Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 16, Рейтинг: 4.81)
 (16 голосов)
Поделиться статьей
Сергей Малыженков

Стажёр-исследователь Научно-учебной лаборатории мониторинга рисков социально-политической дестабилизации НИУ ВШЭ

Колонка автора: Песочница

Иракский (Южный) Курдистан — иракская автономия, образованная на территории трёх северных провинций Ирака (Дохук, Эрбиль и Сулеймания). С 2014 г. административное деление Южного Курдистана претерпело изменения, и регион Халабджа (провинция Сулеймания) вышел из состава Сулеймании, образовав четвёртую административную единицу Иракского Курдистана.

Южный Курдистан обладает широким спектром свобод. Курды имеют свой парламент и собственные вооружённые силы «Пешмерга». Помимо прочего, территория Курдистана имеет богатые нефтяные запасы. Сложившаяся политическая структура и ресурсная база даёт Иракскому Курдистану потенциал на обретение независимости, о необходимости которой, начиная с 2014 г., заявляет руководство Курдистана.

В рамках автономии власть была распределена между двумя старейшими и ключевыми партиями Южного Курдистана: возглавляемым бывшим президентом Ирака Д. Талабани «Патриотическим союзом Курдистана» (ПСК) и «Демократической партией Курдистана» (ДПК), управляемой президентом Иракского Курдистана М. Барзани. Несмотря на обретение фактической независимости региона в 1991 г. и юридического статуса автономии в 2005 г., создать единую систему правления удалось лишь к 2006 г., что объясняет до сих пор продолжающийся процесс фрагментации региона. Южные провинции Иракского Курдистана (Сулеймания и Халабджа) находятся в сфере влияния ПСК, тогда как Эрбиль и Дохук контролируются ДПК.

Однако, несмотря на сформировавшийся за долгие годы политический баланс, представляющий собой практически двухпартийную систему, в последнее десятилетие появилась «третья сила» — «Горран» («Движение за перемены»), существенно изменившая политический ландшафт региона.


Иракский (Южный) Курдистан — иракская автономия, образованная на территории трёх северных провинций Ирака (Дохук, Эрбиль и Сулеймания). С 2014 г. административное деление Южного Курдистана претерпело изменения, и регион Халабджа (провинция Сулеймания) вышел из состава Сулеймании, образовав четвёртую административную единицу Иракского Курдистана.

Южный Курдистан обладает широким спектром свобод. Курды имеют свой парламент и собственные вооружённые силы «Пешмерга». Помимо прочего, территория Курдистана имеет богатые нефтяные запасы. Сложившаяся политическая структура и ресурсная база даёт Иракскому Курдистану потенциал на обретение независимости, о необходимости которой, начиная с 2014 г., заявляет руководство Курдистана.

В рамках автономии власть была распределена между двумя старейшими и ключевыми партиями Южного Курдистана: возглавляемым бывшим президентом Ирака Д. Талабани «Патриотическим союзом Курдистана» (ПСК) и «Демократической партией Курдистана» (ДПК), управляемой президентом Иракского Курдистана М. Барзани. Несмотря на обретение фактической независимости региона в 1991 г. и юридического статуса автономии в 2005 г., создать единую систему правления удалось лишь к 2006 г., что объясняет до сих пор продолжающийся процесс фрагментации региона. Южные провинции Иракского Курдистана (Сулеймания и Халабджа) находятся в сфере влияния ПСК, тогда как Эрбиль и Дохук контролируются ДПК.

Однако, несмотря на сформировавшийся за долгие годы политический баланс, представляющий собой практически двухпартийную систему, в последнее десятилетие появилась «третья сила» — «Горран» («Движение за перемены»), существенно изменившая политический ландшафт региона.

19 мая 2017 г. в возрасте 73 лет умер основатель и лидер движения «Горран» Н. Мустафа. Вместе с ним уходит целая эпоха в политической истории Иракского Курдистана.

История образования «Горран»

Основные курдские политические движения
CFR: The Time of the Kurds

Движение «Горран» было основано в 2009 г. и представляет собой отколовшуюся фракцию «Патриотического союза Курдистана» (ПСК). Н. Мустафа критиковал и обвинял руководство ПСК в попрании истинной партийной идеологии и сотрудничестве с идейными врагами из ДПК, после чего он и его сторонники покинули Союз. Отказываясь от аргументов Н. Мустафы, руководство «Патриотического союза Курдистана» не позволило реформировать партию изнутри [1] . Этим объясняется то, что движение «Горран» иногда называют «истинным» или «радикальным» ПСК. Критика ДПК со стороны «Горран» основывалась на обвинениях барзанистов в авторитаризме и клановой системе.

В электоральной борьбе «Горран» позиционировал себя как «первую реальную оппозицию» ДПК и активно выступал против коррупции, став первой светской партией Курдистана, построившей программу на антикоррупционной риторике [2] .

На своих первых выборах «Движение за перемены» получило 23,75% голосов, что обеспечило им 25 из 111 возможных мест в парламенте Курдистана [3] . Подобный успех можно объяснить актуальными и популярными предвыборными лозунгами, призывающими бороться с коррупцией во власти и «авторитарными амбициями» лидеров ДПК [4] . Кроме того, ещё до создания партии Н. Мустафа учредил медиа компанию Woosha Company и телеканал KNN, который использовался в качестве инструмента пропаганды и коммуникации с избирателями [5] .

Участие «Горран» в протестах

Во время событий так называемой «арабской весны» движение «Горран» стало флагманом протестных настроений в Иракском Курдистане. Так, в январе 2011 г. движение призывало население к участию в протестах, аналогичных тем, что происходили в Тунисе и Египте, а впоследствии принимало в них непосредственное участие [6] . В рамках своей борьбы «Движение за перемены» неоднократно ссылалось на принцип «ненасильственной борьбы» Ганди. «Горран» во многом нашла поддержку среди разочаровавшейся молодёжи Сулеймании, что позволило партии привлечь внимание общественности к организованным ею протестным акциям в этой провинции [7] .

Внутри ПСК бытует мнение, что партия «доигралась в демократию». Ведь именно отсутствие жёсткой, по сравнению с ДПК, авторитарной системы внутри Союза позволило появиться «Движению за перемены» в Сулеймании. Таким образом, появление «радикальной ПСК» способствовало ослаблению позиций традиционной, «старой» ПСК по отношению к ДПК.

По окончании протестов «Горран» очень слабо отреагировал на репрессии властей против митингующих, так как движение хотело оказать давление на власть, но при этом не желало терять положения системной легальной политической организации [8] . Вероятно, организация протестов и пассивная реакция на репрессивные действия правительства объяснялись амбициями лидера «Горран» и его стремлением принять активное участие в выборах президента Курдистана в 2012 г.

Вторые парламентские выборы

В 2013 г. на вторых парламентских выборах в истории партии «Горран», обогнав ПСК, набрало ещё больше голосов и получил 24 места в парламенте (ДПК — 38, ПСК — 18). Интересно, что «Движение за перемены» завоевало максимальную поддержку избирателей как в Сулеймании, родном городе лидера ПСК Джаляля Талабани, так и в Халабдже — регионе, где традиционно сильны позиции исламистов. После подведения итогов выборов «Горран» предложил ПСК создать парламентскую коалицию без участия ДПК, однако ПСК отказался и предпочёл объединиться с «Демократической партией Курдистана».

Несмотря на разногласия внутри курдского политического пространства, в отношениях с Багдадом партии сходились во мнениях. В большинстве случаев при переговорах с федеральным центром курды выступали единым фронтом.

Продление полномочий М. Барзани и новая волна протестов

В августе 2015 г. консультативный совет Иракского Курдистана продлил полномочия президента автономии Масуда Барзани на два года, обосновав это тем, что в условиях войны с так называемым «Исламским государством» (ИГ) проводить президентские выборы опасно. В октябре 2015 г. была проведена встреча между представителями ДПК, ПСК, «Горран», «Исламского союза Курдистана» (ИСК) и «Исламской группы Курдистана» (ИГК). По результатам саммита крупнейших политических организаций автономии не было достигнуто консенсуса, что привело к новому витку протестов в регионе, и, как следствие, обвинённое в подстрекательстве беспорядков движение «Горран» лишилось своих министерских портфелей. Более того, представители ДПК заявили о необходимости ухода с поста спикера парламента Курдистана — представителя партии «Горран» Юсуфа Мухаммед Садика. Начиная с октября 2015 г. Ю.М. Садик не имел возможности приехать в Эрбиль для участия в заседаниях парламента.

Таким образом, руководством Южного Курдистана был взят курс на маргинализацию «Горран». Так, 15 июня 2016 г. генеральный прокурор Иракского Курдистана выдал ордер на арест Н. Мустафы по подозрению в организации беспорядков в Эрбиле. Незадолго до провала переговоров в Сулеймании глава «Горран» покинул Курдистан и отправился в Европу. В Великобритании лидер «Горран» находился в период с сентября 2015 г. по апрель 2016 г. и с сентября 2016 г. по май 2017 г. Здесь он проходил лечение от рака. После ухудшения самочувствия Нуширвана Мустафы популярность «Горран» стала падать, так как во многом она опиралась исключительно на харизму и авторитет лидера движения.

Сближение «Горран» с ПСК

Возможно, именно снижение активности харизматического лидера и постепенное сокращение эффективности популистских лозунгов стали причиной первых шагов, сделанных руководством «Горран» на встречу сближению со его идейным прародителем — «Патриотическим союзом Курдистана». 17 мая 2016 г. между «Горран» и ПСК были подписаны соглашения о создании единой парламентской фракции. В дальнейшем появились ожидания, что партии пойдут на парламентские выборы единым списком. Сложно сказать, для какой из сторон данное объединение сулило больше выгоды, и кому должна была быть отведена главная роль. Очевидным видится одно — данный процесс обоюдовыгоден для обеих сторон в виду явного превосходства ДПК над каждым из них по отдельности.

С одной стороны, есть основания полагать, что Н. Мустафе отводилась роль возможного преемника Барзани на посту президента Иракского Курдистана. Так, ряд СМИ, связанных с ПСК (например, pukmedia.com), характеризуют основателя «Горран» как «самого авторитетного и харизматичного лидера Курдистана» и «серого кардинала Курдистана, без чьего одобрения даже Масуд Барзани не может управлять Курдистаном без проблем». Вероятно, руководство ПСК в определенный момент, оценивая сильные и слабые стороны Н. Мустафы, согласилось на его выдвижение в качестве единого кандидата от блока ПСК — «Горран». С другой стороны, ухудшающееся состояние здоровья Нуширвана Мустафы в последние годы напоминало о естественных рисках, которые ПСК предлагалось разделить вместе с «Горран». Тем не менее, потенциальную выгоду ПСК от «воссоединения» с «Горран» невозможно переоценить: без серьезных потерь для себя, Союз может значительно увеличить свою электоральную базу и представительство в парламенте ИК.

Поэтому, возможно, единственным путём сохранения наследия «Горран» после смерти Н. Мустафы было и остается воссоединение движения с ПСК, иначе «Горран» рискует исчезнуть вместе со своим лидером. Отчасти, эту позицию подтверждает одно из последних заявлений Нуширвана Мустафы, в котором он сообщил, что доверяет судьбу «Горран» Херо Ибрагим Ахмед — супруге лидера ПСК Джаляля Талабани.

На данный момент, судьба «Горран» остается неопределённой. Что касается союза с ПСК, то в период с мая 2016 г. (заключение соглашения ПСК — «Горран») по май 2017 г. между партиями произошёл ряд конфликтов, которые могут свидетельствовать об охлаждении отношений между их высшими иерархами. Партии обвиняют друг друга в неисполнении договорённостей и «идеологическом терроризме».

Но, несмотря на эти противоречия, между «Горран» и ПСК традиционно больше общего, чем различий. По многим позициям партии выступали и продолжают выступать если не единым фронтом, то — со схожим мнением. В частности, по вопросам взаимодействия с сирийскими курдами, представленными партией «Демократический союз» (ПДС), продлении полномочий Масуда Барзани и в вопросе независимости Курдистана. Более того, обе партии имеют тесную связь с Ираном, которому выгодно наличие сильной оппозиции к режиму Барзани. Также, в условиях нестабильной военно-политической ситуации в Ираке «Горран» находится в затруднительном положении, так как не имеет своих военизированных структур и остается преимущественно гражданской политической партией.

Таким образом, на данный момент и без того сложная внутриполитическая ситуация в Иракском Курдистане, становится всё более запутанной. Если раньше союз между ПСК и «Горран» мог состояться на равных условиях, то сейчас, вполне вероятно, что руководство «Горран» пойдёт на определённые уступки, чтобы остаться частью политической системы. Возможно, что именно наличие уступок со стороны «Горран» позволит сделать союз ПСК — «Горран» более крепким.

В свою очередь, данный союз с «Горран» необходим и ПСК, учитывая тот факт, что для Иракского Курдистана наступают новые «предвыборные» времена. На данный момент появился шанс на смену политического режима в Иракском Курдистане. В соответствии с ныне действующим законодательством Масуд Барзани сможет остаться у власти только в случае, если будет проведен референдума о независимости, который бойкотируется ПСК и «Горран». На этом фоне происходит рост недовольства жителей Курдистана политикой ДПК и неспособностью правительства преодолеть последствия экономического кризиса в регионе. В нынешних условиях ни один альтернативный М. Барзани кандидат на пост президента со стороны ДПК не способен гарантировать партии сохранение контроля над этим важным во всех отношениях государственным постом. Грядущие парламентские выборы способны закрепить успех возможной коалиции, направленной против политики и доминантного положения ДПК, и создадут фундамент для подготовки к будущим президентским выборам.

1. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 41

2. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 41

3. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 44

4. Там же, С. 41

5. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 41

6. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 38

7. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 38

8. Johannisson E., Stahlschmidt M. Gorran-Jemmy for Pluralism in Iraqi Kurdistan : дис. — 2012., С. 38

Оценить статью
(Голосов: 16, Рейтинг: 4.81)
 (16 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся