Распечатать Read in English
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Ярослав Лисоволик

Д.э.н, старший управляющий директор Сбербанка, начальник аналитического управления департамента глобальных рынков — Sberbank Investment Research, член РСМД

В этом году Россия отмечает столетие евразийства – философской школы, подчёркивавшей уникальность Евразии как континента, который, помимо прочего, характеризуется огромной удалённостью внутренних регионов от выходов к морю и торговых путей. О том, как объединить огромные ресурсы евразийского континента, пишет Ярослав Лисоволик, программный директор клуба «Валдай».

В последние десятилетия выводы ведущего экономиста евразийской философской школы Петра Савицкого были заново открыты и повторно оценены с точки зрения ограничений развития и потребностей стран, не имеющих выхода к морю. С позиций сегодняшнего дня уникальные континентальные масштабы Евразии и значительное число стран, не имеющих выхода к морю, могут не препятствовать развитию, а таить в себе огромный экономический потенциал, связанный с проектами в области коммуникаций. Для достижения этой цели Евразии необходимо построить открытую и ориентированную на развитие человеческого капитала платформу экономического сотрудничества, которая будет использовать «сетевые эффекты» платформ и позволит объединить огромные ресурсы евразийского континента.

Экономическая география Евразии характеризуется сочетанием огромной территории (более 36% мировой континентальной суши), огромных резервов человеческого капитала (почти 70% мирового населения) и крайней неравномерности его распределения по общей континентальной платформе. В свою очередь, это определяет основные векторы эволюции Евразии как площадки международного сотрудничества. Огромные размеры континентальной суши увеличивают вариативность и расширяют набор возможностей альтернативных проектов транспортного сопряжения регионов. Евразийская платформа становится ареной обостряющейся конкуренции между альтернативными проектами Восток – Запад (например, различными треками проекта «Пояс и путь»), а также измерением Север – Юг (между Северным морским путём и южным Индо-Тихоокеанским маршрутом).

В этом году Россия отмечает столетие евразийства – философской школы, подчёркивавшей уникальность Евразии как континента, который, помимо прочего, характеризуется огромной удалённостью внутренних регионов от выходов к морю и торговых путей. О том, как объединить огромные ресурсы евразийского континента, пишет Ярослав Лисоволик, программный директор клуба «Валдай».

В последние десятилетия выводы ведущего экономиста евразийской философской школы Петра Савицкого были заново открыты и повторно оценены с точки зрения ограничений развития и потребностей стран, не имеющих выхода к морю. С позиций сегодняшнего дня уникальные континентальные масштабы Евразии и значительное число стран, не имеющих выхода к морю, могут не препятствовать развитию, а таить в себе огромный экономический потенциал, связанный с проектами в области коммуникаций. Для достижения этой цели Евразии необходимо построить открытую и ориентированную на развитие человеческого капитала платформу экономического сотрудничества, которая будет использовать «сетевые эффекты» платформ и позволит объединить огромные ресурсы евразийского континента.

Экономическая география Евразии характеризуется сочетанием огромной территории (более 36% мировой континентальной суши), огромных резервов человеческого капитала (почти 70% мирового населения) и крайней неравномерности его распределения по общей континентальной платформе. В свою очередь, это определяет основные векторы эволюции Евразии как площадки международного сотрудничества. Огромные размеры континентальной суши увеличивают вариативность и расширяют набор возможностей альтернативных проектов транспортного сопряжения регионов. Евразийская платформа становится ареной обостряющейся конкуренции между альтернативными проектами Восток – Запад (например, различными треками проекта «Пояс и путь»), а также измерением Север – Юг (между Северным морским путём и южным Индо-Тихоокеанским маршрутом).


В этой конкуренции заложен один из важнейших ключей к раскрытию потенциала эффективности евразийской платформы.


Огромные размеры континентальной суши также приводят к необходимости реализации проектов коммуникации для преодоления «проклятия больших расстояний». Евразия является центром глобального спроса на развитие инфраструктуры, связанной с автомобильными и железными дорогами, причём потребности в расходах на создание инфраструктуры исчисляются триллионами долларов. По данным Азиатского банка развития (АБР), потребности только развивающихся стран Азии в расходах на инфраструктуру составляют 1,7 триллиона долларов в год.

Следствием больших размеров континентальной суши является большая потребность в региональной интеграции и снятии таможенных барьеров для преодоления беспрецедентной фрагментации экономического пространства. Во многих отношениях Евразия нуждается в региональной интеграции даже больше, чем страны других континентов, где проблемы удалённости выражены не столь ярко. В свою очередь, это означает, что формирование общей платформы экономического сотрудничества в Евразии должно основываться на сотрудничестве не только отдельных стран, но и региональных интеграционных блоков. Огромные размеры континентальной суши не столько проклятие, сколько потенциально важное преимущество для «автономного развития» Евразии за счёт создания внутренней сопряжённости на всём протяжении континентального пространства. Эти огромные возможности для развития внутриконтинентальных коммуникаций повышают потенциал экономического развития Евразии, который в значительной степени концентрируется в пределах евразийского континента.

Ещё один важный элемент экономической географии Евразии заключается в том, что два полюса роста находятся на крайних точках запада Европы и востока Азии. Экономическое сотрудничество между этими двумя евразийскими полюсами таит в себе огромный потенциал для глобальной экономики за счёт вовлечения и включения внутренних регионов Евразии, лежащих между двумя крайними точками континента. Вместо того чтобы пасть жертвой экономической изоляции, такие не имеющие выхода к морю регионы, как Центральная Азия или огромные пространства континентальной России, становятся посредниками в торговых и инвестиционных потоках между Западной Европой и Восточной Азией в случае формирования общей континентальной платформы экономического сотрудничества. По сути, внутренние регионы Евразии «электризуются» за счёт «заряда» между двумя континентальными полюсами роста, причём посредничество в торговле и инвестициях служит для насыщения этих регионов экономической активностью, а также для устойчивой интеграции этих регионов в глобальную экономику.

Огромное население Евразии, а также неравномерность распределения доходов и человеческого капитала на просторах континентальной платформы усиливают миграционные импульсы. В свою очередь, это вызывает потребность в более эффективном развитии человеческого капитала в менее развитых регионах Евразии для ослабления миграционного давления. Это также усиливает необходимость более активного регулирования, координации и мониторинга миграционных потоков через Евразию, что требует создания общеевразийской цифровой платформы. Потребность в такой платформе становится особенно значительной во время кризисов, таких как нынешний кризис, связанный с коронавирусом, при котором внутриконтинентальные миграционные потоки становятся фактором риска распространения пандемии. Высокая концентрация мирового населения в Евразии означает, что континент также является крупнейшим в мире генератором данных, что требует координации в развитии процессов обработки и хранения данных, а также в вопросах суверенитета цифровых данных между странами. Помимо аспекта, связанного с человеческим капиталом/миграцией, создание цифровой платформы для Евразии также поможет в реализации проектов транспортной сопряжённости и преодолении больших расстояний и территориальной удалённости.

Построение общей инфраструктуры транспортной сопряжённости в Евразии может быть основано на работе общей платформы для региональных евразийских институтов развития, а именно региональных банков развития и региональных финансовых механизмов. Такая прагматическая платформа может оказаться более осуществимой, чем создание платформы для региональных интеграционных соглашений, подобных ЕС, ЕАЭС и АСЕАН. И хотя платформа для механизмов региональной интеграции Евразии вполне может быть создана в отдалённом будущем в соответствии с такими проектами, как Большое Евразийское партнёрство, более реалистичной и близкой по срокам перспективой могло бы стать формирование рамок сотрудничества между институтами развития Евразии с целью совместного финансирования крупномасштабных проектов развития, а также создания континентальных сетей финансовой безопасности и резервов.

Таким образом, платформы в составе «общего евразийского дома» могут включать общую цифровую платформу, платформу транспортной сопряжённости, основанную на сотрудничестве между континентальными институтами развития, а также платформу для развития человеческого капитала и инноваций. Данные платформы могут усиливать друг друга за счёт эффектов, аналогичных тем, которые действуют в рамках экосистем. Для повышения динамичности экономического развития Евразии необходимо усиление «сетевых эффектов» по аналогии с образованием корпоративных цифровых платформ и экосистем. Исторически Евразия демонстрировала растущую склонность к исследованиям, открытиям и развитию лучших качеств и практик разных частей континента. Текущая задача состоит в том, чтобы развить лучшее из разных частей Евразии для создания ориентированной на человека платформы, которая будет конкурентоспособна на глобальном уровне.



Источник: Международный дискуссионный клуб «Валдай»

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся