Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.3)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Андрей Кортунов

К.и.н., генеральный директор и член Президиума РСМД, член РСМД

Можно по-разному оценивать значение и возможные последствия развернувшегося в Вашингтоне «Укргейта». Прозвучавшие обвинения Дональда Трампа в попытках использовать «украинскую карту», чтобы выбить демократа Джо Байдена из президентской гонки 2020 года, выглядят абсурдными для сторонников нынешнего хозяина Белого дома, но вполне убедительными для его противников. Не вдаваясь в детали продолжающегося разбирательства, попробуем оценить, что это скандал значит для Москвы, и как он способен повлиять на российско-американские и российско-украинские отношения.

Ослабленный Трамп и ослабленный Зеленский удобны для Кремля только в том случае, если целью российской политики является закрепление нынешнего статус-кво в Донбассе на неопределенно долгий срок. Разумеется, за пять лет конфликта на востоке Украины в России возникли, оформились и консолидировались силы, заинтересованные именно в таком варианте развития событий. Но сохранение статус-кво — это не только сползание к гуманитарной катастрофе на востоке Украины и не только тупик в российско-украинских отношениях. Это еще и дальнейшее углубление нынешнего раскола Европы, расширение пропасти между Россией и «совокупным Западом». Причем именно в тот момент, когда растущее бремя глобальных и региональных проблем настоятельно требует наведения мостов через эту пропасть. «Время — плохой союзник», любил говорить Уинстон Черчилль. В нынешнем кризисе время играет как против Киева, так и против Москвы.

Если же целью российской политики является решение проблемы Донбасса на основе пусть не идеального, но приемлемого для всех сторон компромиссного решения, то никаких причин радоваться «Укргейту» у российского руководства нет. Скорее наоборот — «Укргейт» создает дополнительную сложность для решения без того очень сложной задачи урегулирования украинского кризиса.


Можно по-разному оценивать значение и возможные последствия развернувшегося в Вашингтоне «Укргейта». Прозвучавшие обвинения Дональда Трампа в попытках использовать «украинскую карту», чтобы выбить демократа Джо Байдена из президентской гонки 2020 года, выглядят абсурдными для сторонников нынешнего хозяина Белого дома, но вполне убедительными для его противников. Не вдаваясь в детали продолжающегося разбирательства, попробуем оценить, что это скандал значит для Москвы, и как он способен повлиять на российско-американские и российско-украинские отношения.

Тактические преимущества и стратегические риски

На первый взгляд, «Укргейт» однозначно выгоден России. Уже по той причине, что новая склока неизбежно отодвигает на задний план надоевшую многим свару относительно возможного сговора Дональда Трампа с Кремлем в ходе избирательной кампании 2016 г. Тем более, что надежды демократов на расследования комиссии Мюллера в итоге не оправдались — никаких существенных доказательств такого сговора так и не было найдено. Если внимание в Вашингтоне хотя бы ненадолго переключится на Киев, в Москве смогут вздохнуть с облегчением.

Кроме того, публикация стенограммы телефонного разговора американского и украинского лидеров, содержащая не вполне дипломатичные высказывания последнего, создает новые проблемы для Владимира Зеленского. Прежде всего в общении с европейскими лидерами, о которых украинский президент отозвался не самым лучшим образом. Если между Киевом, Берлином и Парижем возникают новые трения, то логично предположить, что и давление на Киев со стороны европейских участников «нормандской четверки» будет расти. При том, что уровень поддержки украинских позиций со стороны США в итоге скандала может снизиться; Киев уже потерял в Вашингтоне одного из своих самых активных и последовательных сторонников в лице поспешно вышедшего в отставку посла Курта Волкера.

Но все-таки особых оснований для торжества в Кремле не просматривается. Тактический выигрыш от «Укргейга», скорее всего, будет перекрыт почти неизбежными стратегическими осложнениями для Москвы. Разворачивающийся скандал, несомненно, приведет к дальнейшему ослаблению Трампа, даже если его администрации удастся временно отбиться от наскоков демократов. А ослабленный Трамп — еще больше неразберихи, непоследовательности и непредсказуемости в политике США, в том числе и на российском направлении. Россия как была «токсичным активом» для нынешней администрации, так им и останется, несмотря ни на какие «Укргейты». Симптоматично, что даже в украинской истории сразу же начали искать «российский след», причем поиски инициировал не какой-нибудь безответственный маргинальный журналист, а лично спикер палаты представителей Конгресса США Нэнси Пелоси.

Ослабление Владимира Зеленского в результате «Укргейта» тоже не слишком выгодно Москве: ведь этим ослаблением воспользуется не столько «Оппозиционная платформа» Юрия Бойко, сколько «Европейская солидарность» Петра Порошенко, не говоря уже о более радикальных националистических группировках. Ослабленный и неуверенный в себе Зеленский едва ли будет способен преодолеть упорное сопротивление значительной части украинской элиты, не приемлющей ни «формулы Штайнмайера» в частности, ни Минских соглашений в целом.

Заметим кстати, что многие сложности в общении с Петром Порошенко возникали у Кремля не потому, что «шоколадный президент» изначально был отъявленным русофобом, фанатичным западенцем или сознательным обманщиком. Но потому, что Порошенко оказался слабым лидером, и эта слабость превращала его в политического оппортуниста, ненадежного партнера, заставляя все больше ориентироваться на радикальных националистов. При том, что радикальный национализм вряд ли был органичен по духу успешному олигарху-космополиту, который и украинский язык выучил в весьма зрелом возрасте. Похожую метаморфозу за несколько лет до Порошенко проделал и другой слабый украинский президент — Виктор Ющенко.

Закрепление статус-кво или решение проблемы?

Ослабленный Трамп и ослабленный Зеленский удобны для Кремля только в том случае, если целью российской политики является закрепление нынешнего статус-кво в Донбассе на неопределенно долгий срок. Разумеется, за пять лет конфликта на востоке Украины в России возникли, оформились и консолидировались силы, заинтересованные именно в таком варианте развития событий. Но сохранение статус-кво — это не только сползание к гуманитарной катастрофе на востоке Украины и не только тупик в российско-украинских отношениях. Это еще и дальнейшее углубление нынешнего раскола Европы, расширение пропасти между Россией и «совокупным Западом». Причем именно в тот момент, когда растущее бремя глобальных и региональных проблем настоятельно требует наведения мостов через эту пропасть. «Время — плохой союзник», любил говорить Уинстон Черчилль. В нынешнем кризисе время играет как против Киева, так и против Москвы.

Если же целью российской политики является решение проблемы Донбасса на основе пусть не идеального, но приемлемого для всех сторон компромиссного решения, то никаких причин радоваться «Укргейту» у российского руководства нет. Скорее наоборот — «Укргейт» создает дополнительную сложность для решения без того очень сложной задачи урегулирования украинского кризиса.

Помочь Дональду Трампу Москва не может — любая поддержка Белого дома из Кремля была бы долгожданным подарком для политических оппонентов американского президента. А вот помочь Владимиру Зеленскому можно и нужно. Арсенал средств для этого имеется самый широкий — от демонстрации нового уровня гибкости на переговорах до символически односторонних шагов, от коррекции официальной и полуофициальной риторики до создания новых каналов коммуникации. И главное — российской политике в отношении Украины срочно требуется восполнить дефицит эмпатии, без которой эта политика никогда не будет по-настоящему успешной.

Что же касается сторонников сохранения статус-кво на востоке Украины, то хотелось бы задать им простой вопрос: когда и при каких обстоятельствах, по их мнению, условия для договоренности по Донбассу окажется более благоприятными, чем сегодня? Когда украинским президентом станет Виктор Медведчук, а «Оппозиционная платформа» получит конституционное большинство в Верховной Раде? Когда ДНР и ЛНР превратятся в украинские аналоги Тайваня или Гонконга? Когда МФВ, Всемирный Банк, ЕБРР, Евросоюз и НАТО демонстративно захлопнут свои двери перед эмиссарами из Киева?

После израильско-арабской Шестидневной войны 1967 г. в Советском Союзе был популярен такой анекдот: «Кутузов заманил Наполеона в Москву, дождался морозов и разбил его. Жуков заманил Гитлера в Сталинград, дождался морозов и разбил его. Гамаль Абдель Насер заманил Моше Даяна в Синай и ждет морозов». Вероятность того, что в обозримом будущем произойдет одно из перечисленных в предыдущем абзаце событий, примерна равна вероятности прихода русских морозов на Синайский полуостров.

Впервые опубликовано в Le Courrier de Russie.


(Голосов: 10, Рейтинг: 4.3)
 (10 голосов)

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся