Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Ирина Федорова

К.и.н., с.н.с. Института востоковедения РАН

С приходом в Белый дом Д. Трампа отношения между Тегераном и Вашингтоном существенно накалились. На 53-ей Мюнхенской конференции по безопасности вице-президент США М. Пенс назвал Иран главным спонсором терроризма в мире. Текущее обострение американо-иранских отношений не только ухудшает существующие проблемы между США и Ираном, но и затрудняет усилия по урегулированию кризисных ситуаций в регионе Ближнего Востока, создавая препятствия для миротворческих усилий международного сообщества.

С приходом в Белый дом Д. Трампа отношения между Тегераном и Вашингтоном существенно накалились. На 53-ей Мюнхенской конференции по безопасности вице-президент США М. Пенс назвал Иран главным спонсором терроризма в мире. Текущее обострение американо-иранских отношений не только ухудшает существующие проблемы между США и Ираном, но и затрудняет усилия по урегулированию кризисных ситуаций в регионе Ближнего Востока, создавая препятствия для миротворческих усилий международного сообщества.

В январе 2016 г. глава МАГАТЭ объявил о том, что Иран выполнил условия, обозначенные в Совместном всеобъемлющем плане действий (СВПД), принятом 14 июля 2015 г. и одобренном Советом Безопасности ООН 20 июля 2015 г. (Резолюция 2231). Это знаменовало начало нового этапа в отношениях ИРИ и международного сообщества. Значительная часть санкций, введенных США и ЕС в связи с ядерной программой Ирана, была снята, делегации государственных деятелей из различных стран Европы и Азии направились в Тегеран, был заключен ряд важных экономических контрактов.

Казалось, что отношения Тегерана и Вашингтона также потеплели. Из них начала исчезать воинственная риторика, Иран получил 1,7 млрд долл. в результате урегулирования части взаимных исков. Президент Б. Обама, хотя и назвал это соглашение «сделкой», но дал ему высокую оценку, подчеркивая, что таким образом удалось предотвратить серьезный военный конфликт на Ближнем Востоке. Однако, несмотря на то, что Белый дом во многом способствовал заключению СВПД, отношения между Ираном и США продолжали оставаться напряженными. Санкции, не имеющие отношения к иранской ядерной программе, продолжали действовать. А в декабре 2016 г. решением обеих палат Конгресса США еще на 10 лет был продлен закон о санкциях в отношении Ирана, впервые принятый в 1996 г. (Iran Sanctions Act).

Несмотря на то, что Белый дом во многом способствовал заключению СВПД, отношения между Ираном и США продолжали оставаться напряженными.

«Иранская сделка» подвергалась критике со стороны Республиканской партии. Особенно остро она обсуждалась во время предвыборной кампании в 2016 г. Ни одни дебаты между кандидатами на пост президента США не проходили без вопросов об американской политике в Иране. Участников президентской гонки спрашивали, усилят ли они давление на Иран, будут ли выполнять условия соглашения или одним росчерком пера откажутся от него. Уже тогда Д. Трамп, резко критикуя внешнюю политику Демократической партии, заявлял, что это была «худшая сделка в истории», ставшая «катастрофой для Израиля, Америки и всего Ближнего Востока», и для него, в случае его избрания, приоритетом станет ее аннулирование.

Можно было бы объяснить такой резкий тон издержками предвыборной кампании, стремлением доказать несостоятельность внешней политики предыдущей администрации. Но после инаугурации Д. Трамп не изменил свою точку зрения. В интервью Fox News 7 февраля 2017 г. он утверждал, что это была «самая отвратительная сделка», которую США когда-либо заключали и которую было «стыдно» даже обсуждать. Он отметил, что не смотрит оптимистично на дальнейшее развитие отношений с Ираном, и 3 февраля 2017 г. ввел новые ограничительные меры против 13 физических лиц и 12 компаний причастных к разработке и испытаниям баллистических ракет в Иране.

Обвинения Ирану прозвучали и на 53-ей Конференции по безопасности в Мюнхене. В своей первой речи, посвященной внешней политике новой администрации, вице-президент М. Пенс назвал Иран «главным спонсором терроризма в мире» и подчеркнул, что США никогда не позволят Ирану получить ядерное оружие, уточнив, что Иран «продолжает дестабилизировать ситуацию на Ближнем Востоке».

Как на эти обвинения отвечает Иран?

Обвинения американского президента вызвали бурную реакцию в Иране.10 февраля 2017 г. во время празднования 38-ой годовщины иранской революции по улицам иранских городов прошли массовые шествия и митинги. Снова и снова на них звучали лозунги «Смерть США», толпа наступала на американские флаги, разложенные на асфальте, люди жгли портреты Д. Трампа и карикатуры на него. Верховный лидер Ирана аятолла Хаменеи в речи 7 февраля 2017 г. на встрече с командованием военно-воздушных сил Ирана призвал иранцев показать, что народ не боится угроз новой американской администрации, и поблагодарил президента Д. Трампа за то, что он, угрожая Ирану, показал истинное лицо Америки. Президент Х. Рухани, в свою очередь, заявил: «Иранский народ заставит каждого, кто ему угрожает, пожалеть об этом» и «Эти демонстрации — ответ на несправедливые слова новых лидеров в Белом доме».

Прибегая к жесткой риторике, Д. Трамп хочет противопоставить свой политический курс политике Б. Обамы и показать своим союзникам на Ближнем Востоке, что он не будет налаживать отношения с Ираном за их счет.

Что же стоит за этими резкими заявлениями? Изменят ли США резко свой курс в отношении Ирана и действительно ли Иран готов использовать силу в ответ на обвинения США?

Внешнеполитический курс новой администрации США еще окончательно не выработан. Его формирование будет зависеть от соотношения внутриполитических сил в Америке, возможности нахождения баланса между интересами основных политических партий США, а также от перспективы сглаживания противоречий внутри самих этих партий. Поэтому на прямой вопрос ведущего, разорвет ли президент Д. Трамп ядерную сделку, во время пресс-конференции Д. Трамп ответил: «Подождем, посмотрим».

REUTERS/Carlos Barria
Иван Курилла:
Дональд Трамп держит слово

Представляется, что прибегая к жесткой риторике, Д. Трамп хочет противопоставить свой политический курс политике Б. Обамы и показать своим союзникам на Ближнем Востоке, что он не будет налаживать отношения с Ираном за их счет. Можно предположить, что США будут крайне внимательно следить за выполнением Ираном обязательств, принятых в рамках СВПД, и жестко реагировать в случае их нарушения. Санкционное давление на Иран, связанное с испытанием баллистических ракет, нарушением прав человека, поддержкой Ираном ряда организаций, которые в США считаются террористическими, будет продолжаться. При этом администрация Белого дома, понимая ограниченный характер односторонних санкций, будет делать все возможное для привлечения других стран к этому процессу. И здесь уже наметились некоторые противоречия между США и странами ЕС. По сообщению агентства Reuters, они проявились во время встречи вице-президента М. Пенса с федеральным канцлером Германии на полях 53-ой Конференции по безопасности в Мюнхене. А. Меркель, выражая точку зрения европейских государств, отметила, что одобряет СВПД, считая, что он дает возможности для развития экономических отношений, важных для Германии. Поэтому вряд ли страны Европы загорятся желанием присоединиться к США и вводить новые санкции.

Иран со своей стороны совершенно не заинтересован в прекращении действия СВПД.

Иран со своей стороны совершенно не заинтересован в прекращении действия СВПД. Ведь благодаря ему он вышел из международной изоляции, занял место равноправного партнера на международной арене, улучшил отношения с западными странами, получил инвестиции, так необходимые его экономике, подорванной санкциями. Поэтому в ответ на высказывания Д. Трампа президент Ирана неоднократно заявлял, что он не позволит США отказаться от СВПД. Хасан Рухани считает, что сближение с Западом необходимо и поможет решить экономические проблемы, стоящие перед страной.

Антииранская кампания в США объективно играет на руку самым консервативно настроенным кругам в Иране, объединяя их сторонников и усиливая позиции консервативных кандидатов.

Стоит отметить, что в ответ на давление со стороны Белого дома ИРИ активизирует дипломатические усилия в регионе Ближнего Востока, стремясь смягчить отношения со своими соседями по региону. 11 декабря 2016 г. в Тегеране была проведена Первая конференция по безопасности в Западной Азии. Выступая на ее открытии, председатель меджлиса (парламента) Али Лариджани пригласил региональные государства создать альянс для борьбы с международным терроризмом и гуманитарными кризисами в регионе. А 18 февраля 2017 г. в интервью ливанскому телеканалу «Аль-Маядин» он поприветствовал идею установления прямого диалога Ирана с арабскими странами, в том числе со своим главным конкурентом в регионе — Саудовской Аравией. При этом Али Лариджани подчеркнул, что такое взаимодействие должно протекать «без каких-либо предварительных условий». В русле этой же политики 15 февраля 2017 г. состоялись визиты президента Х. Рухани в Оман и Кувейт, ключевой задачей которых было снижение напряженности и налаживание отношений ИРИ с суннитскими государствами.

США со своей стороны также уделяют значительное внимание взаимодействию со странами Залива и обсуждают с рядом арабских стран возможность создания в ближневосточном регионе военного союза, который бы противостоял Ирану и обменивался разведывательной информацией с Израилем. Об этом сообщает The Wall Street Journal. По сведениям газеты, по этому поводу Вашингтон ведет переговоры с Саудовской Аравией, ОАЭ, Египтом и Иорданией.

Анализируя последствия обострения отношений Тегерана и Вашингтона, не следует забывать, что в мае 2017 г. в Иране состоятся выборы президента. И нынешнее обострение отношений с США совпадает с началом предвыборной кампании. Сторонники консервативного развития страны считают, что дальнейшее сближение с европейскими странами может привести к усилению не только экономического, но и идеологического влияния Запада и ослабить исламский режим в стране. Поэтому антииранская кампания в США объективно играет на руку самым консервативно настроенным кругам в Иране, объединяя их сторонников и усиливая позиции консервативных кандидатов. Если она будет продолжаться, то даже в случае победы сторонника реформаторского крыла в иранской политической элите (у Х. Рухани большие шансы на победу), он окажется под сильным влиянием консервативных кругов, и шансы на восстановление отношений с США станут весьма призрачными.

Парадигма развития внешней политики новой американской администрации еще не сформировалась. Поэтому делать окончательные прогнозы относительно основных векторов развития политики Вашингтона в отношении Тегерана еще рано. Текущее обострение американо-иранских отношений имеет свои ограничения. Ни одна из сторон в силу своих внутренних проблем не заинтересована в выходе из СВПД и развязывании военного конфликта. Однако политика Вашингтона и Тегерана не только ухудшает существующие проблемы между этими странами, но и затрудняет усилия по урегулированию кризисных ситуаций в регионе Ближнего Востока, создавая препятствия для миротворческих усилий международного сообщества.

(Нет голосов)
 (0 голосов)

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся