Блог экспертов РГГУ

Александр Гущин: Приднестровье – между Россией и ЕС

11 Декабря 2014
Распечатать

Украинский кризис и резкое обострение отношений между Россией и Западом оказали огромное  влияние на все постсоветское пространство. Крымский вопрос и война на Юго-Востоке Украины стали индикаторами противостояния не только на самой Украине, но и в целом ряде других проблемных зон постсоветского пространства. Молдова и Приднестровье, безусловно, представляют собой именно такой регион геополитического противоборства.

 

События на Украине обнажили всю геополитическую уязвимость Приднестровья, которое оказалась зажатым между враждебной Москве Украиной и бывшей материнской республикой Молдовой, взявшей курс в сторону Европы. В этих условиях сохранение де-факто государственности Приднестровской Молдавской республики возможно только в случае переориентации на ЕАЭС и более тесное сотрудничество с Россией, но реализация этого плана несет  много проблем. Более   75 процентов экспорта Приднестровья идет не на страны Таможенного Союза, а в основном на Молдову и ЕС,  кроме того, приднестровские товары до конца 2015 г. пользуются автономными торговыми преференциями со стороны ЕС. По подсчетам приднестровских властей, создание ЗСТ между Молдавией и ЕС способно критически ухудшить экономическое положение Приднестровья. Отмена  торговых преференций также нанесет серьезный удар по и без того слабой приднестровской экономике. 

 

С одной стороны это во многом актуализирует необходимость переориентации Приднестровья на ЕАЭС и Россию -  подписание Молдовой евроассоциации уже привело к более тесному сотрудничеству между ПМР и Москвой - заключен целый ряд межведомственных соглашений. Однако объективные обстоятельства, в которых находится Москва, ставят под вопрос возможность реальной евразийской интеграции Приднестровья. В этом контексте возникает  вопрос, который можно поставить и  применительно ко многим другим аспектам политики России - а что мешало раньше идти по  пути системных инвестиций в ПМР, а не простой закачки денег и что мешало выстраивать интеграционную политику более комплексно, реализуя масштабную программу интеграции региона, с учетом специфики его географического положения?

 

Сейчас, когда Украина практически полностью и видимо надолго выпала из сферы влияния России, есть риск, что евразийская риторика приднестровских властей останется риторикой, а реальное положение вещей вынудит ПМР и саму Россию искать компромиссные пути на основе политико-экономических договоренностей в рамках которых ЕС и Кишинев получат преимущества не только в экономическом, но и политическом плане.

 

2014 г. подтвердил, что молдавское общество серьезно расколото, примерно половина на половину, с точки зрения европейского и российского цивилизационного выбора. Прошедшие выборы в парламент Молдовы, состоявшиеся 30 ноября, наглядно показали это. Они стали тактической победой Москвы, ведь Партия социалистов Республики Молдова  - политическая сила, на которую ориентировалась Москва, получила более 20 процентов голосов избирателей и формально стала победителем. Кроме того, вновь обнаружилось  разделение по географическому принципу – север и юго-восток голосовали за социалистов, в то время как центр за партии национал-демократической ориентации и унионистов. Сама предвыборная компания показала, что ради достижения своих целей проевропейские политики и их патроны готовы использовать весь арсенал средств, таких как снятие с выборов, обыски и задержания, грязные информационные компании. Однако результат, полученный на выборах, в стратегическом плане свидетельствует о продолжении курса на евроинтеграцию Молдавии с одной стороны, и  окончательное  превращение партии коммунистов в силу, обслуживающую эту политику, с другой. При этом общий европейский вектор ориентации Молдовы не изменится вне зависимости от того, какой будет парламентская коалиция.

 

В этих условиях следует констатировать, что ориентация России на сохранение статус-кво в нынешнем виде уже не работает на Приднестровье. В условиях санкций Запада, необходимости осуществления масштабных инфраструктурных проектов в Крыму, построение инвестиционной и интеграционной политики в отношении Приднестровья остается проблематичным, тем более, что у России подобного эффективного опыта практически  нет. Экономическая модель Приднестровья, которая нуждалась в коренном реформировании с большим участием в этом процессе России, с одной стороны, показала живучесть, ценой примитивизации  народного хозяйства и снижения жизненного уровня населения, а с другой, все больше объективно попадала в зависимость от Молдовы и ЕС. Россия же опоздала с реформированием своего участия в Приднестровье в экономическом плане и никакие объективные обстоятельства оправданием здесь служить не могут. Негативную роль для Приднестровья играет и вероятно окончательный отказ от большого новороссийского проекта.

 

В этих условиях,  есть три  пути. Первый – Россия попытается  активизировать движение национальных меньшинств в Молдове (гагаузы, болгары) и будет стремиться  изменить ситуацию таким образом, чтобы сепаратистские движения привели Молдову к отрыву от Европы возможно даже через распад. При этом вероятно эти движения могут затронуть Одесскую область и быть увязаны в единое русло с аналогичным сепаратистским трендом на юге Украины (идея Бессарабской Народной Республики). Это конфронтационный сценарий, который пока представляется маловероятным, главным образом, потому что связан с необходимостью силового обеспечения процесса со стороны России, и с объективными экономическими показателями – например, более половины экспорта продукции из Гагаузии приходится на государства Европейского союза, в то время как на Россию — лишь 8,5%.

 

Второй вариант - более мягкий – постепенное содействие интеграции Приднестровья на основах широкой автономии с Молдовой,  обеспечение влияния Приднестровья на внешнеполитическую линию Молдовы, обеспечение договоренности с ЕС о независимости Молдовы от Румынии, сохранение Молдовой нейтралитета, а также сохранение позиций нынешней приднестровской элиты в рамках будущей мягкой федерации.

 

Реализация такого варианта позволит Москве одновременно оказать  большее влияние на внутриполитическую жизнь Молдовы, но в то же время тесно увязана с проблемами между Россией и Западом на других направлениях. Она может быть реализована только в рамках общего вектора на налаживание диалога между ЕС и Россией  с учетом признания Западом  особого места России на постсоветском пространстве. В противном случае кризис доверия, который сегодня является главным негативным фактором в треугольнике Москва-Брюссель-Вашингтон, по-прежнему будет оставаться доминантой и приднестровская проблема останется одним из элементов этого кризиса.

 

Третий вариант возможного развития событий – сохранение статус-кво, который имел свои позитивные стороны – обеспечивая мир и баланс в регионе. С другой стороны со временем без укрепления российского экономического влияния в Приднестровье и при сохранении негативной позиции Украины по отношению к ПМР, Приднестровье все равно вынужденно будет дрейфовать с сторону договоренностей с ЕС и Кишиневым а этническая и ментальная близость Приднестровья к России могут быть принесены в жертву сложившимся экономическим и геополитическим условиям.

 

Старение население, отъезд из республики людей трудоспособного возраста, изношенность фондов, транспортная зависимость от Молдовы, общий  кризис транспортной инфраструктуры, безусловно, все более будут сказываться на развитии Приднестровья.  Вместе с тем, участие в экономических проектах с ЕС и Молдовой окажут серьезное влияние на политическую проблематику, создадут условия для размыва государственности, что для приднестровской элиты пока неприемлемо. В нынешних условиях, она, очевидно, будет стремиться максимально увеличить свою интегрированность с Россией и Таможенным союзом. В этом контексте, от позиции Москвы зависит сейчас многое – ведь вектор Приднестровья в сторону ЕАЭС может быть реализован только при серьезном инвестиционном участии России и вложениях в реальный сектор. ПМР же на данном этапе постарается все более активно осуществлять сближение с Россией и странами Таможенного Союза, используя свои весьма ограниченные экономический потенциал и лоббисткий ресурс в Москве.

 

 

Александр Гущин, к.и.н., доцент, заместитель заведующего кафедрой стран постсоветского зарубежья Российского государственного гуманитарного университета.

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся