Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 2, Рейтинг: 5)
 (2 голоса)
Поделиться статьей

17 ноября 2020 г. Российский совет по международным делам (РСМД) провел дистанционный круглый стол на тему «Россия — Республика Корея: пути развития партнерства», приуроченный к 30-летию установления дипломатических отношений между Москвой и Сеулом.

С приветственным словом к участникам круглого стола обратился вице-президент РСМД, Чрезвычайный и Полномочный Посол России Глеб Ивашенцов. В своем выступлении он отметил важность юбилейной даты как возможности не только подвести промежуточные итоги сотрудничества, но и определить, что еще может быть сделано для его интенсификации. Г. Ивашенцов представил обзор основных направлений двустороннего взаимодействия, акцентировав проблемные моменты.

17 ноября 2020 г. Российский совет по международным делам (РСМД) провел дистанционный круглый стол на тему «Россия — Республика Корея: пути развития партнерства», приуроченный к 30-летию установления дипломатических отношений между Москвой и Сеулом.

С приветственным словом к участникам круглого стола обратился вице-президент РСМД, Чрезвычайный и Полномочный Посол России Глеб Ивашенцов. В своем выступлении он отметил важность юбилейной даты как возможности не только подвести промежуточные итоги сотрудничества, но и определить, что еще может быть сделано для его интенсификации. Г. Ивашенцов представил обзор основных направлений двустороннего взаимодействия, акцентировав проблемные моменты.

В рамках мероприятия была представлена аналитическая записка «Россия — Республика Корея: пути развития экономического партнерства», подготовленная независимым экспертом Светланой Суслиной и старшим научным сотрудником Центра корейских исследований Института Дальнего Востока РАН Викторией Самсоновой. В продолжение презентации состоялось экспертное обсуждение заявленной проблематики, в ходе которого были затронуты вопросы не только экономического, но и гуманитарного, политического сотрудничества двух стран, а также чрезвычайно актуального сегодня сотрудничества в области здравоохранения.

В дискуссии приняли участие заведующий отделом Кореи и Монголии Института востоковедения РАН Александр Воронцов, директор Центра корейских исследований ИДВ РАН Александр Жебин, доцент кафедры востоковедения, ведущий эксперт Центра АСЕАН МГИМО МИД России Илья Дьячков, доцент кафедры востоковедения, научный сотрудник Центра комплексного китаеведения и региональных проектов МГИМО МИД России Анна Киреева, старший научный сотрудник Центра российской стратегии в Азии Института экономики РАН Ирина Коргун, старший научный сотрудник Центра корейских исследований ИДВ РАН Людмила Захарова, научный сотрудник Центра Азии и АТР Российского института стратегических исследований (РИСИ) Роман Лобов.

Тезисы дискуссии

Глеб Ивашенцов

Наш круглый стол посвящен 30-летию установления дипломатических отношений с Республикой Корея. Это близкий сосед России, с которым нашу страну объединяют самые широкие связи. Добрососедство с Республикой Корея важно России прежде всего в плане оздоровления обстановки на Корейском полуострове. Республика находится в военном союзе с Соединенными Штатами и располагает немалой собственной военной мощью.

Но задача не только в обеспечении безопасности в Северо-Восточной Азии. Республика Корея – высокоразвитое государство с немалым потенциалом и ценна для России как торгово-экономический и научно-технический партнер.

Как и в нашем случае в отношении Южной Кореи, заинтересованность южнокорейцев в России имеет как политическую, так и экономическую основу. Что касается политической стороны, то, не скроем, Сеул в первую очередь ставит целью лишить Пхеньян любой поддержки Москвы. Во-вторых, Россия важна для Южной Кореи в Северо-Восточной Азии как своего рода противовес Китаю и Японии.

В экономическом плане для Южной Кореи, практически лишенной минеральных и иных сырьевых ресурсов, крайне привлекательно участие в разработке природных богатств Сибири и Дальнего Востока России. Одновременно наша страна представляет перспективный рынок для сбыта южнокорейской промышленной продукции.

Южнокорейцы также готовы к сотрудничеству с Россией в тех областях, где российские технологии продолжают оставаться на высоком международном уровне, в частности в освоении космоса и атомной энергетике. Свидетельства этому: привлечение Роскосмоса к сооружению Национального космического центра Республики Корея «Наро», совместный полет российских космонавтов с южнокорейской астронавткой на российском космическом корабле в апреле 2008 г., запуск российско-южнокорейской ракеты-носителя KSLV-1 в феврале 2013 г., импорт российского урана для атомных электростанций Южной Кореи, за счет которого удовлетворяется более трети соответствующих потребностей страны, закупка российских вертолетов и отдельных видов вооружений и боевой техники.

Вместе с тем, что касается движения к российско-южнокорейскому стратегическому партнерству, о котором часто говорят южнокорейцы, речь должна идти не только о сотрудничестве по вопросам Корейского полуострова или двусторонних коммерческих контрактах. Необходимо практическое взаимодействие в делах региональных и глобальных. Однако если взять, к примеру, голосование по нескольким десяткам последних резолюций Совета Безопасности ООН, то северокорейцы были солидарны с нами примерно в половине случаев, а южнокорейцы – лишь в двух-трех. По сути, выходит, что по важнейшим международным проблемам Россия и Южная Корея выступают с разных позиций.

За тридцать лет дипломатических отношений в сотрудничестве России и Республики Корея создано немало весомых заделов. Но остается еще и немало неиспользованных возможностей. Уверен, что участники сегодняшнего круглого стола – а за этим столом собрались крупные российские специалисты-кореисты – смогут дать конкретные ценные рекомендации по дальнейшему строительству российско-южнокорейского взаимодействия.

Светлана Суслина

  • Официальная оценка 30-летнего сотрудничества России и Южной Кореи была представлена в интервью С. Лаврова южнокорейскому информационному агентству «Ёнхап» от 29 сентября 2020 г. По мнению министра, страны, начав почти с нуля, накопили значительный опыт взаимодействия в различных отраслях: политической, торгово-экономической, научно-технологической, гуманитарной. Сегодня Сеул действительно является одним из ключевых партнеров для Москвы. За годы сотрудничества было подписано свыше 50 договоров, корейские предприятия начали работать в России.

  • Тем не менее можно говорить о некотором снижении количественных показателей сотрудничества. Из-за пандемии COVID-19 в первом полугодии 2020 г. РК опустилась с 6 на 8 место среди торговых партнеров России, и едва ли можно ожидать расширения объема товарооборота до запланированных 30 млрд долл. к концу года.

  • На сокращение товарооборота с 2014 г. оказали влияние не только санкции, но и падение цен на энергоносители, а также общее сокращение покупательной способности российского населения, но проблема сегодня заключается даже не в текущей конъюнктуре, а в том, что за 30 лет качественный скачок так и не был совершен.

  • Динамика инвестиционного сотрудничества также невысока. За 30 лет в российскую экономику удалось привлечь лишь 3,5 млрд долл. южнокорейских инвестиций. Отмечается также невысокая интенсивность взаимодействия по проектам, реализуемым на Дальнем Востоке. Более того, наблюдается отток южнокорейского капитала из российских регионов, хотя с российской стороны формируется преференциальный инвестиционный режим в рамках различных ТОР и Свободного порта Владивосток, где иностранные инвесторы получают одни из наиболее выгодных условий в АТР.

  • Для построения модели экономического сотрудничества России и Республики Корея, а также оценки ее эффективности необходимо ответить на несколько вопросов. Почему не удается реализовать заложенный в двусторонних отношениях потенциал? В каких областях складывается или не складывается экономическое сотрудничество? По чьей вине это происходит? Существуют ли подобные проблемы в отношениях России с другими государствами и как они решаются? Возможно, ответ кроется на направлениях, по которым Россия традиционно отстает. Это, например, устаревшая и неадекватная современным реалиям структура товарооборота. Но есть и более широкая проблема: недостаточная инвестиционная привлекательность делового климата в России и ограниченная научная кооперация с южнокорейскими партнерами.

  • Представляется, что экономические факторы играют подчиненную роль при принятии решений южнокорейским руководством, а определяющее значение имеет политическая целесообразность. В своем выступлении в ходе XIII Евразийского экономического форума 22 октября 2020 г. министр промышленности и торговли РФ Д. Мантуров заявил, что Россия сегодня готова к выстраиванию взаимодействия с различными партнерами в целях глобального переформатирования цепочек поставок и кооперационных связей, развития экспорта товаров с высокой добавленной стоимостью. Представляется, что это направление является перспективным и в отношении сотрудничества с Республикой Корея.

  • К позитивным тенденциям можно отнести налаживание сотрудничества в области медицины, в частности договоренности о производстве российской вакцины против COVID-19 корейской компанией GL Rapha. Сфера в принципе является перспективной, так как Южная Корея заинтересована в фундаментальных российских разработках в этой области.

Виктория Самсонова

  • COVID-19 сегодня оказывает влияние не только на внешнеторговые связи, но и на внутреннюю ситуацию в России и Южной Корее. В РК впервые за 20 лет зафиксирован отрицательный рост ВВП, падает производство основных экспортных позиций страны: полупроводников, автомобилей, продукции судостроительной отрасли.

  • В условиях ограничений все деловые контакты были переведены в онлайн-формат, который не представляется оптимальным для ведения бизнеса. Подписание договоров и проведение встреч, форумов были отложены на неопределенный срок.

  • При этом стоит отметить, что товарооборот между Россией и Республикой Корея сокращался и до пандемии, например, в 2014-2015 гг. произошло резкое падение показателей из-за политической составляющей: хотя Сеул официально не присоединился к санкциям против Москвы, ему приходится прислушиваться к своим политическим союзникам.

  • С 2008 г. ведутся переговоры о создании зоны свободной торговли (ЗСТ). Негативные тренды наблюдались и до 2013 г. в связи с внутренними проблемами экономики России. Возможные выгоды РФ от участия в ЗСТ неоднозначны. Важно отметить, что юридически соглашение о ЗСТ сегодня может быть подписано только в формате ЕАЭС–Южная Корея, потому что в рамках ЕАЭС существует единая экономическая зона.

  • 2014 г. был переломным для двусторонней торговли, но ее резкое сокращение связано не только с политическими факторами, но и с завершением Олимпиады в Сочи. До этого закупки для строительства олимпийских объектов, в том числе в Южной Корее, вносили вклад в наращивание экономического взаимодействия.

  • Интерес к сотрудничеству с Россией в Южной Корее не растет и потому, что в российские налоги для бизнеса, стоимость аренды и трудовых ресурсов оцениваются как высокие.

  • Недостаточно и участие южнокорейских финансовых институтов в налаживании экономических связей с Россией: кредитование российских компаний в банках Южной Кореи носит единичный характер.

  • В ходе пандемии открылись новые перспективные направления сотрудничества, в частности фармацевтика, медицина и производство соответствующей аппаратуры.
  • Еще одним позитивным моментом является то, что южнокорейские компании не уходят с внутреннего рынка России, поскольку на фоне общего падения продаж за рубежом спрос российских потребителей на их товары сохраняется. Пищевая промышленность даже увеличила объемы продаж в карантин. Расширяется деятельность в России таких компаний, как Lotte, Hyundai и др.

  • Активно развиваются на российском рынке корейские косметические компании, но уровень конкуренции настолько высок, что выход на этот рынок новых игроков сегодня затруднен.

Александр Жебин

  • В последние годы руководство Республики Корея пытается убедить Россию в том, что препятствием развития экономических отношений является КНДР. Однако если провести параллель с объединением Германии, где после объединения лишь укрепилось американское влияние, что мы сегодня можем наблюдать на примере «Северного Потока – 2», можно допустить, что с объединенной Кореей произойдет то же самое. Страна может быть привязана к американскому рынку, в том числе в энергетической сфере за счет поставок сжиженного природного газа.

Александр Воронцов

  • При анализе российско-южнокорейского взаимодействия необходимо обращать внимание на успешные примеры сотрудничества. Для укрепления связей важно распространять информацию об «историях успеха».

Ирина Коргун

  • Сегодня несколько сменился тон в оценке реалий экономического сотрудничества России и Южной Кореи. Если в 2000-е гг. была некая эйфория относительно будущих инвестиций, то сейчас распространен более реалистичный подход, фиксирующий наличие проблем с обеих сторон.

  • При анализе инвестиций РК в Россию необходимо учитывать более широкий фактор стратегии корейских компаний в мире в целом. Представляется, что направление государственного интереса определяет интерес большого бизнеса, и наличие последнего приводит, например, к переговорам о создании ЗСТ. Это подтверждается кейсами Китая, Вьетнама и сотрудничества с Россией в период подготовки к Олимпиаде в Сочи.

  • Не стоит забывать, что экономические отношения – улица с двусторонним движением. Инвестиции увеличиваются тогда, когда они взаимонаправленные. Пик же российских инвестиций в Южную Корею пришелся на 2008–2009 гг. и составил 8 млн долл. Для сравнения, корейские инвестиции в Россию в тот же период составили 420 млн долл. Необходим более детальный анализ стратегий российского бизнеса на южнокорейском направлении.

Людмила Захарова

  • Существуют некоторые диспропорции между стремлениями центра и регионов в России. При том, что Москва декларирует интерес к развитию Дальнего Востока за счет, в том числе, южнокорейских инвестиций, местные власти далеко не всегда готовы предоставить необходимые для этого условия. Это касается как предоставления земли, так и заключения собственно инвестиционных соглашений.

Илья Дьячков

  • Россия всегда подчеркивает дружественный характер политических отношений с Республикой Корея, но сложно отрицать, что они зависят от внешних факторов. В особенности это касается политики США, которая вряд ли изменится при Дж. Байдене. При этом в Южной Корее в то время как левоцентристы декларируют заинтересованность в сотрудничестве с Россией, консерваторы склонны придерживаться традиционных союзов. Нынешний лидер Республики Мун Чжэ Ин заявлял о том, что нацелен совершить прорыв в отношениях с Россией, но пока все ограничилось протокольными высказываниями.

  • Мягкая сила пока реализуется на односторонней основе: корейская массовая культура популярна в России, и имеет смысл задуматься, какие продукты мы можем поставлять в ответ. Потенциально перспективным направлением могла бы стать детская мультипликация.

Видео


(Голосов: 2, Рейтинг: 5)
 (2 голоса)

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся