Блог Леонида Цуканова

Исламское государство*: битва за Мозамбик

7 Октября 2020
Распечатать

На фоне череды болезненных поражений террористических группировок в странах Ближнего Востока акцент борьбы все сильнее смещается в Африку. Центром борьбы в данном случае становится Мозамбик — бедная африканская страна, в которой вот уже несколько лет идет планомерное укрепление влияния радикалов от Ислама. Недооценка ситуации в этой стране может в конечном итоге привести к перерождению Халифата Исламского Государства (далее — ИГИЛ / ИГ, организация запрещена в РФ) в новой, более агрессивной и живучей форме.

1.jpg

Фото: Cpl. Cullen J. Tiernan

Рожденные в Кабу-Делгаду

Появлению «спящих» ячеек в Мозамбике в первой половине 2010-х гг. предшествовала интенсивная пропагандистская обработка: эмиссары радикальных организаций в течение трех лет интенсивно «забрасывали» страну дисками с выступлениями исламистских радикалов (в частности, Абуда Рого), а также организовывали собственные проповеди с помощью радиостанций. Как правило, вещание велось из провинции Мтвара (Танзания), в лесных массивах которой радикалы от ислама закрепились довольно давно. Основной целью пропагандистов была провинция Кабу-Делгаду — в ней процент мусульман существенно выше, а население, ввиду череды социальных факторов, особенно уязвимо к вербовке. Наравне с этим эмиссары рассматривали возможность распространения своего влияния и на соседнюю провинцию Ньяса с целью создания «серой зоны» на границе между Танзанией и Мозамбиком. Ставка в данном случае делалась на представителей народа яо (этническая группа банту, составляющая основу населения провинции) исповедующих ислам суннитского толка, однако, ввиду того, что верования народа яо были далеки от ортодоксальных норм, эта затея в конечном итоге провалилась.

Тем не менее, воздействие на Кабу-Делгаду оказалось успешным: к концу 2014 г. здесь образовалась радикальная исламистская секта «Ансар ас-Сунна» («Сторонники сунны»), сторонники которой быстро вышли на связь с руководством международных террористических группировок. Деятельность «Ансар ас-Сунна» (организация запрещена в РФ) благословил, в частности, глава военного совета ИГИЛ Абу Аля аль-Афри.

К активным действиям радикалы от ислама перешли в октябре 2017 г.: тогда вооруженная и неплохо обученная группировка исламистов атаковала полицейские участки в городе Мосимбоа-да-Прая (провинция Кабу-Делгаду). В результате атаки пострадали 17 человек, а также было украдено несколько десятков единиц огнестрельного оружия. Впоследствии представители национальных правоохранительных органов заявили, что действиями налетчиков могли руководить кураторы из числа сторонников ИГ, однако руководство страны предпочло не объявлять в провинции режим КТО.

Следующие два года разрозненные группировки мозамбикских радикалов, формально связанные с ИГ, совершали редкие налеты на населенные пункты, а также развивали морские и сухопутные контрабандные маршруты, служившие основным источником доходов. Параллельно с этим велась активная пропагандистская и вербовочная работа: на территории провинции Кабу-Делгаду было создано, в общей сложности, три десятка крупных ячеек, а также сеть подпольных мечетей. Кроме того, за этот период был организован «обмен кадрами»: подготовку в тренировочных лагерях «Исламского государства» прошли не менее 300 мозамбикцев, впоследствии занявшие инструкторские должности в ударных отрядах.

Окончательный «выход из тени» произошел в июне 2019 г., когда боевики атаковали деревню Метубе, убив 16 местных жителей. В этот же день на подконтрольных ИГИЛ медиаресурсах появились сообщения о том, что данное нападение совершено их сторонниками и в дальнейшем подобные налеты будут повторяться все чаще. Считается, что с этого момента Ансар ас-Сунна официально стала частью глобальной сети группировки.

Как итог, начиная с 2017 г., провинция Кабу-Делгаду, фактически, стала превращаться в серую зону, где неуклонно растет влияние отдельных радикальных богословов и полевых командиров, присягнувших ИГИЛ, а местные правоохранительные органы вынуждены, фактически, работать на осадном положении.

Особенности тактики ИГ в Мозамбике

В целом, схема действий эмиссаров ИГИЛ в Мозамбике не слишком отличалась от тактики в других странах мусульманской Африки. Их работа строится преимущественно на использовании традиционных инструментов и площадок (прежде всего, мечетей и медресе), в то время как интернет-пропаганде уделяется меньшее внимание. Как правило, интернет-ресурсы использовались исключительно для распространения приглашений на проповеди и рассылки важной информации. С другой стороны, нашлось место и цифровым технологиям. В частности, «визитной карточкой» мозамбикского сценария стало широкое использование CD и DVD-дисков с записями проповедей радикальных богословов, а также агитационных материалов ИГИЛ. Своего рода «услугу» боевикам оказали местные видеопираты, ускорившие штамповку и распространение дисков с запрещенными материалами: по подсчетам правоохранителей, только за первый год было распространено более 1.5 млн. копий.

В «теневой» период деятельности боевики ИГИЛ на севере Мозамбика широко использовали тактику «булавочных уколов»: устраивали диверсии, осуществляли рейды и налеты на деревни, а при нападениях на более крупные населенные пункты, как правило, предварительно блокировали подъездные дороги, а также расставляли ложные блокпосты. В свою очередь, труднопроходимая местность, покрытая густыми лесами, давала боевикам существенные тактические преимущества перед подразделениями регулярной армии. Кроме того, имеющийся выход к Индийскому океану позволил радикалам быстро наладить каналы снабжения оружием, медикаментами и добровольцами из соседних стран.

Серьезным подспорьем для дальнейшего распространения влияния радикалов на население стала «система ссуд», введенная ими в конце 2018 г. В соответствии с правилами, любой житель провинции имел право получить от представителей группировки серьезную сумму, которую в дальнейшем можно было инвестировать в любую отрасль хозяйства. Взамен от заемщиков требовалось сохранять лояльное отношение к боевикам, а также быть готовыми, в случае необходимости, передать свое имущество на нужды группировки. В некоторых случаях местные жители также играли роль осведомителей и должны были предупреждать полевых командиров о приближающихся правительственных отрядах. Учитывая, что 16.5 млн. мозамбикцев (порядка 57% от общего населения страны) живут крайне бедно, для многих подобная «забота» стала решающим аргументом.

Текущее состояние фронта

С началом активных боев в Кабу-Делгаду джихадисты постепенно стали расширять поле своего присутствия и осуществлять более дерзкие вылазки. Например, в апреле 2020 г. они провели наступление по широкому фронту на севере страны, уничтожив несколько армейских складов, а также организовав серию налетов на режимные объекты. В результате нападения было убито и ранено, по меньшей мере, 80 солдат регулярной мозамбикской армии и четыре десятка ополченцев. Потери террористов точно неизвестны, однако, по заявлениям правоохранителей, составили не менее 30 человек.

Болезненным поражением для правительственных сил стала потеря в начале августа 2020 г. портового города Мочиомба-де-Прайя, при взятии которого боевики активно применяли подразделения ингимаси (террористический спецназ). А уже месяц спустя, в середине сентября 2020 г., крупный отряд джихадистов захватил частный остров Вамизи (архипелаг Квиримбас), расположенный у побережья Мозамбика. Боевики изгнали местных жителей, разграбили виллы, а сам остров превратили в перевалочную базу для своих нужд. Как итог, к концу сентября 2020 г. в зоне контроля радикалов (прямого или косвенного) оказалось до 45% территорий провинции Кабу-Делгаду. Высокая активность наблюдается вдоль всего побережья (города Пальма, Китеражо, Пемба), в приграничной зоне (Нангаде), а также в глубине территорий провинции (города Макомия, Мюидумбе, Анквабе, Мелуко и др.).

Отдельно следует упомянуть качественный рост материально-технического оснащения группировки. Если на первых этапах мозамбикские боевики были вооружены преимущественно холодным оружием, то к середине 2020 г. в их распоряжении оказалось достаточное количество огнестрельного оружия, инженерных боеприпасов и некоторое количество трофейной техники. Кроме того, на вооружении мозамбикского вилайата стоит несколько десятков пикапов с пулеметами и два гантрака (бронированных вооруженных грузовика) — техника, пожертвованная местным населением. Отмечается также, что группировка имеет свою небольшую боевую флотилию из пяти катеров и нескольких моторных лодок, однако они используются преимущественно для сопровождения кораблей с контрабандой и до этого не были задействованы в боях с мозамбикской армией.

Перспективы развития ситуации

По подсчетам мозамбикских силовиков, текущая численность группировки, действующей в Кабу-Делгаду, составляет примерно 1.5 тыс. человек с учетом добровольцев из соседних стран и примкнувших к ним после сдачи Мочиомба-де-Прайя дезертиров. Однако есть основания полагать, что данная цифра занижена и не отражает реальное положение дел. Учитывая, что боевики по-прежнему активно обрабатывают местное население, а также расширяют «коридоры переброски» единомышленников из других африканских стран, численность группировки на деле должна составить не менее 3 тыс. человек, не считая осведомителей, проповедников и эмиссаров.

Растущее влияние джихадистов в Кабу-Делгаду чревато дальнейшим распространением их идеологии на соседние провинции (под удар попадают, в частности, Замбезия и Нампула). Учитывая, что спящие ячейки сыграли не последнюю роль в захвате стратегических точек, игнорирование этого фактора может привести к ухудшению оперативной обстановки и получению боевиками контроля над важными месторождениями. Дополнительную проблему создает и позиция властей. Правительство в Мапуто продолжает настаивать на том, что происходящее на севере страны не является антитеррористической операцией, а потому задействует в борьбе лишь ограниченные силы. В частности, запрещено использовать авиацию (исключение — заброска боеприпасов в Мочиомба-де-Прайя) и скоростные катера, а также бросать в бой подразделения, превышающие по численности дивизию. Вместо этого упор делается на «точечное использование» иностранных ЧВК, которые, впрочем, пока не смогли переломить обстановку.

Ухудшение обстановки в Мозамбике, в свою очередь, несет угрозу безопасности других стран. Под удар попадает, прежде всего, ЮАР, которая имеет с Мозамбиком довольно длинную сухопутную границу, а также служит конечным пунктом доставки контрабанды и наркотиков. Однако нетрудно предположить, что данная проблема актуальна для всего Сообщества развития Юга Африки (САДК) — сходный с Мозамбиком сценарий с разной степенью интенсивности развивается в Мали, Чаде, Буркина-Фасо, Бенине, Нигере и Камеруне, что становится серьезным вызовом в сфере безопасности для объединения. Формирование «Мозамбикского вилайата» (даже если тот останется в границах Кабу-Делгаду и не перекинется на другие территории) грозит «перерождением» исламистского халифата с последующим распространением радикальных идей в соседние страны. Важно учесть, что большинство государств-соседей Мозамбика имеют сходные проблемы (высокий уровень безработицы, инфляция, растущее недовольство и пр.), расширение сферы влияния ИГИЛ будет носить более масштабный характер, нежели это было ранее в Сирии и Ираке.

* Террористическая организация, запрещена в РФ

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся