хорошо, что пока нам не доводилось этого делать.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: ОДКБ не занимается внутренними политическими ситу­ациями в государствах ОДКБ, но в то же время, возвращаясь к смене режимов, экс­тремистская социальная база для такой смены формируется именно внутри страны. То есть получается, что ОДКБ будет блокировать только приходящих извне боевиков, а внутреннюю обстановку будет регулировать национальное правительство?

БОРДЮЖА: Не совсем так. Приверженцами радикальных религиозных организа­ций, проповедующих экстремизм в политике, должны заниматься сами государства, а не ОДКБ. В этой ситуации ОДКБ должна не допустить дестабилизации обстановки с опорой на эту часть населения и ее использования в развале страны, в смене закон­но избранного режима, эти люди не должны стать опорой боевиков, стремящихся проникнуть из-за рубежа, как это происходит в Сирии, и как это было у нас в Чечне. Боевики не могут приехать в стабильную страну, где нет необходимой социальной базы, поскольку просто не смогут выполнять там свои задачи. Им нужно на кого-то опираться. Мы должны избежать ситуации, при которой пришлые извне боевики, террористы и экстремисты имеют социальную базу внутри государств ОДКБ.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Существуют ли планы расширения ОДКБ?

БОРДЮЖА: Сейчас у нас нет заявок на вступление в ОДКБ. К тому же для такого вступления государство должно быть готово к реальному сотрудничеству в очень чувствительной сфере безопасности. У нас был печальный опыт, когда Узбекистан вошел в Организацию, но оказался не готов к коллективной деятельности, не готов совместно действовать по ряду направлений обеспечения безопасности, и потому Ташкент поставил вопрос о приостановке своего членства в ОДКБ. Дело в том, что позиция Узбекистана основана, прежде всего, на двусторонних контактах и дей­ствиях в двустороннем, а не в коллективном режиме.

В то же время мы стремимся совершенствовать деятельность ОДКБ за счет партне­ров. Сегодня, например, мы плотно работаем с Шанхайской Организацией Сотруд­ничества и, в частности, с Китаем по ряду проблем безопасности, интенсивно вза­имодействуем с представителями Ирана, есть контакты с Украиной по некоторым проблемам, например, в области информационной безопасности и т. д.

Таким образом, мы расширяем свою степень влияния, но только в интересах обе­спечения безопасности наших государств, что является нашей главной задачей. При этом ОДКБ не претендует на глобальную роль.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: В Афганистане порядка 8-10% населения составляют узбеки. Как с ними взаимодействовать в свете неудачного опыта членства Узбеки­стана в ОДКБ?

БОРДЮЖА: Позиция Узбекистана применительно к данной ситуации — ника­ких коллективных усилий по оказанию содействия урегулированию конфликта в Афганистане. Ташкент делает ставку только на двусторонние отношения. Он был категорически против того, чтобы мы коллективно оказывали содействие афган­скому руководству в обеспечении стабильности, готовили кадры для силовиков, совместно боролись с производством и трафиком наркотиков. Любые усилия — только на двусторонней основе.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: В конце 2012 г. ОДКБ стояла на пороге серьезных организационных реформ. Все ли из задуманного удалось? Какие еще новации ожидаются в ближайшем будущем?

БОРДЮЖА: В декабре 2012 г. главы государств ОДКБ действительно приняли решение о создании дополнительных коллективных сил, включая авиационные силы, силы специальных операций и системы управления такими силами. Все эти решения были ориентированы на упорядочение военного сотрудничества, повышения его эффективности и главное — формирование силового потенциа­ла, который нам понадобится для нейтрализации тех или иных угроз, с которыми мы сталкиваемся. Сегодня также мы занимаемся формированием системы кол­лективного реагирования в чрезвычайных ситуациях. Это целый комплекс задач, который позволит нам сформировать потенциал по ликвидации крупных природ­ных и техногенных катастроф.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Это не приведет к дублированию функций МЧС?

БОРДЮЖА: Нет, мы здесь ставим целью сформировать такую систему, при кото­рой государства ОДКБ могли бы быстро и эффективно оказывать помощь своим партнерам. Для этого нужны системы мониторинга, прогнозирования и обмена информацией, необходимо обеспечение спасательными средствами и совмест­ная подготовка. Здесь много направлений сотрудничества.

Сейчас мы формируем нормативную базу по соответствующим направлениям и через год или полтора такую систему создадим. Сегодня, например, у нас уже есть единая информационно-программная система — центр управления кризисны­ми ситуациями. Члены ОДКБ взаимодействуют между собой в постоянном режиме и при необходимости начинают вырабатывать какие-то совместные предложения.

ИНДЕКС БЕЗОПАСНОСТИ: Оказывает ли проблема незаконной миграции влия­ние на сотрудничество стран — участниц ОДКБ?

БОРДЮЖА: Безусловно, такое влияние есть. У нас есть комиссионный совет руководителей миграционных служб государств ОДКБ. В рамках этого совета мы отрабатываем совместные шаги, которые призваны минимизировать эти угрозы и регулировать незаконную миграцию. Основное внимание мы концентрируем на противодействии деятельности преступных группировок, которые специализи­руются на переправке мигрантов, торговле людьми.

Однако если говорить о последствиях того, какое влияние оказывает известная политизация этой проблемы внутри России, то, конечно, это негативно восприни­мается со стороны наших партнеров. Здесь нужно быть предельно корректным, ведь речь идет о наших ближайших партнерах, наши союзниках, людях, которые помогают обеспечивать нашу безопасность и которые в крайних ситуациях будут вместе с нами воевать.

Именно поэтому в рамках ОДКБ мы разработали основы скоординированной инфор­мационной политикой. Речь идет о том, чтобы государства взяли на себя обязатель­ства по развитию дружеских связей, исключению оскорбительных, уничижительных оценок в публикациях по отношению к своим партнерам. Мы не говорим о том, что­бы замалчивать объективные проблемы, но мы говорим о том, что эти проблемы нужно обсуждать корректно. К тому же у нас есть Таможенный союз — это означа­ет свободное передвижение товаров, капиталов и людей. Процессы интеграции на постсоветском пространстве продолжаются. Нам надо в этом плане немножко успокоиться, и посмотреть на своих партнеров по ОДКБ и СНГ в целом и понять, что это суверенные государства и суверенные нации, которые нужноуважать, также как мы уважаем американцев и европейцев. И тогда все будет нормально.

Источник: ПИР-Центр

(Нет голосов)
 (0 голосов)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся