Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Константин Косачев

Председатель Комитета по международным делам Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации, член РСМД

Первыми партнёрами могут стать Китай и Индия, в перспективе — страны Евросоюза

«Кремлёвский список» минфина США заставит Россию поменять правила «игры» с Америкой. К примеру, Москва может создать коалицию для защиты свободной торговли, заявил в интервью «Парламентской газете» председатель Комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев.

- Константин Иосифович, в «кремлёвский список» американского Минфина попали 210 человек, в том числе премьер-министр Дмитрий Медведев, спикеры Совфеда и Госдумы Валентина Матвиенко и Вячеслав Володин, крупнейшие бизнесмены и главы госкорпораций… Как прокомментируете это?

- Первое и главное, на что хочу обратить внимание — нам пора прекратить реагировать на отдельные сюжеты в рамках общей санкционной политики США в отношении России. 2 августа прошлого года произошла очень неприятная вещь: антироссийские санкции, которые ранее вводились в действие решениями американского президента, кодифицированы в законе США. Это ухудшило ситуацию в разы — в том числе и из-за того, что в нём свалены в кучу все мыслимые и немыслимые претензии к России. Также в этом законе мы оказались с третьими странами — с Ираном и КНДР.

Этот закон обладает колоссальной разрушительной силой, и, как показывает судьба поправки Джексона-Веника, он будет жить своей логикой ещё десятилетия. С этой точки зрения список минфина США ничего не меняет — это очередной шаг на пути реализации деструктивной миссии уже упомянутого мною закона об антироссийских санкциях. Пока без дополнительных последствий: это, на мой взгляд, абсолютно формальное исполнение закона. Белый дом должен был в течение 180 дней представить список людей, приближенных к Президенту РФ — его предоставили. Причём он взят из опубликованных в Интернете персональных составов Администрации Президента России, нашего Правительства и так далее.

- Говоря о списке, вы сказали «пока без последствий». Значит, они могут быть в будущем?

- Безусловно, у этого списка могут быть серьёзные негативные последствия. Причём не в «политической», а в «экономической» его части — там, где указаны бизнесмены и компании. Потому что закон от 2 августа подразумевает возможность санкций в отношении компаний и физлиц третьих стран, которые сотрудничают с российскими партнёрами. То есть каждый из зарубежных партнёров компаний из России, которые занимаются, скажем, «Турецким потоком» или строительством мощностей по сжижению газа на Ямале, может попасть под санкции США. И теперь они будут оценивать свои риски на будущее совершенно иначе, если увидят в списке участников того или иного проекта российские компании из «кремлёвского доклада» — это дополнительные угрозы для бизнеса.

В этом и есть главная опасность нового списка минфина — даже если он не будет сопровождаться санкционными решениями, это будет оказывать колоссальное психологическое воздействие на умы наших потенциальных партнёров. Негативное воздействие.

- Какова «добавленная стоимость» антироссийских санкций для США?

- Она даже не «нулевая», а отрицательная. По логике вещей, санкции должны оказывать давление, чтобы мотивировать или принудить ту или иную страну поменять своё поведение. В данном случае для России мотивации что-то менять не возникает в принципе — чтобы мы ни захотели сделать на любом направлении (украинском, иранском, северокорейском или каком-то ещё), это нас не выведет из-под действия этого американского закона. Поэтому то, что произошло в августе 2017 года, на сегодня является самым разрушительным фактором для отношений России и США.

- Россия может предпринять какие-то ответные меры?

- Такие действия США не соответствуют ни принципам мировой экономики и мировой торговли в целом, ни обязательствам США перед Всемирной торговой организацией. И России следует обязательно обращаться в международные юридические инстанции, чтобы оспаривать там правомерность закона США от 2 августа 2017 года.

- Но даже если суды признают нашу правоту, США наверняка проигнорируют эти решения…

- Скорее всего, так и будет — США ставит своё законодательство выше международного. Но идти этим путём надо: если подобного рода решения состоятся, то апеллировать к ним смогут наши партнёры из третьих стран. Это станет важным элементом их защиты даже в той ситуации, где США считают себя «царём горы».

- Сегодня всё больше говорят о том, что мы только реагируем на выпады США и не имеем даже возможности при существующих правилах игры перехватить инициативу. Не пора ли нам устанавливать свои правила?

- Это, на мой взгляд, правильная постановка вопроса. Но в одиночку мы с этой задачей не справимся. Поэтому надо формировать коалицию — не против США, конечно, а в защиту принципов свободы рыночной торговли, принципов ВТО.

Наши отношения с США не имеют никаких страховок от шараханий и от недобросовестной политики.

- Кто наиболее реальные партнёры России в такой коалиции?

- Прежде всего, это Китай и Индия — обе эти страны подвергаются давлению США. И в отношении Китая это происходит сейчас в большей степени — просто на китайском направлении американцы действуют более аккуратно, чем в отношении России. Товарооборот США с Китаем в 20 раз больше, чем у США с Россией. Поэтому у китайского, как и у индийского бизнеса есть возможности по лоббированию внутри США — в том же конгрессе.

- У России таких лоббистов нет?

- Нет, и это самая опасная часть нынешней истории — наши отношения с США не имеют никаких страховок от шараханий и от недобросовестной политики.

- Нашими хотя бы потенциальными союзниками по антисанкционной коалиции могут стать страны ЕС?

- Потенциально могут. Но не раньше, чем на них будут наложены санкции США — как у нас говорят в народе, пока гром не грянет… Наши европейские партнёры почему-то надеются, что их экономическое давление США не коснётся. Здесь пока нам можно только разводить руками.

- Возможность диалога между президентами России и США остаётся?

- Да, конечно. Другое дело, что у Дональда Трампа ограничены возможности: во-первых, антироссийская политика в США закреплена законом, который Трамп обязан выполнять. Вторая — ему навязали ситуацию, когда он должен оправдываться по поводу обвинений о «российском вмешательстве» в выборы президента США, на которых он победил.

- Стоит ожидать встречи глав двух государств до выборов Президента России в марте?

- Думаю, такой встречи не будет. И на мой взгляд, нет необходимости прилагать к этому усилия. Если американцы проявят инициативу, то, наверное, она должна быть нами услышана. Но сейчас у нас, когда до выборов остаётся полтора месяца, совсем другая повестка дня, и российско-американские отношения не являются частью избирательной кампании в России.

- ЦРУ опять обвинило Россию во вмешательстве в выборы в США — на сей раз обвинили «на будущее», так как речь идёт о предварительных выборах в конгресс в ноябре этого года. Что скажете?

- Вся «теория вмешательства» является реакцией американских элит на победу Трампа. Легитимность его президентства будет подвергаться сомнению постоянно, и под это будут придумывать любые сценарии.

Но меня в заявлении директора ЦРУ, в котором говорилось о якобы подготовке России вмешаться в выборы в конгресс, привлекла другая его часть. Впервые глава ЦРУ заявил о том, что не только Россия, но и Китай вмешивается во внутренние дела США, и что у Китая для этого намного больше возможностей. Откуда взялась эта линия — сказать трудно. Но я бы внимательно следил за этой тенденцией.

Источник: Прламентская газета

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся