Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Руслан Мамедов

Программный координатор РСМД

Колонка автора: Дни арабов

Самой громкой новостью с сирийских фронтов в последние дни стало взятие Пальмиры. Несмотря на объявленный вывод основного контингента, российские воздушно-космические силы (ВКС) продолжают поддерживать Сирийскую арабскую армию в борьбе с антиправительственными группировками. Если раньше основной акцент приходился на густонаселенный запад страны, то теперь основные действия переместились на восток.

 

Возвращение Пальмиры открыло путь по шоссе Дамаск-Пальмира-Дейр аз-Зойр. Дейр аз-Зойр до сих пор полностью не контролируется боевиками ИГ, несмотря на их постоянные попытки, интенсифицировавшиеся с начала этого года, прорвать защиту сирийской армии, представленной здесь частями Республиканской гвардии под командованием Иссама Захреддина в районе авиабазы. С самого момента окружения города связь с другими регионами страны поддерживалась авиасообщением, также передавалась гуманитарная помощь. Если проправительственным войскам удастся победить боевиков ИГ под Дейр аз-Зойрем, что, конечно, потребует времени и ресурсов (при этом САА уже выбила боевиков ИГ из Эль-Карьятейн), то встанет вопрос о походе на последний крупный оплот террористов ИГ в Сирии — Ракку. Возможно, упор будет сделан на перекрытие границы с Ираком, что должно стать предметом координации действий между правительствами обоих государств.

 

 

REUTERS/Omar Sanadiki

 

Все эти процессы подводят нас плотнее к вопросу будущего Сирии. Одним из способов наладить сожительство воюющих сторон в сирийском государстве считают федерализацию. Если предположить, что такое вообще возможно, то уже сегодня можно наметить контуры национального и политического примирения в Сирии и образования федерации.

 

Здесь важна роль российско-американского взаимодействия. Сегодня Россия и США поддерживают создание и введение новой конституции Сирии до августа 2016 г., что позволит перевести отдельные антиправительственные группировки из разряда нелегальных вооруженных групп в политическое поле. В первую очередь это касается «Джейш аль-Ислам» и «Ахрар аш-Шам». Это нужно для того, чтобы вывести из вооруженного противостояния с армией оппозиционные силы в западной части Сирии и консолидировать силы для борьбы с ИГ — противника как для армии, так и для повстанцев.

 

Наибольшие проблемы гипотетическому сирийскому примирению может доставить одна из крупнейших сил в стране — «Джабхат ан-Нусра». Хотя эта группировка связана с «Аль-Каидой» личной присягой лидера организации Абу Мухаммада аль-Джулани главе «Аль-Каиды» Айману аз-Завахири, группировка тем не менее является полностью сирийской. Многие ее члены, как и рядовые сирийцы, были вынуждены пользоваться услугами «ан-Нусры», которая занималась там некоторыми видами социальной и гуманитарной помощи даже тогда, когда их не могло предоставить государство. При этом организация признана террористической на международной арене, в США и России, что полностью лишает ее какого-либо политического будущего в Сирии. Кроме того, «ан-Нусра» до сих пор достаточно тесно переплетена с другими группировкам (например, с «Ахрар аш-Шам» в провинции Идлиб и в гораздо более меньшей степени с «Джейш аль-Ислам» в Восточной Гуте), которые, возможно, будут вынуждены начать борьбу с ней, если все-таки удастся создать какую-то общую платформу на переговорах в Женеве. Сообщения о столкновениях между нусровцами и вооруженными оппозиционерами уже поступали и продолжают поступать все активнее, при этом «Ахрар аш-Шам», понимая настроение населения, все более дистанцируется от «ан-Нусры».

 

Леонид Исаев, Андрей Захаров: Федерализм в Йемене: на обломках счастье сложно строить

 

Неоднократно звучали заявления о возможности федерализации Сирии как едва ли не единственного способа сохранить единство страны. Многие аналитики вспоминают печальный опыт федерализации Ирака. Правда, необходимо признать, что вопрос стоит не сколько в выборе государственного устройства, а в его реализации, конкретного наполнения институтами и механизмами их взаимодействия. Среди основных преимуществ федерализации в Сирии сегодня — сам факт обсуждения, продолжение переговоров.

 

Против федерализации высказалось как правительство Б. Асада, так и «эр-Риядская» и «Московско-Каирская» группы оппозиции. И на то существует несколько причин:

 

Во-первых, федерализация после пяти лет кровавой войны с миллионами беженцев в рамках постконфликтного общества с дискурсом этноконфессиональной вражды не сохранит целостность государства, а только усилит трения между этими общинами.

 

Во-вторых, если федерация будет составлена исходя из идей создания регионов по принципу проживания той или иной этноконфессиональной группы (друзов, алавитов, курдов, суннитов и др.) на закреплённой за ней территорией, это также скорее ослабит государственность и усилит центробежные тенденции. В современной Сирии и ее регионах отсутствуют необходимые компоненты для того, чтобы федерализация сработала.

 

В-третьих, встаёт вопрос принадлежности ресурсов, и в этом контексте неясно, как быть с нефтяным востоком Сирии, который к тому же производит до двух третей ее хлопка и пшеницы, но при этом слабым с точки зрения институтов и инфраструктуры. Северо-восточные регионы страны населены в основном племенами, которые за период сирийской войны переходили на разные стороны в зависимости от того, кто обладал большими ресурсами. Именно привлечение на свою сторону крупнейших племен позволило сначала «ан-Нусре», а потом ИГ занимать города и населенные пункты от Дейр аз-Зойра до Ракки.

 

Юрий Бармин: Критическая оценка основных направлений анализа российской операции в Сирии

 

Но если не федерализация, тогда что? Одним из наиболее предпочитаемых вариантов остаётся создание инклюзивного технократического правительства. В Ираке нечто подобное пытается сделать премьер-министр Хайдар аль-Аббади, отошедший от идеи правительства национального единства на этноконфессиональной основе и сталкивающийся с сопротивлением уже сложившихся политических сил страны. Однако ввиду сложности построения механизмов взаимодействия между политическими силами Сирии, видимо, целесообразнее сделать упор на избрание у руля страны сильного политического или военного деятеля с конкретными экономическими предложениями по выстраиванию отношений между центром и регионами. 

 

Одной из наиболее эффективных сторон сирийского конфликта, которая явно потребует автономии, можно назвать курдов и их «Отряды народной самообороны» (Yekineyen Parastina Gel — YPG) . Несмотря на то, что они имеют широкий спектр политических сил внутри себя, при этом у них скоординированное военное командование. Именно курды контролируют большую часть границы с Турцией, чем сильно осложняют жизнь ИГ. Если Россия собирается сохранить свое влияние в Сирии путем поддержки Б. Асада или любого другого угодного политического деятеля в Дамаске, пусть и налаживая отношения со всеми другими игроками, то США, очевидно, делают ставку на курдов.

 

Американцы наладили очень тесную координацию с сирийскими курдами и именно они направляют и помогают курдам в борьбе с ИГ, поддерживая их с воздуха. Подобная тактика доказала свою эффективность (достаточно вспомнить Кобани). И все происходит на фоне острой нетерпимости со стороны Турции, считающей YPG «дочкой» РПК и добившейся исключения курдов из женевского переговорного процесса. Согласившись с последним, американцы смогли успокоить Турцию, однако в то же время продолжали на деле поддерживать в военном отношении сирийских курдов. И несмотря на провозглашаемые планы американцев по взятию столицы «Халифата» города Ракки силами YPG, последние, видимо, не собираются постоянно присутствовать на землях, населенных преимущественно враждебным к ним суннитским населением. Для этого американцы стараются мобилизовать отдельные сирийские суннитские племена и объединить их с курдами. Этот вопрос актуален и для правительственных сил, поскольку в постигиловском мире племена восточной Сирии либо встанут перед выбором — курды или Асад, либо уже в ближайшее время кто-то другой сможет включить их в свою коалицию.

 

Представители МИД РФ неоднократно заявляли о том, что они не держатся лично за Асада и готовы рассматривать любые варианты урегулирования. Подобная позиция Москвы настораживает Дамаск, который, однако, продолжает пользоваться различного рода услугами России. В то время, как Москва разрабатывает планы по сирийскому урегулированию, у Дамаска совсем иной план действий, базирующийся на полном подавлении всех противников при помощи манипулирования и заигрывания с Москвой и Тегераном. Подобный подход позволяет правительству Б. Асада быть независимым от своих «опекунов» и самому принимать решения. И если Россия при определенных условиях (официально, если на это согласятся сами сирийцы) готова поддержать федерализацию Сирии, то Дамаск отрицает всякую возможность подобного, точно так же, как и отказывает в обсуждении будущего президента Б. Асада.

 

Руслан Мамедов: Асад без Путина: как добить «Исламское государство»

 

Таким образом, если оппозиция и исламисты на востоке страны окажутся побеждены или выведены из военного противостояния, России и США, скорее всего, придется улаживать уже другой конфликт — между курдами и правительством  Асада. Единственным выходом из этой ситуации может стать смена руководящего состава правительства страны и расширенное представительство как курдских, так и других регионов в центре. Возможен также и иракский сценарий, когда американцы де-факто поддержат и добьются некоего автономно-независимого непризнанного курдского образования в Сирии со своим влиянием. И тогда игра продолжится. Определенная степень децентрализации будет в любом случае необходима, поскольку курды до войны не были допущены к управлению в регионе собственного проживания.

 

Децентрализация необходима для привлечения инвестиций в конкретные местности, для ведения бизнеса «на местах», однако именно за центральным правительством должно оставаться формирование экономической стратегии, проведение комплексных мер по её восстановлению и налоговая политика. Нефтяные месторождения на востоке страны также требуют серьёзных инвестиций (нужны технологии и специалисты), которые не могут идти в обход центра. Этот вопрос можно решить с помощью необходимого уровня кооперации с местными племенами после победы над ИГ. Все зависит от того, что будет готов предложить им Дамаск взамен на лояльность.

 

Возвращение инфраструктуры и ресурсов под контроль центра будет вести к гораздо более эффективному восстановлению страны. Для этого необходимо решить ключевые вопросы: урегулировать спор между повстанцами и правительством, добиться полного прекращения огня, ликвидировать «ан-Нусру» и направить совместные силы на уничтожение ИГ.

 

Таким образом, хотя тема федерализации дает новые поводы для переговоров и поиска политического решения, на деле она только усугубит ситуацию и подведет страну к распаду. Решение же продолжает оставаться универсальным и сухим — верховенство права и равные права для всех граждан вне зависимости от этнической, религиозной, политической и другой принадлежности. При должной поддержке международного сообщества, координации действий между Россией и США, их давления на региональных акторов, укрепления мер доверия в регионе и выработки планов интеграционного экономического развития — это возможно. Однако получится ли это воплотить в жизнь — не ясно, поскольку риски все-таки слишком велики.

Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся