Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.38)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Ксения Кузьмина

Независимый аналитик

Расширение взаимодействия в рамках концепции Индо-Тихоокеанского региона (ИТР), особенно на базе американской Стратегии открытого и свободного ИТР, рассматривается многими специалистами как направленное на сдерживание Китая в регионе. Хотя единства в ее понимании различными региональными игроками пока не достигнуто, как официальные документы ряда государств — ее наиболее активных пропонентов, так и развитие практического сотрудничества позволяют сделать вывод об обоснованности таких мнений. В этом контексте концепция ИТР и последствия ее продвижения для Китая привлекают большое внимание китайских академических кругов. Этим вопросам посвящен краткий доклад «Indo-Pacific Strategy and China’s Response», выпущенный в октябре 2019 г. Институтом китайско-американских исследований.

Расширение взаимодействия в рамках концепции Индо-Тихоокеанского региона (ИТР), особенно на базе американской Стратегии открытого и свободного ИТР, рассматривается многими специалистами как направленное на сдерживание Китая в регионе. Хотя единства в ее понимании различными региональными игроками пока не достигнуто, как официальные документы ряда государств — ее наиболее активных пропонентов, так и развитие практического сотрудничества позволяют сделать вывод об обоснованности таких мнений. В этом контексте концепция ИТР и последствия ее продвижения для Китая привлекают большое внимание китайских академических кругов. Этим вопросам посвящен краткий доклад «Indo-Pacific Strategy and China’s Response», выпущенный в октябре 2019 г. Институтом китайско-американских исследований.

Определенный интерес представляет не только содержание аналитического документа, но и организация, выпустившая документ, и его авторы. Институт китайско-американских исследований (Institute for China — America Studies) — один из немногих базирующихся в США китайских аналитических центров, призванный способствовать обмену идеями и мнениями между КНР и США. Деятельность центра, однако, не привлекла существенного внимания в США. Примечательно, что материал подготовили в соавторстве китайский и ланкийский эксперты: Ву Шицунь, президент Национального института по изучению Южно-Китайского моря (ЮКМ), — а ведь именно политика КНР в ЮКМ часто используется как пример нарушения Китаем устоявшихся норм и ущемления прав соседних государств, — и Джаянат Коломбаге, директор Центра индо-ланкийских инициатив и морского права Фонда Pathfinder. В свою очередь, опыт взаимодействия Китая и Шри-Ланки, по мнению западных и индийских экспертов, свидетельствует о продвижении Китаем военно-стратегических интересов в Индийском океане и использовании экономических инструментов для экспансии: из-за неспособности выплатить китайский кредит Коломбо передал Пекину в пользование порт Хамбантота. Шри-Ланка пока не спешит делать выбор между Китаем с Инициативой пояса и пути (ИПП) и партнерами, продвигающими Индо-Тихоокеанскую стратегию. Политика Шри-Ланки, кроме краткого указания на ситуацию с портом Хамбантота, однако, предметом рассмотрения в документе не является.

Возможно, именно ориентацией Института на американскую аудиторию, а также международным составом авторского коллектива объясняется более сдержанный тон доклада в отношении США, чем можно было бы ожидать с китайской стороны. Могли они обусловить и абстрактный характер рекомендаций по формулированию китайской политики.

Авторы используют для описания региона термин «Индо-Тихоокеанский», достаточно подробно анализируя историю его возникновения в международно-политическом дискурсе. При этом они приходят к выводу, что постепенная популяризация понятия связана именно с нарастанием обеспокоенности США и региональных игроков по поводу роста военно-стратегической и экономической мощи Китая и его усилий по развитию широких связей в регионе. При этом концепция ИТР рассматривается именно в контексте американо-китайского соперничества: антикитайская направленность развития взаимодействия и его нацеленность на поддержание гегемонии США прямо артикулированы авторами материала. Особое внимание они также уделяют экономическому компоненту стратегии с точки зрения попыток создать альтернативу Инициативе пояса и пути (ИПП).

Акцент в докладе сделан на подходах четырех сторонников ИТР: США, Японии, Австралии и Индии — стран Quad, который представляется экспертам одним из ключевых элементов стратегии. Продвижение Индо-Тихоокеанской стратегии США основывается на восприятии Китая как ревизионистской державы, которая ставит под угрозу интересы США в регионе и автономию региональных игроков. Основную заинтересованность Японии в инициативе авторы материала связывают как с опасениями по поводу «китайской угрозы», так и с необходимостью обеспечения свободы мореплавания и безопасности морских торговых путей. Австралия также видит в ИТР вызовы возвышения Китая, в частности его политика в ЮКМ и Восточно-Китайском море рассматривается как угроза порядку, основанному на правилах. Активное участие Индии в ИТР, по мнению авторов, обусловлено обеспокоенностью по поводу растущей вовлеченности КНР в дела Индийского океана — в этом регионе Дели считает себя лидером. При этом индийское понимание географических рамок Индо-Тихоокеанского региона не совпадает с американским.

Авторы документа отмечают, что у широкого круга региональных игроков, в частности стран Ассоциации государств Юго-Восточной Азии (АСЕАН), не сложилось единой позиции по сотрудничеству в рамках концепции. В то время как отдельные участники, в том числе Вьетнам, более активны в продвижении ИТР для обеспечения собственных интересов, другие страны занимают сбалансированную позицию, не желая делать выбор между двумя сторонами и стремясь совместить ИПП и ИТР. В видении АСЕАН преобладает кооперативность, акцент на общих интересах соразвития и процветания.

Несмотря на различия в подходах, четыре базовых страны ИТР сходятся в восприятии ИТР как пространства для сотрудничества по всем направлениям. По мнению авторов материала, такое сотрудничество направлено на сдерживание Китая и утверждение доминирования США, и в реализации этой стратегии Вашингтон видит своим основным партнером Дели.

Такая политика угрожает интересам Китая по ряду направлений от стратегического до экономического и морской безопасности. При этом Ш. Ву и Д. Коломбаге считают, что ее негативное влияние на позиции Китая будет ограниченным. Их скептическая оценка возможностей масштабной операционализации ИТР в ближайшее время представляется обоснованной. Действительно, ключевые сторонники ИТР пока не сформулировали единое видение, а большинство региональных игроков осторожно подходят к взаимодействию в таком формате, стремясь поддерживать баланс в своей внешней политике. Отдельно авторы отмечают недостаток финансовых ресурсов, который не позволяет создать альтернативу широкому инфраструктурному и экономическому сотрудничеству, предлагаемому в рамках ИПП. Они обращают внимание и на частую смену ответственных кадров в администрации президента США Дональда Трампа. Представляется, однако, что с учетом сохранения общего курса на сдерживание Китая последний фактор не имеет определяющего значения.

Пожалуй, главный — и достаточно очевидный — вывод доклада состоит в том, что ситуация одновременной стратегической конкуренции и экономической взаимозависимости США и Китая продлится еще долгие годы. Китайский и ланкийский эксперты выработали рекомендации по политике Китая в этих условиях, в основу которых положены принцип мирного разрешения споров и конструктивной характер желательной позиции КНР. Однако многие из них представляются слишком абстрактными.

Так, общим местом представляется утверждение, что Китай должен действовать как ответственный игрок, работая вместе со всеми акторами по вопросам общего интереса, включающим, например, антитеррористическую и антипиратскую деятельность, защиту окружающей среды и борьбу с пандемиями. В похожем тоне выдержана и рекомендация разрешать морские споры мирным путем на основе учета интересов всех участников. В отдельный блок выстраиваются рекомендации, связанные с экономическими практиками Китая и опровержения неверных представлений о них в государствах-партнерах, однако все они также носят достаточно общий характер без практической детализации.

Авторы также советуют Китаю не списывать со счетов США как мирового лидера, а также не исключать, что Д. Трамп может быть переизбран на второй срок. Вряд ли, однако, в Пекине остаются сомнения относительно какого-либо из этих обстоятельств. Желательно при этом, как рекомендуют эксперты, воздерживаться от демонизации США в официальной пропаганде.

Ш. Ву и Д. Коломбаге также обращают внимание на гуманитарную составляющую, призывая Китай на доброжелательной основе развивать двусторонние и многосторонние партнерства с использованием мягкой силы, научно-образовательной, культурной и религиозной дипломатии. Следует отметить, что подобные шаги, однако, в сложившемся климате могут нередко восприниматься Западом и рядом региональных государств как попытки навязать собственные представления и экспортировать свои практики.

Авторы материала призывают обратить внимание и на то, что китайцы сталкиваются с всплеском дискриминации за рубежом. Сегодня, с распространением пандемии COVID-2019, которая началась в Китае, это утверждение становится все более актуальным. Открытым, однако, остается вопрос, как с этой тенденцией бороться.


(Голосов: 8, Рейтинг: 4.38)
 (8 голосов)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся