Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 5)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
Татьяна Канунникова

Выпускница факультета журналистики МГИМО МИД России, экономический обозреватель

Митчелл Белфер

Президент Информационного центра стран Европы и Персидского залива

Митчелл Белфер является основателем и президентом Информационного центра стран Европы и Персидского залива. Эта организация, расположенная в Риме, занимается налаживанием политических и экономических отношений между европейскими странами и государствами Персидского залива. М. Белфер также является старшим преподавателем международных отношений, проблем терроризма и безопасности в Метропольном университете Праги и главным редактором Центрально-Европейского журнала исследований в области международных отношений и безопасности. Кроме того, наряду с членством в других редакционных, исследовательских и научных советах, Митчелл Белфер входит в состав Руководящего комитета Глобального института технологий кибербезопасности.

Митчелл Белфер является основателем и президентом Информационного центра стран Европы и Персидского залива. Эта организация, расположенная в Риме, занимается налаживанием политических и экономических отношений между европейскими странами и государствами Персидского залива. М. Белфер также является старшим преподавателем международных отношений, проблем терроризма и безопасности в Метропольном университете Праги и главным редактором Центрально-Европейского журнала исследований в области международных отношений и безопасности. Кроме того, наряду с членством в других редакционных, исследовательских и научных советах, Митчелл Белфер входит в состав Руководящего комитета Глобального института технологий кибербезопасности.

Какова миссия Информационного центра стран Европы и Персидского залива и для чего была создана эта организация?

После 10 лет работы в академической науке я возглавил факультет международных отношений в Метропольном университете Праги, где увидел определенный научный пробел. Не очень много работы было сделано с точки зрения вовлечения в диалог и попыток создать более эффективные механизмы взаимопонимания между группами гражданского общества и учеными стран Персидского залива и Европы. И самое главное, существовал разрыв между представителями власти и специалистами-практиками.

Конечно, в Европе действуют национальные институты, которые занимаются изучением Ближнего Востока и наоборот. Тем не менее я решил, что есть серьезная необходимость в создании информационного центра, который будет выполнять аналитическую работу. Центр был открыт в 2015 г.

С тех пор мы провели целый ряд мероприятий: мы провели мероприятия в Брюсселе, Лондоне, Париже, Праге и, конечно, Риме. Мы помогли Европейскому парламенту с точки зрения понимания различных военизированных группировок — от ИГ (террористическая организация, запрещенная в России) до Хезболлы. Проделали совместную работу с ключевыми лидерами в Европе и на Ближнем Востоке с целью установления контактов между ними. На этой неделе мы переключимся на несколько другую область — расширение прав и возможностей женщин в Европе.

Какие государства Персидского залива считаются ключевыми партнерами ЕС и почему?

Политика государств Европы и Персидского залива в области безопасности разнообразна. У ЕС сформировались особые отношения с Советом сотрудничества стран Персидского залива. Они ведут работу над соглашением о свободной торговле около 18 лет, и она все еще не завершена. Тем не менее связи государств двух регионов довольно развиты.

Европа все активнее взаимодействует с Саудовской Аравией в вопросах безопасности, по ряду экономических проектов, религиозных вопросов, а также в области развития инфраструктуры. Я думаю, что в предстоящие годы Саудовская Аравия будет играть гораздо более важную роль в европейской политике.

Бахрейн — небольшое островное государство, тем не менее оно также представляет важность в стратегическом плане. Великобритания разместила там свою военно-морскую базу и Соединенные Штаты, которые во многом объединяют всю Европу, особенно под эгидой НАТО, также располагают военным объектом в Бахрейне. Кроме того, эта страна заслужила репутацию самой толерантной и открытой в регионе.

Кувейт — еще один пример довольно тесного партнерства с ЕС. Новое представительство в этом государстве — тому доказательство. ОАЭ выступает союзником почти всех стран Евросоюза.

Саудовская Аравия обвинила Катар в поддержке терроризма. Обоснованы ли эти заявления? Как вы оцениваете усилия катарского правительства в сфере противодействия финансированию терроризма?

Катар — крупный финансовый спонсор движения «Братьев-мусульман» (террористическая организация, запрещенная в России), некоторые ячейки которого выступают в защиту всевозможных радикальных группировок, например, ИГ. Катар не выписывает чеки непосредственно «Исламскому государству», а направляет их представителям «Братьев-мусульман», которые по своей идеологии и стратегии соответствуют ИГ и другим радикалам. Стоит отметить, что пару лет назад Катар заплатил миллиард долларов наличными исламским радикальным группировкам в Ираке за освобождение членов королевской семьи, которые были взяты в заложники при весьма странных обстоятельствах.

Я считаю, что Катар должен стать более ответственным. В прошлом году он предпринял попытки сократить финансирование группировок, связанных с терроризмом. Это не работает на все сто процентов. В правительстве этой страны все еще есть те, кто поддерживают эти группировки и даже не считают их террористическими. Это, наверное, самая большая проблема. У Саудовской Аравии тоже есть проблемы, но она становится страной, которая бросает вызов радикальным военизированным группировкам. Кроме того, за последние 6–7 лет Катар начал очень тесно сотрудничать с Ираном, в то время как между Эр-Риядом и Тегераном установились враждебные отношения. Иран ответственен за создание значительной нестабильности в Саудовской Аравии и Персидском заливе в целом. В странах Персидского залива сомневаются в лояльности Катара из-за его отношений с Ираном.

Как Катар справляется с бойкотом?

Плохо справляется. В то время как другие государства Персидского залива активно сотрудничают друг с другом в общих интересах, Катару приходится больше импортировать из Турции и Ирана, от которых он становится зависимым. И из этой зависимости у катарцев практически не возможности вырваться. Турция имеет на территории Катара военную базу, и у последнего остается все меньше шансов попросить ее уйти. Анкара стремится дислоцировать в этом государстве все больше солдат. Она остановится тогда, когда турецкий контингент будет составлять половину постоянных вооруженных сил Катара. Это очень много.

The New York Times сообщило об имеющейся тайной записи телефонного разговора, из которого якобы следует, что катарцы могли стоять за майскими терактами в Сомали. Какие интересы у Дохи в Африке?

Все страны Персидского залива имеют свои интересы в Африке. Прежде всего им интересны ресурсы континента. Арабские государства нуждаются в импорте продовольствия и воды. У Саудовской Аравии есть свой сельскохозяйственный сектор, но им все равно приходится импортировать много продовольствия. С учетом тех обстоятельств, что у всех этих стран есть свои стратегические интересы в Африке, между ними может возникать своего рода конкуренция. И это касается не только стран Персидского залива, но и Китая. По сути, все смотрят на Африканский континент как на новую большую конкурентную игру. Что касается конкретной записи и предположений, я не буду в это углубляться. Это не на 100% надежная информация. Но я вижу, что такие вещи происходят, я имею в виду, отношения между такого рода группировками и такими странами, как Катар.

Недавно правительство Саудовской Аравии объявило, что женщинам будут предоставлены новые права. В частности, саудовские женщины смогут путешествовать самостоятельно. Как Вы оцениваете эти нововведения? Действительно ли это шаг к большей свободе для женщин в этой арабской стране?

На протяжении последнего десятилетия каждый раз, как кто-то приезжает в Саудовскую Аравию, он видит другую страну. Это не только связано с Программой 2030. Молодое население выдвигает требования своему правительству. Некоторые из этих требований касаются роли женщин, другие — изменения роли религии в обществе. И Саудовская Аравия развивает свои собственные национальные интересы, а не следует панарабизму или панисламизму. Ее национальные интересы связаны с повышением терпимости и модернизацией в социальной, политической и экономической сферах.

Поэтому здесь речь идет не только о том, что женщины могут водить машину и свободно путешествовать, но и о том, что женщины могут вносить свой вклад в развитие своей страны. Более 300 тыс. саудовцев — мужчин и женщин — ежегодно покидают Королевство, чтобы учиться за границей. Они едут в Лондон, Париж и Нью-Йорк. И они возвращаются с идеями о том, как они могут сформировать свое общество. Все хотят видеть, как развивается страна. Целое поколение трансформирует страну навсегда и женщины стоят в авангарде этих перемен. Есть такое учреждение смешанного типа — MISK, которое состоит из молодых мужчин и женщин. Это инновационный центр с проектами по всему Королевству. Его возглавляют молодые женщины, которые имеют жизненно важное значение для будущего страны, и они знают, что их миссия связана не только с этим центром, но и со страной в целом и ролью женщин в ней.

Расскажите о своей монографии «Малое государство, опасный регион: стратегическая оценка Бахрейна».

Бахрейн — это очень хороший пример того, как маленькая страна выживает в очень сложной стратегической обстановке. Говоря о Персидском заливе, вы думаете о региональных державах, таких как Ирак, Иран, Саудовская Аравия, а также о глобальных игроках — США, Великобритании, России. Я решил взглянуть на Бахрейн, на самое маленькое государство в регионе, которое занимает менее тысячи квадратных километров. Для мня было важно ответить на вопрос, как Бахрейн смог выжить в окружении таких крупных сил. А ответ простой — умные руководители, сильные гражданские и функциональные альянсы.

Недавняя видеозапись с лидером ИГ Абу Бакром аль-Багдади вызвала обеспокоенность среди экспертов, которые полагают, что это означает угрозу новых террористических атак. Какие мысли у Вас вызвала эта запись?

Если вкратце, то это означает, что Абу Бакр аль-Багдади все еще жив, а у ИГ есть деньги и солдаты. Я думаю, нам следует помнить, что нельзя сбрасывать со счетов «Исламское государство» только потому что оно утратило свои территории. Оно остается угрозой для европейской, ближневосточной и международной безопасности. И мы должны относиться к этому серьезно. Я считаю, что, с одной стороны, больше внимания должно уделяться поиску и привлечению к ответственности людей вроде Абу Бакра аль-Багдади. С другой стороны, нужно должным образом инвестировать в будущее Ирака. В противном случае такие группировки и акты насилия будут повторяться снова и снова.

Беседовала Татьяна Канунникова.

Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 5)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся