Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 5)
 (3 голоса)
Поделиться статьей
Аза Мигранян

Д.э.н., руководитель отдела экономики Института стран СНГ, в.н.с. Института экономики РАН

Несмотря на официальную версию принадлежности инициативы создания Евразийского интеграционного проекта президенту Казахстана Н. Назарбаеву, безусловным интересантом ЕАЭС принято считать Россию, объясняя это её стратегическими интересами расширения экономического и политического пространства вокруг себя для обеспечения статуса сверхдержавы и получения возможности экономического доминирования в регионе. Пожалуй, это наиболее распространенная версия побудительных мотивов создания и развития ЕАЭС российским руководством, которая, впрочем, не имеет широкой аналитической доказательной базы с точки зрения экономических эффектов для российской экономики.

Каковы же реальные преимущества ЕАЭС для России?

В сложных условиях неблагоприятной экономической и геополитической конъюнктуры именно интеграционный формат ЕАЭС позволил российской экономике снизить уровень экономических потерь.

  • Сотрудничество в ЕАЭС и формирование общих рынков по отраслевому признаку обеспечивают рост качества продукции.
  • Перспективы доступа российских производителей к сырьевым ресурсам стран–партнеров в дополнение к своим, что может способствовать созданию замкнутых технологических циклов по ряду производств, избежать прямой конкуренции на внешних рынках и ускорить производственную кооперацию внутри ЕАЭС.
  • В перспективе более высокий уровень торговой интеграции мог бы способствовать формированию совместных торговых групп, консорциумов и биржевых площадок, направленных на снижение конкуренции по однотипной продукции, экспортируемой в третьи страны.
  • Перспектива создания унифицированных правил регулирования миграционных потоков, что способствует одновременно реализации цели развития экономики и безопасности.
  • ЕАЭС обеспечивает России повышение эффективности использования собственного транзитного и технологического потенциала, повышает уровень конкурентоспособности на мировом и региональном рынках в конкуренции с другими интеграционными проектами, создает условия для расширения торгово-экономического сотрудничества с другими странами, решая проблему «интеграции интеграций» в глобальном аспекте.
Снижение по взаимной торговле в стоимостном исчислении в два раза меньше, чем в целом по внешней торговле со странами вне Союза. Также стоит отметить, что показатели падения торговли в 2016 г. кратно меньше его уровня в 2014–2015 гг. Сохраняется тренд превышения внешней торговли стран Союза с третьими странами.

Несмотря на официальную версию принадлежности инициативы создания Евразийского интеграционного проекта президенту Казахстана Н. Назарбаеву, безусловным интересантом ЕАЭС (Евразийского экономического союза) принято считать Россию, объясняя это её стратегическими интересами расширения экономического и политического пространства вокруг себя для обеспечения статуса сверхдержавы и получения возможности экономического доминирования в регионе. Пожалуй, это наиболее распространенная версия побудительных мотивов создания и развития ЕАЭС российским руководством, которая, впрочем, не имеет широкой аналитической доказательной базы с точки зрения экономических эффектов для российской экономики. Исследовательское пространство наполнено аналитическими материалами о влиянии ЕАЭС для всех членов этой интеграционной группы, где России преимущественно отводится роль донора. По молчаливому согласию принято считать, что влияние единого экономического пространства ЕАЭС на российскую экономику либо однозначно положительно, либо несущественно для масштабов её экономики по сравнению с партнерами. При этом именно российская экономика — ядро и определяющая экономическая сила в ЕАЭС, поэтому её состояние непосредственно влияет на основные макроэкономические параметры стран партнеров, а ее ресурсы обеспечивают развитие интеграции.

Торговая интеграция в ЕАЭС: итоги 2016 г.

Жанар Тулиндинова:
Казахстан в ЕАЭС к 2025 году

Интеграция в ЕАЭС развивается по гравитационной модели центром притяжения, которым является емкий российский рынок. Это обусловливает как его значимость как фактора, обеспечивающего темпы интеграционного взаимодействия, так и как фактора, влияющего на состояние и динамику развития национальных экономик стран партнеров по интеграционному блоку. Наиболее очевидны в интеграционном блоке ожидания роста торговых эффектов, динамика и тренды которых в ЕАЭС вызывают наибольшую озабоченность.

Эффект «создания торговли» обычно проявляется на начальных этапах торговой интеграции, что и наблюдалось в 2010–2012 гг. сразу после начала осуществления первого этапа евразийского интеграционного сближения в формате Таможенного союза. Объем взаимной торговли вырос на 44% по экспорту и на 43,5% по импорту за счет снятия торговых барьеров для тройки, тот же эффект наблюдается и по Армении (8,7% в 2016 г.) и Кыргызстане (4,4% в 2016 г.) также за счет снятия торговых барьеров.

Но с 2013 г. наступил эффект исчерпания свободного рынка, к тому же страны Союза попали в условия неблагоприятной конъюнктуры мирового рынка. Общий объем падения торговли в целом по ЕАЭС в 2016 г. по сравнению с 2010 г. составил 29,4% по экспорту и 19,2% по импорту со всеми странами. При этом объемы взаимной торговли упали за тот же период по экспорту на 9,8% и по импорту на 11,2%, т.е. снижение по взаимной торговле в стоимостном исчислении в два раза меньше, чем в целом по внешней торговле со странами вне Союза. Также стоит отметить, что показатели падения торговли в 2016 г. кратно меньше его уровня в 2014–2015 гг. (6,7% падения в 2016 г. по сравнению с 2015 г., 25,5% падения в 2015 г. по отношению к 2014 г.). Сохраняется тренд превышения внешней торговли стран Союза с третьими странами (509,8 млрд долл. против 42,5 млрд долл. внутренней торговли, по данным объемов внутреннего торгового оборота от 2016 г.), особенно это характерно для России.

Причины снижения объемов внешней и взаимной торговли в ЕАЭС:

  • Снижение стоимостных объемов взаимной торговли по ЕАЭС было обусловлено прежде всего ценовым фактором. Учитывая, что в структуре торговли 29,9% в 2015 г. и 22,8% в 2016 г. составляли энергоресурсы, сокращение объемов торговли полностью обусловлено падением цен на нефть и газ.
  • Общемировые тренды сокращения темпов роста до 2,2%, экономический кризис и резкое снижение темпов роста мировой торговли до 1,2% в год.
  • Экономическая ситуация в странах ЕАЭС.
  • Фактор влияния валютных колебаний на рынке.
Снижение стоимостных объемов взаимной торговли по ЕАЭС было обусловлено прежде всего ценовым фактором.

При этом факторный анализ причин снижения объемов взаимной торговли показывает, что объем взаимной торговли по ЕАЭС сократился за счёт падения цен на 25,3% в 2015 г. и на 6,7% в 2016 г., а за счет снижения физического объема торговли — на 7,5% в 2015 г., но товарооборот вырос на 0,4% в 2016 г. Изменение объемов внешней торговли с третьими странами также в большей степени было обусловлено падением уровня цен на энергоносители на 33,7% в 2015 г. и на 17,5% в 2016 г. при росте физического объема на 1,7% и 2,9% соответственно.

Торговые эффекты евразийской интеграции для российской экономики

Основной поток взаимной торговли внутри ЕАЭС ориентирован на Россию, при этом по итогам 2016 г. доля российского внешнеторгового оборота со странами ЕАЭС составила 8,3% (7,1% в 2010 г.) от общего объема внешней торговли страны, а вклад России во внешнюю торговлю ЕАЭС за тот же период — 84,3%. Несмотря на самый низкий показатель вовлеченности России во взаимный оборот ЕАЭС, ее вклад во взаимную торговлю составляет 62,4% по экспорту в ЕАЭС и 34,1% по импорту. Географическая структура торговых потоков в ЕАЭС также преимущественно ориентирована на российский рынок: по данным 2016 г. 94,6% экспорта Армении в ЕАЭС, 96,2% — экспорта Белоруссии, 89,6% экспорта Казахстана, 33,3% — экспорта Киргизии; 97% импорта Армении, 99,5% импорта Беларуси, 94,5% импорта Казахстана и 59,2% импорта Кыргызстана.

Таким образом, гравитационная модель доминирования российского рынка и объемов российского вклада в торговый оборот в ЕАЭС обусловливают безусловное лидерство России в Союзе и функцию законодателя трендов экономического развития всех стран объединения в условиях разновеликой интеграции. Сложность положения России в том, что при столь значимом доминировании в ЕАЭС она не имеет рычагов влияния, т.к. в отличие от структуры распределения голосов в ЕС, в Евразийском экономическом союзе установлено равенство всех участников и принцип консенсуса при принятии решений. Что актуализирует необходимость увеличения положительных эффектов влияния ЕАЭС на экономику России, при сохранении статуса безусловного донора интеграционных процессов.

Динамика внешнеторгового оборота России на рисунке 1 показывает полное совпадение тенденций роста (падения) торговых потоков со странами ЕАЭС и третьими странами, что свидетельствует о незначительном влиянии стимулирующих факторов открытых границ единой таможенной территории. Опережающий рост по темпам торговли со странами ЕАЭС у России наблюдался дважды за период исследования: в 2011 г. на 4% по сравнению с торговлей с остальным миром, что было обусловлено эффектом снятия торговых барьеров при образовании Таможенного союза ЕАЭС, и в 2016 г. на 2,1% в связи с ростом ценовой конкурентоспособности российской продукции на фоне падения валютного курса рубля.

Рис.1 Темпы роста внешнеторгового оборота России в 2010-2015 гг., %v

* Составлено автором по базе данных о состоянии внешней торговли ФТС РФ.

Гравитационная модель доминирования российского рынка и объемов российского вклада в торговый оборот в ЕАЭС обусловливают безусловное лидерство России в Союзе и функцию законодателя трендов экономического развития всех стран объединения в условиях разновеликой интеграции.

При этом указанный незначительный отрыв по темпам роста не сказался на валовых объемах торговли (рис. 2) России со странами ЕАЭС. В 2016 г. торговый оборот России со странами ЕАЭС составил 39 028 млрд долл., экспорт —25 460 млрд долл., импорт — 13 567,4 млрд долл., а в 2010 г. соответственно 43 173,9 млрд долл., 28 770,9 и 14 402,9 млрд долл. Среди стран ЕАЭС Беларусь — самый значимый торговый партнер: 60% в 2016 г. и 65% в 2010 г., 33,3% и 35% товарооборота — доля Казахстана, оставшиеся 5–7% приходятся на Кыргызстан и Армению. Фактически за период функционирования ЕАЭС (ТС, ЕЭП) не произошло быстрой торговой интеграции России с партнерами, несмотря на имеющийся значительный потенциал российской экономики. К числу основных причин незначительных темпов конвергенции относятся следующие факторы:

  • однотипность ассортиментной структуры экспорта России с основными торговыми партнерами по ЕАЭС (с Казахстаном практически полностью совпадают доминирующие группы минерального сырья, полезных ископаемых, руд и металлов, зерновых культур, с Беларусью — по группе продукции сельскохозяйственной переработки, машинам и оборудованию, товаров ежедневного потребления);
  • Рис.2 Торговый оборот России в 2010-2016 гг. в разрезе интеграционных групп, $ млн

    * Составлено автором по базе данных о состоянии внешней торговли ФТС РФ.

  • характер российских инвестиций в страны Союза (преобладают инвестиции в добывающие и сырьевые отрасли, в инфраструктуру) не обеспечивает углубления интеграционных связей в направлении роста производственной кооперации, они не используют имеющийся технологический потенциал и нацелены на краткосрочные проекты;
  • стратегия импортозащения направлена только на внутренний национальный рынок (обусловлено его большой емкостью), в основном базируется на ценовой конкурентоспособности, достигнутой за счет обесценивания российского рубля.
За период функционирования ЕАЭС (ТС, ЕЭП) не произошло быстрой торговой интеграции России с партнерами, несмотря на имеющийся значительный потенциал российской экономики.

Высокий уровень импортозависимости стран ЕАЭС обусловливает их уязвимость от колебаний валютного курса национальных денежных единиц и формирует преимущества в ценовой конкуренции за счет более мощного ресурсного и финансового потенциала. В этой связи волатильность валют в период 2014–2015 гг. обеспечила российскому экспорту благоприятные условия для роста ценовой конкурентоспособности российской продукции как на внутреннем рынке, так и на рынках стран-партнеров по ЕАЭС. В России в указанном временном промежутке и до конца 2016 г. наблюдалась высокая скорость волатильности российского рубля (15–20 пунктов в год, а в 2014 г. на 72 пункта). Резкие скачки валютных курсов имели двойственное влияние на состояние экономики стран ЕАЭС: с одной стороны, обесценивание национальных валют привело к снижению темпов экономического роста, а в ряде случаев и к кризисам (рост инфляции, падение покупательной способности, сжатие производства и бегство капитала), а с другой — обеспечили рост ценовой конкурентоспособности несырьевой продукции, что позволило российским производителям обеспечить прорыв в стратегии импортозамещения внутри страны и экспансию рынков союзников за счет наличия производств более технологичной и качественной продукции по сравнению с партнерами.

Высокий уровень импортозависимости стран ЕАЭС обусловливает их уязвимость от колебаний валютного курса национальных денежных единиц и формирует преимущества в ценовой конкуренции за счет более мощного ресурсного и финансового потенциала.
  • наличие высоких рисков из-за неблагоприятной геополитической конъюнктуры вокруг России и отсутствие согласованной позиции с партнерами по ЕАЭС, которые стремятся использовать санкционные ограничения против России для извлечения дополнительной коммерческой выгоды, обусловливают необходимость введения контрмер по защите собственных национальных интересов, что, несомненно, снижает темпы торговой интеграции между странами и увеличивает риски серого импорта на российский рынок;
  • сырьевая структура экономики и невысокий уровень наукоёмкости и технологичности российской экономики также не стимулируют темпы роста экономической интеграции.

Преимущества ЕАЭС для РФ

Тем не менее в сложных условиях неблагоприятной экономической и геополитической конъюнктуры именно интеграционный формат ЕАЭС позволил российской экономике (впрочем, как и ее партнерам) снизить уровень экономических потерь. Интеграционный формат сотрудничества обеспечил рост российского экспорта за счет ценового фактора и открытости границ в кризисный период 2014–2016 гг. в странах Союза. Сотрудничество в ЕАЭС и формирование общих рынков по отраслевому признаку обеспечивают рост качества продукции (в том числе и за счет введения технических регламентов). У российских производителей в данных условиях есть преимущества благодаря наличию более высокого уровня финансовой и ресурсной обеспеченности. Общий рынок открывает перспективы доступа российских производителей к сырьевым ресурсам стран–партнеров в дополнение к своим (алюминий, медь, цинк, редкоземельные металлы, удобрения, урановые руды и т.п.), что может способствовать созданию замкнутых технологических циклов по ряду производств, избежать прямой конкуренции на внешних рынках и ускорить производственную кооперацию внутри ЕАЭС.

В перспективе более высокий уровень торговой интеграции мог бы способствовать формированию совместных торговых групп, консорциумов и биржевых площадок, направленных на снижение конкуренции по однотипной продукции, экспортируемой в третьи страны.

Весомый аргумент в пользу ЕАЭС для российской экономики — перспектива не только доступа к миграционным ресурсам стран партнеров, но что более важно, создания унифицированных правил регулирования миграционных потоков, что способствует одновременно реализации цели развития экономики и безопасности.

В сложных условиях неблагоприятной экономической и геополитической конъюнктуры именно интеграционный формат ЕАЭС позволил российской экономике снизить уровень экономических потерь.

ЕАЭС обеспечивает России повышение эффективности использования собственного транзитного и технологического потенциала, повышает уровень конкурентоспособности на мировом и региональном рынках в конкуренции с другими интеграционными проектами (АТЭС, ЕС, китайских инициатив), создает условия для расширения торгово-экономического сотрудничества с другими странами, решая проблему «интеграции интеграций» в глобальном аспекте (создание свободных экономических зон позволяет продвигать российские интересы в геоэкономике и геополитике). Именно фактор преодоления геополитических ограничений по отношению к России через институты ЕАЭС создают дополнительные возможности для решения политических и экономических задач, стоящих перед страной в современных условиях. Однако следует отметить, что все перечисленные преимущества использования формата ЕАЭС для России возможны лишь при условии обеспечения перехода от ресурсной экономики к экономике технологий, т.к. только подобная смена экономической парадигмы развития обеспечит наиболее полное использование ресурсного, финансового, инвестиционного и геополитического потенциала страны в интеграционном проекте.

(Голосов: 3, Рейтинг: 5)
 (3 голоса)

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся