Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Федор Лукьянов

Главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», председатель Президиума Совета по внешней и оборонной политике

Год назад ликующие жители Нью-Йорка высыпали на улицы, услышав новость об устранении Усамы Бен Ладена — врага Америки номер один. Но события в мире развиваются стремительно, и сегодня это уже кажется далеким прошлым.

Смерть Бен Ладена совпала с социальным взрывом на Ближнем Востоке, «арабской весной», которая перевернула повестку дня. Пробуждение мусульман для борьбы против их авторитарных властителей, которого по-своему добивался и глава «Аль-Каиды», стало сюрпризом и для исламистов. Они не меньше диктатур были застигнуты врасплох и в первые месяцы пытались приспособиться к изменившейся ситуации.

К моменту уничтожения Бен Ладена судьба исламистских сил, проворонивших революцию, была неясна. За год горизонт расчистился. Повсюду, где произошли волнения и сменилась власть, ситуация с государственным управлением драматически ухудшилась, и происламские организации, пережив период замешательства, успешно вписались в новую реальность. Повсеместно — от Туниса и Египта до Сирии — влияние исламистов резко возросло, они обретают демократическую легитимность через свободные выборы. Победу движения ХАМАС в Палестине шесть лет назад на Западе предпочли воспринять как досадный сбой, но итоги волеизъявления в «новых» демократиях доказывают, что это как раз правило.

Конечно, совершенно неверно ставить знак равенства между всякой исламской партией и джихадистами, нацеленными на террористические методы. Но атмосфера в мусульманском сообществе меняется. Радикальные исламисты становятся органичной частью политического процесса. Показательна обстановка в Египте — сюрпризом стала не победа на голосовании в парламент «Братьев-мусульман», а второе место ультраконсервативной салафитской партии «Ан-Нур».

В этом неожиданная параллель с политическими процессами в Европе. Перемены общественного настроя в связи с обострением темы миграции и межкультурного сосуществования приводят к тому, что партии, которые раньше однозначно считались радикальными или даже экстремистскими (ультраправые), становятся частью мейнстрима.

Скажем, в Голландии от антиисламской и антииммигрантской партии Герта Вилдерса зависит судьба правительства, а во Франции успех Марин Ле Пен на президентском голосовании обещает дебаты внутри голлистского «Объединенного народного движения» о целесообразности сотрудничества с крайне правыми.

В сочетании две тенденции — в Европе и на Ближнем Востоке — сулят малоприятные повороты в отношениях этих двух тесно взаимосвязанных частей мира. Тем более что одновременно набирающие силу движения питаются воззрениями, схожими по духу, но противоположными по целям: исламисты будут настроены против Запада, а борцы с иммигрантами — против ислама и выходцев с Ближнего Востока. Идейная основа для эскалации напряжения налицо.

Полная версия статьи на сайте газеты Московские новости.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся