Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Василиса Кулакова

К.полит.н., старший научный сотрудник Центра североамериканских исследований ИМЭМО РАН

Легвольд, Роберт. «Возвращение холодной войны». Polity Press, 2016. 187 cc. (Legvold, Robert. Return to Cold War. Polity Press, 2016. 187 pp.).

Профессор политологии Колумбийского университета, признанный специалист в области советологии и российской внешней политики, рассматривает ухудшение российско-американских отношений, возникшее вместе с украинским кризисом, как начало «новой холодной войны». Дальнейшее усугубление ситуации грозит миропорядку непоправимыми потерями, поэтому Р. Легвольд призывает США и Россию преодолеть негативное восприятие друг друга, поставить перед собой цель закончить противостояние и совместными усилиями, пусть и методом «малых шагов», начать выходить из кризиса.


Рецензия на книгу Р. Легвольда «Возвращение холодной войны»

Легвольд, Роберт. «Возвращение холодной войны». Polity Press, 2016. 187 cc. (Legvold, Robert. Return to Cold War. Polity Press, 2016. 187 pp.).

Профессор политологии Колумбийского университета, признанный специалист в области советологии и российской внешней политики, рассматривает ухудшение российско-американских отношений, возникшее вместе с украинским кризисом, как начало «новой холодной войны». Дальнейшее усугубление ситуации грозит миропорядку непоправимыми потерями, поэтому Р. Легвольд призывает США и Россию преодолеть негативное восприятие друг друга, поставить перед собой цель закончить противостояние и совместными усилиями, пусть и методом «малых шагов», начать выходить из кризиса.

Украинский кризис, или повод для новой холодной войны

В основе книги Роберта Легвольда лежит тезис о том, что конфронтация между Россией и США, которая началась с украинского кризиса 2014 г., приобрела глубину и важность, позволяющую называть ее холодной войной со всеми вытекающими последствиями.

Р. Легвольд признает, что российско-американские отношения больше не являются стержнем всей системы международных отношений, как это было во второй половине XX в. Тем не менее он настаивает, что ухудшение отношений между Россией и США наносит значительный ущерб состоянию дел по всем ключевым направлениям международной политики. Среди этих направлений: поддержание порядка в полицентричном ядерном мире, мировая энергетика, перспективы мира в евразийском «хартленде», проблема возвышения Китая и других новых ведущих игроков. Р. Легвольд призывает не обманываться тем, что на конец 2015 г. российские ВВП и расходы на оборону были в разы меньше американских. Мир вступил во «второй ядерный век», и только Россия и США, делящие между собой 92% всего мирового ядерного оружия, могут вместе стать конструктивными лидерами среди нового клуба ядерных держав.

Соглашаясь с наличием фундаментальных различий в сравнении с периодом классической холодной войны, Р. Легвольд, однако, выделяет пять характеристик текущей ситуации, которые как зеркало отражают холодную войну, особенно ее раннюю фазу. Эти пять особенностей заключаются в том, что стороны: 1) обвиняют исключительно друг друга в ухудшении двусторонних отношений; 2) убеждены в том, что попытки найти общий язык не имеют смысла, поскольку каждая сторона преследует свои цели; 3) смирились с тем, что пока не сменится лидерство противоположной стороны, отношения не изменятся; 4) рассматривают редкие случаи сотрудничества как нечто, не ведущее к изменениям в отношениях; а также в том, что 5) напряжение отравляет все направления политики.

По убеждению Р. Легвольда, США и Россия пришли к сложившейся ситуации вместе, провалив все попытки за 25 лет после распада СССР наладить сотрудничество, медленно разрушая отношения, пока украинский кризис и российские действия в этом кризисе не отправили отношения между сторонами в окончательное пике. Здесь Р. Легвольду следует возразить, так как на наш взгляд, причиной перехода через точку невозврата стала поддержка Соединенными Штатами государственного переворота на Украине.

Соответственно, выход из ситуации может быть найден только совместно обеими странами, причем одной из них необходимо сделать первый шаг, а второй — незамедлительно пойти навстречу. Р. Легвольд считает, что США вполне могли бы рискнуть первыми, потому что экономическое, военное и стратегическое превосходство страны позволяет ей сделать это с минимальными потерями. Самый простой способ — это политика «малых шагов», когда после совершения каждого действия государство смотрит, отвечает ли противоположная сторона. Однако более эффективным было бы возрождение стратегического диалога между двумя странами (приблизительно такого, какой был организован в 2003 г. после вторжения США в Ирак). Стратегический диалог должен носить неформальный характер, проводиться при поддержке обоих президентов общественно значимыми людьми, не занимающими высокие позиции в правительстве. Участники диалога должны выработать альтернативные пути развития российско-американских отношений, а затем донести их до своих президентов, их советников и министров. К сожалению, развитие ситуации в США после выборов президента Д. Трампа оставляет все меньше надежды на то, что это сможет произойти.

Когда лидеры государств решатся приступить к изменению политики, Р. Легвольд рекомендует сначала разработать стратегическое видение желаемого развития отношений на десятилетний период, затем перейти к разработке промежуточных целей, и, наконец, сопоставить эти промежуточные цели с текущей политикой и пересмотреть последнюю. Практическая же реализация будет происходить в обратном направлении. К подобным долгосрочным целям следует отнести поддержание мира и свободы в Европе и в быстро меняющемся Азиатско-Тихоокеанском регионе, сотрудничество в вопросах ближневосточного урегулирования, сокращение опасностей, порождаемых новым многополярным ядерным миром, и некий modus vivendi, позволяющий России и США конструктивно взаимодействовать с целью поддержания взаимной безопасности в Евразии и за ее пределами. Эти направления достаточно хорошо проработаны, по мнению Р. Легвольда, в документах Евроатлантической инициативы в области безопасности 2012 г.

Для Р. Легвольда очевидно, что в качестве промежуточной цели государствам необходимо установить, в первую очередь, восстановление разрушающейся системы договоренностей по контролю над вооружениями, начав со спасения Договора о ликвидации ракет средней и малой дальности 1987 г.

Политика «здесь и сейчас», особенно применительно к украинскому кризису, —последнее звено в цепи, и оно чрезвычайно важно, если стороны готовы двигаться к выходу из тупика в отношениях. Р. Легвольд с грустью отмечает, что велика вероятность того, что решения для украинской проблемы не существует, и она перейдет в статус одного из замороженных конфликтов. Однако автор призывает к выполнению вторых Минских соглашений. Политику России по украинскому вопросу Р. Легвольд характеризует как «ни войны ни мира», в то время как, по его мнению, выгоднее для России было бы отказаться от бремени субсидирования ополченцев, при условии, что Украина не будет частью НАТО, но будет служить мостом между двумя частями Европы.

Однако и США необходимо изменить политику по трем векторам:

1) Ответ на «российскую агрессию» на Украине должен иметь военный характер, а не характер экономических санкций. Так, необходимо помочь Украине с созданием соответствующей современным стандартам армии, чтобы страна могла сама защищать себя. Данный пункт рассуждений Р. Легвольда вызывает сомнения, так как милитаризация Украины вызовет незамедлительную реакцию со стороны России. Автор пытается сгладить конфликтную суть данного вектора предложением обязательно сообщать России о всех предпринимаемых Соединенными Штатами военных шагах на Украине, одновременно обозначая готовность США свернуть соперничество.

2) США необходимо поменять отношение к тем немногочисленным областям, где сохранилось сотрудничество (борьба с ИГИЛ, космическая программа), с остаточного на приоритетное.

3) Стратегическое измерение политики — Соединенным Штатам следует признать, что Россия — тоже лидер, иначе не получится воплотить предложенное в книге стратегическое видение.

Холодная война или новый мировой порядок

В своем выступлении на Примаковских чтениях 29 ноября 2016 г., проведенных ИМЭМО РАН, Роберт Легвольд еще раз подчеркнул свой пессимизм по поводу состояния российско-американских отношений и заявил, что оценивает вероятность использования ядерного оружия в ближайшие 10–15 лет как более высокую, чем когда-либо за всю историю холодной войны. Представляется, однако, маловероятным превзойти по остроте Карибский кризис 1962 г. Если говорить о возможности применения ядерного оружия, то, скорее всего, это будут такие государства как Пакистан, и скорее всего, будет применено тактическое, а не стратегическое оружие.

При этом на Примаковских чтениях Р. Легвольд отметил, что правительственные структуры не в состоянии разрешить проблему, так как находятся «внутри нее». В этом смысле особые надежды можно было бы возложить на научно-экспертное сообщество, однако здесь вступает в силу проблема малого влияния исследователей на процесс принятия реальных политических решений. Р. Легвольд говорит о роли молодого поколения, не мыслящего категориями холодной войны, находящегося «вне ее». Однако здесь с автором можно поспорить в том, что молодое поколение, не помнящее напряжения периода холодной войны, может недооценить опасность противостояния двух ядерных держав. Тем не менее совместно с автором следует возложить надежды на то, что уроки истории будут хорошо усвоены и сыграют свою конструктивную роль.

Относительно предложенной Р. Легвольдом необходимости двигаться малыми шагами к восстановлению взаимного доверия, и того, что странам необходимо «рискнуть поверить» друг другу, имеются слабые, но все же надежды на то, что мыслящий экономическими категориями президент США Д. Трамп может неожиданно «рискнуть поверить». Однако неоконсервативная команда министров и советников, утвержденная Трампом, делает данные надежды все более слабыми.

Любопытно, что американское молодое поколение экспертно-аналитического сообщества еще в 2014 г. высказалось против употребления термина «новая холодная война». Директор Института Кеннана Мэтью Рожански в своей статье [1] отмечает отсутствие глобального идеологического измерения в современном конфликте между США и Россией, а также пишет, что еще одним чрезвычайно важным отличием современного периода является существование тесных профессиональных и личных контактов между американским и российским научно-экспертными сообществами, что позволяет хотя бы на уровне дипломатии «второго трека» видеть друг друга в адекватном свете.

В российской политологии в период после начала украинского кризиса сложился спектр мнений по поводу вопроса, вступил мир в период новой холодной войны или нет. Одним из первых о начале второй холодной войны высказался директор Института США и Канады РАН С.М. Рогов в своем выступлении на заседании Совета Федерации ФС РФ 4 марта 2015 г. Однако в своих академических статьях Рогов пишет о некоем «холодном мире» — так он обозначает наметившуюся конфронтацию, а наступление новой «холодной войны» он рассматривает только как следующий, возможный этап ухудшения российско-американских отношений [4].

Эксперты Института мировой экономики и международных отношений им. Е.М. Примакова РАН делают упор на отличиях современной ситуации от времен классической холодной войны. В прогнозе ИМЭМО на 2015 г. [5] сформулирована позиция, что формируется «новый мировой порядок», а не «новая холодная война». В качестве фундаментальных отличий называется следующий ряд характеристик современного мироустройства. 1) Более не работают такие основополагающие принципы системы отношений времён холодной войны, как ядерное сдерживание, ядерное устрашение, взаимное гарантированное уничтожение; 2) наличие глубокой экономической взаимозависимости; 3) невозможность решать без России многочисленные проблемы глобальной безопасности и 4) многополярность современного мира в отличие от биполярности периода холодной войны. В прогнозе на 2016 г. [6] констатируется, что России и Западу удалось избежать полномасштабной «холодной войны», в том числе, благодаря тому, что Россия не оказалась в полной изоляции. Начало новой холодной войны рассматривается только как один из четырех сценариев возможного развития мироустройства в перспективе на ближайшие 20 лет (до 2035 г.) наряду с возможностью достижения «нового концерта наций» (когда ведущие государства договариваются), вероятности выдвижения Евразии на роль лидера и максимально негативного сценария, когда «мир трещит по швам» [3]. Ф. Г. Войтоловский [2] говорит о формировании новой, конфликтной по форме и содержанию модели взаимоотношений между США и Россией — устойчивой ограниченной конфронтации, при сохранении элементов сотрудничества на отдельных направлениях.

В заключение хотелось бы отметить, что независимо от того, что автор рецензии не согласен с правомочностью использования термина «новая холодная война», книгу Р. Легвольда «Возвращение холодной войны» следует признать весомым вкладом в исследование российско-американских отношений на современном этапе, настолько глубок анализ ситуации, предложенный автором, и настолько конструктивны предложенные пути выхода. Особенно важно, на наш взгляд, что именно из американской исследовательской среды раздается голос, призывающий к трезвому и адекватному восприятию России и российской политики, и остается только надеяться, что он будет услышан лицами, принимающими в США внешнеполитические решения. Как, впрочем, было бы чрезвычайно полезно, если бы к рекомендациям Роберта Легвольда прислушались и российские политики.

Список литературы:

1. Rojansky M., Salzman R.S. Debunked: Why There Won’t Be Another Cold War. // The National Interest. 20 March 2015. http://nationalinterest.org/feature/debunked-why-there-wont-be-another-cold-war-12450

2. Войтоловский Ф.Г. Российско-американские отношения в контексте украинского кризиса: тенденции и перспективы // Пути к миру и безопасности, 2015, № 1. С. 67-84

3. Глобальная система на переломе: пути к новой нормальности. Совместное исследование Национального исследовательского института мировой экономики и международных отношений имени Е.М. Примакова и Группы стратегического прогнозирования Атлантического совета. Москва, ИМЭМО им. Е.М.Примакова, 2016. 31 стр.

4. Рогов С.М. Состояние и перспективы российско-американских отношений // Вестник Российской академии наук. 2015. Т. 85. № 5-6. С. 522-537

5. Россия и мир: 2015. Экономика и внешняя политика. Ежегодный прогноз. Москва, ИМЭМО РАН, 2014. 165 сс.

6. Россия и мир: 2016. Экономика и внешняя политика. Ежегодный прогноз. Москва, ИМЭМО РАН, 2015. 146 сс.


Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
array(4) {
  ["Безопасность"]=>
  string(24) "Безопасность"
  ["Россия"]=>
  string(12) "Россия"
  ["Северная Америка"]=>
  string(31) "Северная Америка"
  ["Россия и США: диалог о проблемах двусторонних отношений, региональных и глобальных вызовах"]=>
  string(167) "Россия и США: диалог о проблемах двусторонних отношений, региональных и глобальных вызовах"
}

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся