Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 4.25)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
Тимофей Бордачев

Д.полит.н., научный руководитель ЦКЕМИ НИУ ВШЭ, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», член РСМД

Одним из признаков происходящих изменений становится не разделение мира на противоборствующие лагеря, а его, в основной массе государств, приспособление к изменению условий, происходящему в результате конфликта между великими державами. Это, весьма вероятно, может быть сигналом того, что в перспективе мы не рискуем столкнуться с феноменом восстановления двухполюсной системы, характерной для международного порядка периода холодной войны 1945–1990 годов, полагает Тимофей Бордачёв, программный директор клуба «Валдай».

То, какую позицию занимает большинство стран мира по отношению к конфликту между Россией и Западом, показывает, что человечество сейчас намного более едино и способно адаптироваться даже к таким крупным вызовам, чем мы могли бы подумать совсем недавно. Это опровергает существующее представление о том, что центральная роль США в мировых делах продолжает делать любую связанную с этой державой проблему важнейшей для всего мира и может вызвать его раскол. При этом сама Россия также не должна думать, что, находясь на правильной стороне истории, она автоматически обеспечивает себе поддержку большинства государств – за это ещё предстоит бороться. Было бы опрометчиво считать, что отказ большинства стран мира, составляющих 85 процентов населения Земли, присоединиться к экономической войне Запада против России означает поддержку любого российского поведения.

Через полгода после начала специальной военной операции динамика международного отношения к военно-политическому конфликту вокруг Украины и его участникам показывает – большинство стран международного сообщества стремятся к тому, чтобы дистанцироваться от выражения прямого своего отношения, но одновременно извлекать пользу из конфликта России и Запада. Исключение здесь составляет великий Китай, политика которого всё больше проявляет свою пророссийскую направленность и по мере нарастания его конфликта с США показывает реальную глубину взаимного доверия между Москвой и Пекином. Однако эти отношения являются производными от развития двух стран за последние двадцать лет и объективного совпадения их подходов к основным системным проблемам – то есть взаимная поддержка не связана с непосредственным кризисом в Европе.

Одним из признаков происходящих изменений становится не разделение мира на противоборствующие лагеря, а его, в основной массе государств, приспособление к изменению условий, происходящему в результате конфликта между великими державами. Это, весьма вероятно, может быть сигналом того, что в перспективе мы не рискуем столкнуться с феноменом восстановления двухполюсной системы, характерной для международного порядка периода холодной войны 1945–1990 годов, полагает Тимофей Бордачёв, программный директор клуба «Валдай».

То, какую позицию занимает большинство стран мира по отношению к конфликту между Россией и Западом, показывает, что человечество сейчас намного более едино и способно адаптироваться даже к таким крупным вызовам, чем мы могли бы подумать совсем недавно. Это опровергает существующее представление о том, что центральная роль США в мировых делах продолжает делать любую связанную с этой державой проблему важнейшей для всего мира и может вызвать его раскол. При этом сама Россия также не должна думать, что, находясь на правильной стороне истории, она автоматически обеспечивает себе поддержку большинства государств – за это ещё предстоит бороться. Было бы опрометчиво считать, что отказ большинства стран мира, составляющих 85 процентов населения Земли, присоединиться к экономической войне Запада против России означает поддержку любого российского поведения. 

Через полгода после начала специальной военной операции динамика международного отношения к военно-политическому конфликту вокруг Украины и его участникам показывает – большинство стран международного сообщества стремятся к тому, чтобы дистанцироваться от выражения прямого своего отношения, но одновременно извлекать пользу из конфликта России и Запада. Исключение здесь составляет великий Китай, политика которого всё больше проявляет свою пророссийскую направленность и по мере нарастания его конфликта с США показывает реальную глубину взаимного доверия между Москвой и Пекином. Однако эти отношения являются производными от развития двух стран за последние двадцать лет и объективного совпадения их подходов к основным системным проблемам – то есть взаимная поддержка не связана с непосредственным кризисом в Европе. 

Сейчас, конечно, ещё рано судить о том, каким будет международный порядок в будущем, когда Западу придётся признать своё историческое поражение в борьбе за сохранение глобального доминирования. Он будет формироваться постепенно, по мере того как ведущие державы будут определять практикой, часто весьма опасной, границы своих силовых возможностей и рамки дозволенного. Этот процесс, с учётом нерациональности большой всеобщей войны и масштабов застарелых проблем, будет, по всей видимости, намного более продолжительным, чем предыдущие эпизоды радикальных изменений международного порядка в основе которого находятся суверенные государства. И сейчас мы наблюдаем один из первых этапов длительного глобального политического переустройства. Ведь речь идёт, на самом деле, о завершении периода, продолжавшегося несколько сотен лет.  

Но уже даже на этом этапе мы можем видеть некоторые признаки поведения держав, которые имеют объективные причины и поэтому становятся системными факторами в развитии всей международной политики. 

Поэтому важно, что одним из признаков происходящих изменений становится не разделение мира на противоборствующие лагеря, а его, в основной массе государств, приспособление к изменению условий, происходящему в результате конфликта между великими державами. 

Это, весьма вероятно, может быть сигналом того, что в перспективе мы не рискуем столкнуться с феноменом восстановления двухполюсной системы, характерной для международного порядка периода холодной войны 1945–1990 годов. И является дополнительным аргументом в пользу того, что правила и нормы поведения того времени могут служить источником знаний для нашей внешней политики в новейшую эпоху только со значительной долей допущений. 

Флагманом такой адаптации становится в наше время, конечно, Индия – одна из крупнейших по масштабам населения держав, располагающая весьма серьёзными амбициями в том, что касается собственной роли в мире. Пока эта страна не достигла того уровня развития экономики, военной сферы и человеческого потенциала, который позволил бы говорить о ней как о действительно великой державе. Но одновременно, Индия – это настоящий лидер того большинства, которое совершенно не намерено позволить разделить себя на противоборствующие лагеря или оказаться ресурсной базой для одной из соперничающих великих держав типа Америки, России или Китая. Индия последовательно сохраняет деловые отношения с Москвой и стала за последние месяцы одним из крупнейших российских внешнеторговых партнёров. То, что позиция Дели не является антироссийской, постоянно подчёркивается индийскими официальными лицами, а сдержанность в части  направлений сотрудничества с Россией связана только с резонным страхом индийского бизнеса оказаться под репрессиями со стороны США. 

За Индией следует большинство развивающихся стран Азии, Африки и Латинской Америки. Мы видим, в частности, что через полгода после перехода кризиса отношений России и Запада в состояние военно-политического столкновения количество стран, готовых даже на словах поддержать США в их борьбе с Москвой, сократилось более чем наполовину. Так, несколько дней назад внимание наблюдателей привлекла попытка собрать поддержку стран ООН вокруг нового заявления, осуждающего политику России в украинском вопросе. И если в ходе голосования на Генеральной ассамблее ООН в марте этого года похожую по содержанию резолюцию поддержали более 140 стран мира, то сейчас свои подписи поставили только 58, из которых 30 являются формальными участниками военного союза НАТО во главе с США, а ещё несколько связаны с Вашингтоном двусторонними договорами оборонного характера. 

Таким образом, более двух третей всего международного сообщества активно устраняются от того, чтобы обозначать свою позицию по европейским делам. Это, конечно, отчасти результат работы российской и китайской дипломатии, постоянно указывающее на то, что истинной причиной войны в Европе является политика США. 

Но в первую очередь такая динамика показывает: развивающиеся страны понимают наличие у себя возможностей для того, чтобы не делать такого выбора.

Для них в современных условиях более рациональной и оправданной становится стратегия удаления от конфликта. И по мере того, как дела в Европе будут затягиваться и приобретать черты постоянного конфликта России и Запада, степень напряжённости которого будет варьироваться, большинство стран мира будут всё лучше приспосабливаться к жизни в таких условиях.

Для самих США сокращение их возможностей по привлечению на свою сторону ведёт к выбору стратегии запугивания и давления на независимых участников международного сообщества. Однако и эта стратегия не может быть успешной – даже если Вашингтон располагает колоссальной репрессивной машиной, превращение всей его международной деятельности в контроль за исполнением «санкций» сделает такую политику совершенно неэффективной. Хотя мы, конечно, не можем исключать и такого сценария. В результате всё больше стран будут в одинаковой мере сотрудничать с Россией и Западом, а темпы этого сотрудничества будут зависеть от возможности что-то от этих двух противников получить.

В свою очередь, конфликт в Европе будет всё больше становиться локальным и интересующим непосредственно его основных участников. Ставка, которую делают остальные страны мира, – это именно неучастие в нём тем или иным образом. Для России это означает необходимость сохранять открытость и способность предлагать развивающимся странам то, что им нужно, – в энергетике, других товарах, науке или образовании. Но нет совершенно никакой необходимости стремиться к тому, чтобы переманить кого-то в свой лагерь вооружённой борьбы за российские интересы и ценности – именно этого большинство стран мира как раз и хотят избежать. В том случае, если отмеченная нами тенденция действительно сохранится и станет всё сильнее определять международную политику, мы можем быть относительно спокойны – раскола мира на противоборствующие лагеря, что является важным условием начала всеобщей войны, получится избежать.



Источник: Международный дискуссионный клуб «Валдай»

Оценить статью
(Голосов: 4, Рейтинг: 4.25)
 (4 голоса)
Поделиться статьей
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся