Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей
Игорь Иванов

Президент РСМД, министр иностранных дел России (1998–2004 гг.), профессор МГИМО МИД России, член-корреспондент РАН, член РСМД

Предстоящие выборы в Государственную Думу на фоне проводимых значительных кадровых перестановок в исполнительной власти открывают не просто очередной осенний сезон, но в какой-то степени — и новый цикл в российской политической жизни. Состав Думы, по всей видимости, существенно обновится; грядут перемены и в Совете Федерации, в руководстве ряда российских регионов. Многие в этой связи задаются закономерным вопросом: «А что принесет с собой новый политический цикл? И чем он будет отличаться от цикла текущего?».

Предстоящие выборы в Государственную Думу на фоне проводимых значительных кадровых перестановок в исполнительной власти открывают не просто очередной осенний сезон, но в какой-то степени — и новый цикл в российской политической жизни. Состав Думы, по всей видимости, существенно обновится; грядут перемены и в Совете Федерации, в руководстве ряда российских регионов. Многие в этой связи задаются закономерным вопросом: «А что принесет с собой новый политический цикл? И чем он будет отличаться от цикла текущего?».

Ход начавшейся избирательной кампании показывает, что подавляющее большинство кандидатов в своем диалоге с избирателями основное внимание уделяют внутренним вопросам: состоянию экономики и социальной сферы. Это и понятно. В нынешних непростых условиях россиян в наибольшей степени волнуют зарплаты и пенсии, тарифы ЖКХ и услуги здравоохранения, доступность образования и уверенность в завтрашнем дне.

Вместе с тем бросается в глаза, что практически все кандидаты обходят стороной или стараются избегать обстоятельного обсуждения ключевых вопросов российской внешней политики. Внешняя политика, если и упоминается, то исключительно вскользь, на уровне самых общих деклараций. Дискуссия по международным делам идет в лучшем случае в формате теледебатов, что никак не тянет на серьезное формулирование программных позиций. Складывается впечатление, что в силу тактических или каких-то иных причин лидеры ведущих политических объединений самоустраняются от активных содержательных дискуссий по внешней политике, перекладывая всю ответственность за нее на плечи главы государства.

Однако насколько в современном, все более глобализирующемся и взаимозависимом мире реально ставить и решать острые проблемы развития без тесной увязки с действиями на международной арене? Насколько допустимо разграничить эти две сферы, сосредоточившись на внутриполитической повестке дня и оставив внешнеполитическую повестку на усмотрение высшего политического руководства? От ответа на эти вопросы во многом будет зависеть успех или неудача в решении поставленных задач ускоренного развития и отдельных регионов, и тех или иных секторов нашей экономики, и страны в целом. На мой взгляд, если еще несколько десятилетий назад внешняя политика была монопольной сферой высшего государственного руководства и закрытой корпорации профессиональных дипломатов, то сегодня она нуждается в максимально широком и заинтересованном общественном обсуждении. Без этого измерения разговор о любых других проблемах страны будет по меньшей мере неполным. Возьмем, к примеру, вопросы нашего экономического развития, вокруг которых сейчас развернулись острые дискуссии между представителями различных школ и подходов. Одни политики и эксперты ставят во главу угла достижение макроэкономической стабильности, борьбу с инфляцией, обеспечение бездефицитного бюджета и пр. Другие, напротив, предлагают перейти к стратегии целевой денежной эмиссии, «дешевых денег» и крупных инфраструктурных проектов.

Но в этом очень важном разговоре практически не затрагивается тема того, как наша страна будет участвовать в международном разделении труда, что могло бы прийти на смену нашей нынешней модели сырьевого экспорта, и где должны проявить себя сравнительные преимущества российской экономики. Ведь совершенно очевидно, что Россия не сможет успешно развиваться, ориентируясь исключительно на внутренние ресурсы и проводя стратегию жесткого протекционизма, не говоря уж об экономическом изоляционизме. А если мы выбираем стратегию интеграции, то перед нами встает другой логичный вопрос: каким образом интегрироваться в международное экономическое пространство, не нанося вместе с тем неприемлемого ущерба национальному суверенитету? Ведь любая интеграция — если это интеграция реальная, а не чисто декларативная — предполагает делегирование определенных полномочий в наднациональные институты. Где та черта, которую нельзя переступить?

Не меньше вопросов встает, когда мы говорим о проблемах безопасности. Разумеется, для обеспечения надежной безопасности государство нуждается и в ядерном щите, и в мощной, оснащенной самыми современными вооружениями армии. Но времена Александра III, когда у России было только два союзника: ее армия и флот, прошли безвозвратно. В наше время угрозы безопасности носят преимущественно невоенный, трансграничный характер. Разброс их велик: от межконфессиональных противостояний до киберсражений и информационных войн. Как и в современных науках, где все больше востребован междисциплинарный подход, так и в области обеспечения национальной безопасности требуется умелое сочетание силовых методов ведения борьбы с несиловыми методами — экономическими, социальными, информационными и иными. Как и в вопросах экономического развития, обеспечение национальной безопасности в современных условиях возможно только на путях хорошо выверенного долгосрочного сотрудничества на международной арене. Угрожает ли такой подход базовым принципам национального суверенитета? А если да, то что надо сделать, чтобы минимизировать связанные с ним риски? Этот вопрос требует самого глубокого обсуждения с участием ведущих политических сил и в целом гражданского общества. От ответа на него во многом будет зависеть будущий облик нашей страны.

Соотношение внешней политики и внутреннего развития России было сложным и противоречивым практически на всех этапах нашей истории. Нередко внешняя политика оказывалась не просто вспомогательным инструментом для решения сложных задач внутреннего развития, но одним из главных ее двигателей. Разве грандиозные преобразования Петра I не были продиктованы стремлением ввести Россию в круг великих держав того времени? А «великие реформы» Александра II — разве в их основе не лежало стремление преодолеть наметившуюся изоляцию страны на Европейском политическом пространстве?

Сегодня на наших глазах меняется политическая и экономическая карта мира: традиционные центры экономического роста уступают место новым — более динамичным, формируются региональные геополитические партнерства, активно реализуются грандиозные трансграничных проекты. Все эти процессы способны уже в ближайшие годы кардинальным образом повлиять на формирование базовых элементов будущего мироустройства. Добиться успехов в этой «гонке» можно только активно в ней участвуя, опережая не только вероятных конкурентов и соперников, но и динамику развития самой международной системы.

Новый политический цикл, в который вступает наша страна и наше общество, будет сложным для всех: и для государственного руководства страны, и для политического класса, и для гражданского общества. Предстоит принимать многие нелегкие, возможно, непопулярные и болезненные решения. И чтобы эти решения были в максимальной степени взвешенными и обоснованными, чтобы они были понятными для нашего общества, их подготовка должна включать в себя в том числе и широкую общественную дискуссию по основным вопросам российской внешней политики.

Впервые опубликовано в Российской газете

Оценить статью
(Голосов: 1, Рейтинг: 5)
 (1 голос)
Поделиться статьей

Текущий опрос

Какой исход выборов в Конгресс США, по вашему мнению, мог бы оказать положительное влияние на российско-американские отношения в краткосрочной перспективе?

Прошедший опрос

  1. Каким образом заявления В.В. Путина в послании Федеральному Собранию и показ новых стратегических вооружений скажется на международной безопасности в ближайшие годы?

    Следует ожидать гонки вооружений ведущих государств мира, что приведет к неконтролируемой эскалации военно-политической напряженности во всем мире  
     155 (43%)
    Сделанные заявления и показ супероружия скорее завершают начатый ранее процесс обновления Вооруженных Сил России в ответ на вызовы современности, к этому на Западе давно были готовы — существенных изменений в глобальном балансе сил не произойдет  
     142 (40%)
    На наших глазах возвращается Ялтинско-Потсдамский мировой порядок, в которой Россия определенно играет роль одного из полюсов, что позволит иметь более стабильную архитектуру международной безопасности  
     53 (15%)
    Ваш вариант ответа. В комментариях  
     8 (2%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся