Распечатать
Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Анастасия Борик

Латиноамериканист, колумнист-эксперт журнала Brasil.ru, эксперт РСМД

Колонка: Заокеанский ветер. Новости Латинской Америки

2 октября 2016 г. в Колумбии состоялся референдум, на котором жители страны проголосовали против подписанного с повстанцами из РВСК (FARC) мирного соглашения. Поиск причин и обсуждение последствий в сегодняшнем тексте.

#ColombiaDijoNO

#ColombiaDijoNO — Колумбия сказала «НЕТ» — один из главных хэштегов последних дней. Для одних провал соглашения означает конец надеждам на мир, для других — торжество справедливости. Однако практически всех интересует ответ на вопрос, почему провалилось одобрение мирного договора, ведь непосредственно перед референдумом опросы показывали, что почти 60% населения готовы отдать свой голос «за». Однако в итоге против ратификации договора проголосовало 50,2% участников плебисцита, а «за» - 49,8%. Разница в результате минимальная, а последствия от нее — грандиозные. Но сначала о причинах, среди которых можно выделить три основных.

 

univision.com

 

Во-первых, центральную роль в голосовании сыграл страх. Противники соглашений, уверенные в их несправедливости, довольно успешно сыграли на страхах и опасениях колумбийского электората. Причем дело тут даже не в недоверии к герилье как таковой, хотя и оно присутствует. Для страны, где «левых» в политическом пространстве фактически не существует уже более полувека, приход «марксистов» из РВСК в легальное русло, их участие в выборах и заседание в парламенте — настоящий ночной кошмар. Колумбийцы лучше других видят, до чего «левые» довели соседнюю Венесуэлу, и прочно ассоциируют разного рода социалистов и коммунистов с «чавизмом» и «кастризмом», опасаясь, что бывшие повстанцы как Троянский конь проникнут во власть и разрушат страну изнутри (отберут собственность, порушат семейные ценности, устроят революцию и далее по списку, просто поставьте что-нибудь ужасающее). Кроме того, колумбийцев пугают и положенные по мирным соглашениям реформы, включая, например, налоговую, поскольку чего от нее ждать рядовому гражданину совершенно не ясно.

 

Во-вторых, нельзя не отметить политический и технологический гений главного оппонента мирным соглашениям Альваро Урибе Велеса. Этот политик, бывший президент Колумбии, ястреб до мозга костей и, разумеется, консерватор, исколесил всю Колумбию со своей не очень-то большой командой, в каждом населенном пункте, даже в крошечной деревне, убеждая, что мирный договор не отвечает интересам колумбийского народа, что он дает слишком много преференций РВСК и унижает достоинство жертв конфликта и много лет противостоявших герилье вооруженных сил. Одновременно А. Урибе опирался на поддержку нескольких видных политиков, вместе с которыми они выступали единым сплоченным фронтом, превратив кампанию по пропаганде «НЕТ» в масштабную общенациональную акцию недовольства не только договором с РВСК, но и правлением действующего президента Х. М. Сантоса в целом. По сути, оппозиции удалось сделать из плебисцита по миру плебисцит по одобрению/неодобрению правительства Х. М. Сантоса, чей рейтинг стабильно снижался все последнее время. А. Урибе и его команда также очень успешно использовали любой повод для атаки на президента, даже если повод этот не имел никакого отношения к мирному процессу. Так, с соглашениями была увязана даже, например, резонансная история с учебниками по сексуальному воспитанию, которые представило недавно Министерство образования Колумбии.

 

EPA/CHRISTIAN ESCOBAR MORA
Группа людей на фоне баннера, призывающего проголосовать против соглашения с FARC, Кали, Колумбия, 30 сентября 2016г.

 

В-третьих, кампания «ДА» была вялой и нескоординированной. Хотя в поддержку соглашений высказались фигуры масштаба Барака Обамы и Папы Франциска, внутриполитические игроки уделяли кампании по продвижению соглашений явно недостаточно внимания. Вероятно, после нескольких лет согласований многие воспринимали референдум как решенный вопрос, поэтому, хотя и высказывались в поддержку договора, делали это скорее формально. Представляется, что правительство недооценило различия в видении мира между обычными гражданами и лидерами общественного мнения.

 

Интересен и региональный разрез голосования: как и опасались некоторые аналитики до референдума, наименьшую поддержку соглашению высказали избиратели в тех регионах, которые далеки от прямого столкновения с герильей. Отчасти справедливо сказать, что мирный договор похоронили те, кто войны не видел. Наоборот, наибольшее число проголосовавших «за» оказалось в самых пострадавших от военных действий департаментах — Каука, Нариньо, Какета, Антиокия, Чоко, др. В некоторых населенных пунктах поддержка составляла даже 96% проголосовавших.

Сообразят на троих

«Что же будет дальше?» — это, разумеется, не менее важный вопрос, чем «кто виноват?». Однозначного ответа на него пока нет, однако уже вырисовываются основные значимые последствия провала апробации.

 

Во-первых, правительство во главе с президентом Х.М. Сантосом оказывается в самом уязвимом положении за весь период правления политика. Мирный процесс всегда был козырной картой президента, его индульгенцией и броней, ведь именно ему удалось то, что никогда не удавалось никому из предыдущих президентов-миротворцев — не только усадить герилью за стол переговоров, договориться об устойчивом прекращении огня, но и довести переговорный процесс до логического завершения и подписания полноценного мира. Теперь броня если не пробита насквозь, то, по крайней мере, получила вмятину. Причем, судя по обстановке, защищаться президенту придется и от своих соратников, недовольных результатами референдума. Неприятная для Х. М. Сантоса деталь, за которую его критикуют свои же, заключается в том, что именно правительственная делегация в Гаване настаивала на процедуре апробации через референдум и продавила именно этот вариант в итоговой версии соглашения с РВСК. Одновременно провал ратификации усиливает положение оппозиции, которая  будет использовать любой повод для нанесения удара по ослабленному кабинету и его главе.

 

Во-вторых, активизировавшиеся было инвесторы и бизнесмены, включая зарубежных, оказались в подвешенном состоянии. После подписания и апробации соглашений Колумбия должна была провести ряд реформ, существенно улучшающих инвестиционный климат в стране (и это помимо самого факта прекращения внутреннего конфликта, который, очевидно, также влияет на инвестиционную привлекательность). Сейчас реализация планов, как минимум, откладывается, а может и вовсе отменяется, и бизнес замер в ожидании дальнейших шагов правительства и герильи.

 

В-третьих, в стране воцарилась неопределенность в политико-правовом смысле. Мандат Конституционного Суда Республики на проведение референдума четко определяет последовательность действий в случае победы «ДА», однако практически ничего не говорит о том, каковы дальнейшие действия в случае отказа от ратификации соглашений. Поясняется только, что в таком случае президент не может претворять положения документа в жизнь, однако, частично это противоречит конституционным полномочиям Х.М. Сантоса как главы государства и верховного главнокомандующего. Иными словами есть понимание, что этот договор не будет реализован, но каково будущее базовых соглашений с герильей, например, о прекращении огня, до конца не ясно.

 

Все вместе перечисленные последствия создают новую и весьма запутанную политическую реальность, в которой колумбийцам предстоит жить в ближайшее время. Для них есть, правда, сразу несколько хороших новостей. Во-первых, сами повстанцы по-прежнему считают необходимым достижение мира и готовы продолжить переговоры с правительством. Во-вторых, недавно заявлявшие о своем намерении присоединиться к урегулированию конфликта бойцы другой группировки - АНО (ELN) — своего желания не растеряли в свете провала апробации. Наконец, в-третьих, оппозиция выразила готовность вести диалог с правительством для выработки более справедливых положений нового мирного договора. Может быть, втайне А. Урибе и праздновал до утра победу «НЕТ», но на публике этого не показал и вообще был весьма сдержан, подчеркивая, что у него и команды Х. М. Сантоса общая цель — мир в Колумбии. В этом свете весьма вероятно, что работой над новым соглашениям займутся уже не две, а три стороны, и оппозиции удастся привнести в документы те гарантии, которых не хватило 50,2% колумбийцев для того, чтобы поверить в возможность мира.

Оценить статью
(Нет голосов)
 (0 голосов)
Поделиться статьей
Бизнесу
Исследователям
Учащимся