Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Игорь Юргенс

Директор Центра устойчивого развития, профессор кафедры управления рисками и страхования МГИМО МИД России, член РСМД

15—17 июня в Вене состоялись две международные встречи высокого экспертного уровня, на которых всесторонне обсуждались украинская проблема и взаимоотношения Европы с Россией. Сперва прошел очередной круглый стол «Вадуц» (устроитель этого мероприятия — один из представителей правящего дома Лихтенштейна, князь Михаэль), а затем — региональная секция Мюнхенской конференции по безопасности под председательством В. Ишингера.

В дискуссиях на обоих мероприятиях еще раз четко обозначились те взаимные претензии, которыми сейчас определяются любые подходы к взаимодействию. С западной стороны видится, что последние шаги России на международной арене обусловлены постимперским синдромом и сопровождаются нарушением взятых на себя обязательств (Будапештская декларация, Хельсинский акт и Парижская хартия). С российской стороны оппонентам вменяются в вину нарушение неформальных, но неоднократно декларировавшихся обязательств непродвижения НАТО на восток и невмешательства во внутренние дела, а также попытка США не допустить сближения России со странами Евросоюза, в первую очередь, с Германией. События последнего времени все явственней свидетельствуют о том, что российское руководство уверено в высокой вероятности применения в отношении него технологий «цветных революций» в целях наращивания западного, главным образом, американского влияния и смены режима в России.

Несмотря на диаметрально противоположные оценки происходящего, в том числе в плане реализации (или торпедирования) соглашений «Минск-2», общая констатация заключается в следующем.

Отчужденность Европы и России в настоящее время является фактом, но не отвечает долговременным интересам ни одной из сторон. Восстановление конструктивных отношений может занять продолжительное время. Ни в России, ни в Европейском союзе и Соединенных Штатах изменение нынешних тенденций не будет быстрым и простым. Попытка создания новой системы европейской безопасности не увенчается в одночасье успехом, но, как и в свое время Хельсинкский процесс, может послужить делу начала урегулирования. Задачи прекращения военного противостояния, а затем преодоления экономического коллапса в Украине требуют кооперативного решения. Игра на обострение — у кого раньше сдадут нервы или истощатся ресурсы — повышает риск неуправляемых реакций. Таким образом, альтернативы поиску совместных континентальных решений нет. Подготовка к выработке таких решений, видимо, должна включать следующие этапы:

  • анализ и диагностика существующих основ европейского порядка (Хельсинкский акт и Парижская хартия) в свете произошедшего за последние 25 лет;
  • анализ успехов и провалов на пути реализации общего экономического пространства от Владивостока до Лиссабона и пространств безопасности и культуры;
  • создание дорожной карты подготовки межгосударственной конференции в Европе с целью принятия обязывающей конвенции о континентальном порядке, возможно, на базе Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ).

По первому из обозначенных пунктов необходимо признать, что система безопасности и сотрудничества претерпела с 1975 г. множество изменений. Требуют пересмотра или уточнения подходы к территориальной целостности, нерушимости границ, блоковой безопасности, самому понятию конфликта, новым системам интеграции и т. п. Отчасти это относится и к Парижской хартии. В данном контексте стоит рассматривать возникший конфликт между политикой, основанной на общепринятых принципах, и той, которая базируется на национальных интересах. Мир после югославского кризиса, после Косова, Абхазии и Осетии в этом смысле стал совсем другим.

В процессе такого анализа можно было бы предложить взаимоприемлемые решения по проблеме Крыма, политического статуса и экономического восстановления Донбасса и др.

Что касается общеевропейского экономического пространства, то в последние «досанкционные» годы таковое по сути уже сложилось, все более укрепляясь. Можно было бы провести инвентаризацию достигнутых до кризиса успехов, включая программу Партнерства для модернизации Россия-EC, а также много- и двусторонние соглашения в области торговли, финансов, энергетики и технологий.

Переговоры по адаптации Соглашения об ассоциации Украина- ЕС с российскими властями могли бы служить площадкой для организации такой совместной работы.

В более широком плане подготовка к взаимодействию Европейского союза и Евразийского экономического союза по восстановлению экономики Украины могла бы развернуть конфронтацию в сотрудничество. При этом неизбежность такой совместной работы очевидна: несостоявшееся государство с населением 43 миллиона человек в центре Восточной Европы, на границах России и ЕС является для всех критически опасным. Ни одна из сторон не справится с проблемой в одиночку. Сотрудничество ЕС-ЕАЭС с последующим подключением к решению этой задачи США и КНР является наиболее благоприятным выходом из сложившегося положения.

По общему мнению, Соединенные Штаты не должны самоустраняться и от политического урегулирования украинского конфликта. Обнадеживают в этом отношении результаты майского визита в Москву помощника госсекретаря США В. Нуланд, после которого заместитель главы МИД России Г. Карасин сообщил об установлении двухстороннего диалога по данной теме в рамках постоянно действующих рабочих групп.

В отношении возврата к созданию общего пространства безопасности первоочередными шагами после завершения острой фазы восточноукраинского противостояния являются возобновление министерских встреч, восстановление работы Совета Россия-НАТО, и, возможно, пересмотр правил и процедур Совета. Как в результате грузинского, так и, в значительно более жесткой форме, в ходе украинского кризиса замораживание работы Совета использовалось в качестве «наказания» России. Это выглядит нелогичным — ведь Совет создавался, в том числе, ради предотвращения и урегулирования конфликтов.

В период президентства Д. Медведева (который в 2010 г. принял конструктивное участие в лиссабонском саммите НАТО) количество мероприятий по линии военного сотрудничества между Российской Федерацией и Североатлантическим альянсом перевалило за 600. Как мы помним, успешно проводились даже совместные маневры. В этом смысле историческая память и опыт существуют, и ничего фатального в нынешнем кризисе пока нет.

Чтобы обоюдная военная бравада не могла перерасти в острый конфликт, необходимо скорейшим образом восстановить контакты по предупреждению и урегулированию инцидентов в море, в воздухе и на суше. Первая российско-американская встреча военных по этому поводу, которая состоялась месяц назад после полуторагодового перерыва — это благая весть. Любое переналаживание контактов между военным руководством России и НАТО должно приветствоваться. В ходе обсуждения этой тематики в Вене неоднократно высказывалось предложение о начале переговоров по многостороннему соглашению для избежания военных инцидентов между НАТО и Российской Федерацией (возможно, с подключением Швеции и Финляндии).

Укрепление доверия, прозрачности и предсказуемости в военной сфере, совместная борьба с терроризмом, контроль за вооружениями и разоружением, арктическая проблематика, урегулирование в Сирии — вот неполный перечень тем, которые надо вписывать в многосторонний формат.

Складывается впечатление, что влиятельные силы в Европе, в первую очередь, в Германии и поддерживающей ее в этом смысле Франции, готовы приложить усилия к деэскалации существующей напряженности. Группа Ишингера под эгидой ОБСЕ работает именно в этом направлении. В таком случае было бы разумно использовать единственную инклюзивную организацию, которая имеет мандат на работу в Украине и переговоры континентального масштаба, способствовать расширению ее миротворческой миссии, интенсификации «полевых» работ в Восточной Украине, подготовке через сербское председательство в текущем году более активного немецкого председательства в 2016-м. При активной деятельности в этом направлении можно было бы выходить на Общеевропейское совещание в верхах в конце 2016 — начале 2017 г. (председательство в ОБСЕ переходит к Австрии, которая пока демонстрирует максимум доброй воли).

Гражданское общество стран Европейского союза и России, влиятельные неправительственные и предпринимательские организации должны всемерно помогать этому процессу.

Источник: Аналитический бюллетень ИНСОР, июнь 2015, №37

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся