Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Андрей Кортунов

К.и.н., генеральный директор и член Президиума РСМД, член РСМД

После массовых митингов протеста Серж Саргсян подал в отставку с поста премьер-министра Армении. Оппозиционные шествия и демонстрации более 10 дней шли во всех крупных городах страны. Причиной народного возмущения стала инициированная Саргсяном скоропалительная конституционная реформа, превратившая Армению в парламентскую республику. Фактически сам себя он переназначил премьером. Оппозиция объявила о начале «бархатной революции» 17 апреля. В Ереване десятки военных стали присоединятся к протестующим. Саргсян колебался между введением ЧП и отставкой, но предпочел все же уйти со своего поста. О тонкостях «армянской весны» и о том, как должна на все это реагировать Россия «ФедералПресс» рассказал политолог-международник, генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.

После массовых митингов протеста Серж Саргсян подал в отставку с поста премьер-министра Армении. Оппозиционные шествия и демонстрации более 10 дней шли во всех крупных городах страны. Причиной народного возмущения стала инициированная Саргсяном скоропалительная конституционная реформа, превратившая Армению в парламентскую республику. Фактически сам себя он переназначил премьером. Оппозиция объявила о начале «бархатной революции» 17 апреля. В Ереване десятки военных стали присоединятся к протестующим. Саргсян колебался между введением ЧП и отставкой, но предпочел все же уйти со своего поста. О тонкостях «армянской весны» и о том, как должна на все это реагировать Россия «ФедералПресс» рассказал политолог-международник, генеральный директор Российского совета по международным делам Андрей Кортунов.

Позицию России по поводу протестов в Армении обозначил пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, назвав происходящее внутренним делом этой страны. России следует реагировать на подобное, если это будет иметь какие-то международно-политические последствия. Скажем, в отношении Карабахского конфликта или каких-то ориентаций Армении. В этой стране по-разному относятся к участию Армении в ЕАЭС (есть проевропейские настроения). Если эти события станут причиной подвижек в региональных или более широких международных конструкциях, то, я думаю, что Россия должна так или иначе на это реагировать.

Массовые протесты в Армении связаны, скорее, с внутренними событиями и обстоятельствами. Проведенная Саргсяном конституционная реформа вызывает много вопросов. С другой стороны, мы знаем, что для таких стран, как Армения, уличные протесты – довольно обычное дело. Раз в два-три года массово в Армении пошуметь любят. Ясно, что коалиция противников Саргсяна оказалась довольно пестрой. Апрельские эмоции в Армении можно сравнить с эмоциями части нашего общества на выборах в Думу в 2011 году: люди сочли, что их мнение не учли, к ним не проявили уважения.

Сама эта комбинация – переход к парламентской форме правления – в Армении была проведена немножко примитивно. Можно было чуточку подумать о каких-то более сложных комбинациях. Например, чтобы премьером стал кто-нибудь из соратников Саргсяна, а не он сам. Он бы мог вернуться к власти впоследствии. Но, видимо, в Армении власть решила, что она настолько жестко контролирует ситуацию в республике, что нечего придумывать какие-то особые комбинации, какие-то сложные пути. Можно провести такую вот довольно линейную комбинацию. 

Другой стороной протестов в Армении стал вопрос международный. Можно говорить о своеобразной параллели с Грузией в недавнем прошлом. Тогда Грузия несколько отошла на Запад, но в последнее время она все больше проявляет интерес к расширению экономического сотрудничества с Евразийским экономическим союзом. И уже сейчас наши торговые отношения с Грузией быстро развиваются.

А в Армении произошло все наоборот. С одной стороны она – член ЕАЭС, с другой – в прошлом году она подписала далеко идущее соглашение с Евросоюзом. Это все говорит о том, что вопрос «или-или» ни для одной страны данного региона не является актуальным.

Готов был ли Серж Саргсян на крайние меры против оппозиции, скорее, зависит от психологии лидера, чем от соотношения сил. Хотя ранее он уже имел дело с протестами. А, если вспоминать 2008 год, то там вообще дело дошло до стрельбы. Человек он, по всей видимости, сам по себе решительный.
То, что он пытался успокоить протестующих обещаниями покончить с Карабахом, с точки зрения требований протестующих звучит как некое издевательство. Потому что всем понятно, что урегулирование карабахской проблемы вряд ли состоится в обозримом будущем. Не год, не два и не пять. Но у него была некая легитимность, связанная с этой трудно урегулируемой проблемой.

У протестующих против Саргсяна сильная сторона заключается в том, что коалиция его противников оказалась весьма пестрой.

Что же касается геополитической позиции Саргсяна, сказать, что он был пророссийский, нельзя. У него есть большие контакты на Западе. У него, насколько я знаю, есть и бизнес-интересы на Западе. Он всегда говорил, что его роль могла бы заключаться в наведении мостов между западными и постсоветскими элитами. То есть нельзя сказать, что протест против Саргсяна – протест против России».

Источник: ФедералПресс.

(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся