Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 15, Рейтинг: 3.4)
 (15 голосов)
Поделиться статьей
Александр Крамаренко

Чрезвычайный и Полномочный Посол России, член СВОП, член РСМД

Как представляется, развернувшаяся общественная дискуссия по поводу обострения в зоне нагорно-карабахского конфликта выходит на опасные развороты, которые предполагают участие России на той или иной стороне в этом конфликте, не имеющем к нам отношения, если не считать исторического опыта совместного проживания в составе Советского Союза, что уже давно никого ни к чему не обязывает. Для начала должны быть установлены факты, реально имеющие отношение к делу, — без этого вся дискуссия теряла бы смысл и вела бы в сторону, не способствуя урегулированию.

Мы рисковали и до сих пор, а теперь будем рисковать еще больше, если не пересмотрим ситуацию кардинально. Достаточно представить, что было бы, если бы нашим западным «партнерам» удалось нас вовлечь в происходящее на Украине: просто не могло быть лучшего способа избавиться от Украины раз и навсегда, чем то, что произошло в действительности. И те, кто судят и рядят без умолку на украинскую тему, могли бы ограничиться тем, чтобы сожалеть по поводу незавидной судьбы этой страны и ее граждан, не более того. Как и для американцев, для нас пришло время заниматься собственными делами.

Как представляется, развернувшаяся общественная дискуссия по поводу обострения в зоне нагорно-карабахского конфликта выходит на опасные развороты, которые предполагают участие России на той или иной стороне в этом конфликте, не имеющем к нам отношения, если не считать исторического опыта совместного проживания в составе Советского Союза, что уже давно никого ни к чему не обязывает. Для начала должны быть установлены факты, реально имеющие отношение к делу, — без этого вся дискуссия теряла бы смысл и вела бы в сторону, не способствуя урегулированию. О чем речь.

Первое. Обе стороны уже давно являются суверенными независимыми государствами, которые имеют право решать за себя, в том числе воевать им или нет и на каком основании. Эти основания можно оспаривать, но тогда надо предлагать свои варианты решения проблемы (и соответствующие стимулы).

Второе. Из первого следует, что обе стороны имеют право прибегать к помощи других государств. Пример — наше военное присутствие в Сирии по просьбе Дамаска. И если речь идет о приглашении Турции и Франции, то так тому и быть, тем более что Анкара и Париж и без того находятся в состоянии, близком к конфликту, причем несмотря на свое членство в НАТО. Нельзя исключать и создания Баку и Анкарой союзного государства по типу нашего с Беларусью. Почему не предположить, что Анкара и Париж будут считаться с нашими интересами и не допустят распространения конфликта на нашу территорию.

Андрей Кортунов:
А поутру они проснулись…

Третье. Нельзя игнорировать географию. Азербайджан — наш сосед, у нас отношения в рамках Каспийской «пятерки». Армения соседом не является. Надо вернуться к вопросу о членстве Армении в ОДКБ. Наличие в Организации страны, являющейся стороной территориального конфликта, будет только подрывать к ней доверие. Соответствующий опыт имеет НАТО, явно «погорячившееся» в свое время принять в свой состав Грецию и Турцию. Тут надо выбирать. Более того, мы могли использовать вопрос о членстве Еревана в ОДКБ как средство давления для разрешения конфликта.

Соответственно, надо будет в пожарном порядке выводить наши базы с территории Армении. Иначе мы рискуем быть втянутыми в чужой конфликт «ползучим» образом. Это было бы ошибочным особенно на фоне того, что Америка Трампа из внешних конфликтов выходит, а Китай их избегает. С.А. Караганов прав, когда говорит о неоизоляционизме как знаке нашего времени, и мы не должны тут отставать от других. Все в мире, НАТО в том числе, должно сначала рассыпаться, чтобы потом сложиться на новой основе.

Четвертое. Обращение к истории ничего не дает, только осложняет поиск урегулирования. Что Карабах, когда две трети исторической Армении находятся по ту сторону турецкой границы, а большая часть Азербайджана — на территории Ирана? История показала, что мы можем договариваться и с Турцией, и с Францией. Так, турки считают, что Париж и Лондон использовали их в Крымской войне против России. Нельзя принимать упреки о двойных стандартах и ссылки на прецеденты с участием глобальных держав, которые всегда будут «более равны», чем все остальные.

Пятое. Надо предложить сторонам разобраться, о чем идет речь — о территории или о правах населения. Легко было бы договориться во втором случае, так как это предполагало бы оптацию населения по разные стороны международно-признанной границы, а безопасность оставшихся, включая возвратившихся ВПЛ, могла бы обеспечить миротворческая миссия. Сложнее в первом случае, но тоже возможно. Стороны могли бы обменяться территориями, но именно своими, а не чужими, как это предполагается в израильско-палестинском урегулировании, только на совершенно справедливой и равноправной основе.

Наихудший вариант — это когда будут настаивать на абсолютном контроле над территорией Нагорного Карабаха. Тогда конфликт, как и в Палестине, приобретает экзистенциальный характер и надо ждать национальной катастрофы той или иной стороны в результате военного решения проблемы.

Шестое. Наша политическая культура — в отличие от западной — предполагает возможность признания ошибок и неудач и не зациклена на «сохранении лица». Поэтому нам будет легко признать поражение своих усилий по урегулированию (с полной открытостью относительно причин), «умыть руки» и предоставить решение проблемы другим. При этом не забывать, что в результате распада СССР мы обрели свои естественные границы и можем их защищать на любом направлении. Яркий пример обретенных нами преимуществ дает Украина, которая по непонятным причинам продолжает занимать умы участников многочисленных ток-шоу. Может, будет уместным обратиться и к опыту войны в Афганистане, которую Зб. Бжезинский записывал себе в заслугу как ключевой фактор кризиса советской системы.

Указанные факты могут показаться суровыми и даже дарвинистскими, но, как кто-то утверждал, «факты — упрямая вещь», как, впрочем, и то, что «патриотизм — последнее убежище негодяев» (С. Джонсон). И, наверное, пришло время посмотреть им в глаза, «обрубая концы» всей нашей износившейся вовлеченности в дела за пределами собственных границ, унаследованной от советского периода. Мы рисковали и до сих пор, а теперь будем рисковать еще больше, если не пересмотрим ситуацию кардинально. Достаточно представить, что было бы, если бы нашим западным «партнерам» удалось нас вовлечь в происходящее на Украине: просто не могло быть лучшего способа избавиться от Украины раз и навсегда, чем то, что произошло в действительности. И те, кто судят и рядят без умолку на украинскую тему, могли бы ограничиться тем, чтобы сожалеть по поводу незавидной судьбы этой страны и ее граждан, не более того. Как и для американцев, для нас пришло время заниматься собственными делами.

(Голосов: 15, Рейтинг: 3.4)
 (15 голосов)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся