Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 2, Рейтинг: 5)
 (2 голоса)
Поделиться статьей
Руслан Мамедов

Программный координатор РСМД

Российские энергетические компании в Ираке сохраняли свое присутствие в этой стране вне зависимости от находящихся у власти политических сил и работали в рамках складывавшейся внутриполитической обстановки. До сирийской операции 2015 г., с которой связывают активное возвращение России на Ближний Восток, иракским правительством уже были заключены крупные контракты с ЛУКОЙЛом, «Газпром нефтью» и «Башнефтью». Вслед за улучшением ситуации в сфере безопасности и нарастанием политического капитала России на Ближнем Востоке в Ирак активно и масштабно зашла «Роснефть».

Российский капитал становится чрезвычайно важным для Ирака. По словам российских официальных лиц, компаниями РФ в Ирак до 2035 г. может быть инвестировано до $45 млрд.

В Ираке представлены ключевые российские частные компании и госкорпорации, руководители которых входят в российскую правящую элиту. Последнее определяет важность проектов в этой стране для российских принимающих решения лиц. При этом в самом Ираке Россия взаимодействует как с Эрбилем, так и с Багдадом. В случае возникновения конфликтных ситуаций российские компании демонстрируют гибкость и им удается сохранять свои позиции. В целом российские инвестиции в энергетические проекты Ирака показывают стратегический характер формирования российской политики в отношении этой страны и их растущую взаимозависимость.


Российские энергетические компании в Ираке сохраняли свое присутствие в этой стране вне зависимости от находящихся у власти политических сил и работали в рамках складывавшейся внутриполитической обстановки. До сирийской операции 2015 г., с которой связывают активное возвращение России на Ближний Восток, иракским правительством уже были заключены крупные контракты с ЛУКОЙЛом, «Газпром нефтью» и «Башнефтью». Вслед за улучшением ситуации в сфере безопасности и нарастанием политического капитала России на Ближнем Востоке в Ирак активно и масштабно зашла «Роснефть».

Контриранские санкции как стимул для Ирака

Одним из ключевых факторов важности самого иракского рынка нефти стали санкции в отношении Ирана, которые вновь были наложены после выхода США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). В условиях санкций против Ирана возникла необходимость в поставках нефти из Ирака в целях недопущения образования дефицита на мировом рынке. Накладывая санкции на Иран, американцы заверяли западные страны, что предложение на рынке сохранится, как и стабильность цен на нефть.

Во избежание проблем на мировом рынке нефти Вашингтону пришлось подключить чуть ли не все более-менее существенные резервные мощности энергетического мира: договориться с Саудовской Аравией и «выпустить» киркукскую нефть.

Напомним, что в результате кризиса и распространения террористической организации ИГИЛ (запрещенная в России террористическая организация) в 2014 г. иракская армия оставила Киркук, контроль над которым обрели курдские отряды Пешмерга. С этого момента нефть из Киркука поступала не через иракскую государственную компанию SOMO, а через Региональное правительство Иракского Курдистана.

25 сентября 2017 г. правительство Иракского Курдистана провело референдум о независимости, который не был признан федеральным правительством. Это испортило отношения между Эрбилем и Багдадом, вследствие чего через три дня после референдума к тому моменту окрепшие правительственные силы начали наступление на позиции курдских Пешмерга и заняли ряд стратегически важных районов, включая нефтеносный Киркук. Эти события привели к замораживанию поставок нефти из киркукских месторождений.

Американцы стали оказывать давление на находившихся в конфликте в постреферендумный период Багдад и Эрбиль с целью нормализации отношений между ними и возвращения киркукской нефти на рынок. Это было важно и для Москвы, которая также выступала в качестве стороны, содействовавшей переговорам между двумя сторонами. К тому моменту «Роснефть» уже называлась багдадским правительством среди «незаконно» работающих компаний, поскольку соглашение российская компания подписывала с Иракским Курдистаном. Нормализация отношений между Багдадом и курдами подводила бы стороны к договоренности относительно присутствия «Роснефти».

Таким образом, США и Россия выигрывали от рабочих отношений между Эрбилем и Багдадом, который вскоре возобновил поставки киркукской нефти.

Возвращение нефтяных компаний в Ирак

Первой в постсаддамовский Ирак вернулась компания ЛУКОЙЛ, не терявшая интерес к проектам в этой стране как в подсанкционный период Ирака (1990–2003), так и после свержения режима Саддама Хусейна. 12 декабря 2009 г. ПАО «ЛУКОЙЛ» в консорциуме с норвежской Statoil выиграло тендер на освоение одного из крупнейших месторождений мира Западная Курна — 2.

Очевидно, что, несмотря на сохранявшиеся риски в Ираке, стратегия ЛУКОЙЛа была рассчитана на долгосрочную перспективу. С этим связано расширение деятельности ЛУКОЙЛа, когда в 2012 г. компания совместно с японской INPEX CORPORATION получила право на геологоразведку и последующую разработку Блока 10. В 2017 г. ЛУКОЙЛ и INPEX успешно завершили испытания первой разведочной скважины Эриду 1 на Блоке 10.

ЛУКОЙЛ постоянно увеличивает свои показатели в Ираке. Сейчас компания стремится увеличить добычу на Западной Курне — 2 с текущих 400 тыс. до 480 тыс. баррелей в сутки в 2020 г. Договорные рамки работы ЛУКОЙЛа в Ираке обновляются на взаимовыгодной основе между правительством и компанией. Так, в 2013 г. контракт был продлен до 2035 г. В 2018 г. план разработки месторождения ЛУКОЙЛом предполагает достижение уровня 800 тыс. баррелей в сутки в 2025 г.

В январе 2010 г. российская компания «Газпром нефть» получила статус оператора крупного месторождения Бадра, выиграв тендер в консорциуме с Kogas (Корея), Petronas (Малайзия), ТРАО (Турция). Однако, помимо этого, у «Газпром нефти» есть месторождения и в Иракском Курдистане компания выступает в качестве оператора двух проектов в Иракском Курдистане — Шакал и Гармиан. В блок Гармиан входит и освоение месторождения Саркала, добычу нефти на котором «Газпром нефть» планирует увеличить.

Получив активы «Башнефти», компания «Роснефть» обрела и значительную долю на иракском рынке. «Башнефть» разрабатывала Блок 12 в провинциях Мусанна и Наджаф. Тем не менее с возрастающим политическим интересом России к региону позиции российских энергетических компаний, включая «Роснефть», укреплялись. В этом контексте в 2017 г. в рамках XXI Петербургского международного экономического форума «Роснефть» заключила Инвестиционное соглашение с правительством Иракского Курдистана (согласно открытым источникам, сумма сделки составила $4 млрд).

Помимо месторождений в нефтеносном Киркуке, который в тот период контролировался курдами, «Роснефти» перешла и значительная нефтяная инфраструктура Иракского Курдистана. Ключевым стало получение «Роснефтью» статуса оператора и 60% нефтепровода Киркук — Джейхан, уже модернизированного и увеличившего пропускную способность с 700 тыс. до 950 тыс. баррелей в сутки.

В 2018 г. было объявлено о геологоразведке и начале работ «Роснефти» в Иракском Курдистане на месторождениях Batil, Zawita, Qasrok, Harir-Bejil и Darato, каждое из которых на 80% принадлежит российской компании. «Роснефть» сообщала, что сумма за вхождение в эти пять проектов могла составить до $400 млн (пресс-релиз компании от 18.10.2017).

Российско-иракские отношения: гибко, но настойчиво

Визит министра иностранных дел России Сергея Лаврова в октябре 2019 г. в Ирак стал первым за последние 5 лет. Вместе с Лавровым в Багдад и Эрбиль направились глава «Союзнефтегаза» Юрий Шафраник, директор «Газпром нефти» Александр Дюков, представители «Роснефти» и «Технопромэкспорта». Тем не менее о крупных сделках заявлено не было.

Это может объясняться традиционным российским подходом не афишировать бизнес-проекты и сделки в Ираке.

Такой подход одновременно вызывает удивление у части иракцев, которые хотели бы видеть более отчетливое позиционирование Москвы в отношении их страны, но одновременно он признается и полезным для продвижения, подписания и имплементирования соглашений с правительством Ирака. В результате визита Сергея Лаврова был подписан ряд меморандумов о сотрудничестве, что может стать базой для дальнейшего наращивания российского присутствия в Ираке.

Российский капитал становится чрезвычайно важным для Ирака. По словам российских официальных лиц, компаниями РФ в Ирак до 2035 г. может быть инвестировано до $45 млрд.

В Ираке представлены ключевые российские частные компании и госкорпорации, руководители которых входят в российскую правящую элиту. Последнее определяет важность проектов в этой стране для российских принимающих решения лиц. При этом в самом Ираке Россия взаимодействует как с Эрбилем, так и с Багдадом. В случае возникновения конфликтных ситуаций российские компании демонстрируют гибкость и им удается сохранять свои позиции. В целом российские инвестиции в энергетические проекты Ирака показывают стратегический характер формирования российской политики в отношении этой страны и их растущую взаимозависимость.

Впервые опубликовано в «Нефть и капитал».


(Голосов: 2, Рейтинг: 5)
 (2 голоса)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся