Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.75)
 (8 голосов)
Поделиться статьей
Иван Тимофеев

К.полит.н., программный директор РСМД, член РСМД

Мы находимся на пороге принципиального нового типа отчуждения и принципиально нового тоталитаризма, который, конечно, будет прятаться под лозунгами либеральной демократии на Западе или же оправдываться национализмом и иными идеологиями за его пределами. Здесь же — и новый тип войны. Потенциально более расчеловеченный, но гораздо более эффективный в способности достать до каждого человека. Причём необязательно кинетическим путём.

Новые чудовища вырастают вместе со старыми добрыми политическими противоречиями. В этом смысле Макрон и другие, конечно, правы. Плодами рациональности в политических целях стремится воспользоваться не только Евроатлантическое сообщество. У России, Китая и других есть на то серьёзные основания. Ведь «в случае чего» чудовище может сдержать только одно — другое чудовище. Беспрецедентно современный мир вновь оказывается в состоянии вековой анархии, в которой культивация чудовищ — единственный способ выжить.

Однако наиболее тревожный симптом современности, конечно же, в другом. В конце концов, анархия и присущие ей войны — относительно привычное дело, хотя от больших войн на Западе успели отвыкнуть. Гораздо более серьёзная проблема — отсутствие того уровня рефлексии нарождающихся проблем, который был присущ XIX и ХХ веку. В отсутствие такой рефлексии балансировка проблем будет куда как более сложной, если вообще возможной. «Сумерки Запада» наступят тогда, когда новый тип тоталитаризма заставит замолчать рефлексию. А будущее человечества будет определяться там, где возникнет возможность для свободной мысли, прорастающей через асфальт тотального надзора.

Недавнее выступление президента Франции Эммануэля Макрона перед послами республики отметилось тезисом о завершении доминирования Запада в международных делах. Мысль французского президента вполне соответствует духу времени. Тезис о тектонических изменениях мирового порядка и переходе к новой модели мира обсуждается уже давно. Растущие противоречия США и КНР, а также острое соперничество России и Запада после 2014 года подогревает ожидание скорых перемен. В самой России тезис об упадке Запада и формировании полицентричного мира вообще считается аксиомой. О подобных тенденциях вполне серьёзно и уже достаточно давно говорят в США, опасаясь за судьбу американского лидерства, а с ней — и за будущее «либерального мирового порядка». И всё же стройность голосов политиков и экспертов порождает желание посмотреть на ситуацию под иным углом.

Идея о возможном упадке Запада обсуждается как минимум последнее столетие, то есть ей свойственна большая интеллектуальная традиция, далеко выходящая за пределы текущей политической конъюнктуры. Причём главный вопрос — не только и не столько в том, сможет ли Запад оставаться политическим гегемоном. Ведь в конечном итоге господство определялось подавляющим материальным превосходством, а оно, в свою очередь, — рядом нормативных принципов, на которых и строилась «западная цивилизация». Ключевым таким принципом является рациональность, вера в преобразующую и безграничную силу человеческого разума. В экономике её воплощением стал современный капитализм, в политике — власть правил и обезличенной бюрократии. Даже культура встала на рациональные рельсы, превратившись в индустрию производства образов и контента. Массовая рациональность, способность сделать рациональную практику массовым явлением — это западный феномен. Массовое потребление, организованная промышленность, всеобщие выборы и всеобъемлющая бюрократия, проникновение надзора в глубокую ткань общества, в том числе через институты образования и медицины. Всё это хорошо описано в литературе.

Однако рациональность имела и оборотную сторону. До каких пределов можно рационально управлять и организовывать общество, политику, международные отношения? Может ли рациональная схема дать сбой, приведя к непредсказуемым последствиям? Насколько человек может оставаться самим собой в процессе всё более совершенного надзора? Рационалистический Запад периодически порождал чудовища, которые неизменно вызывали большие сомнения в его будущем. И каждый раз он умудрялся усмирять их, находя более или менее эффективные средства от перегибов собственной природы.

Социальные издержки капитализма ХIX и первой половины ХХ века были столь огромны, что мысль о его неизбежной кончине для многих была самоочевидной. Индикатором может служить мощь и распространение левых идей по всему миру. Причём именно в них были найдены оптимальные пути снижения издержек. Социализм оказался нереализуемой утопией, но оказал огромное влияние на балансировку и стабилизацию капиталистических систем.

Другим чудовищем стал тоталитаризм. Сегодня модно заявлять о том, что Запад является воплощением «либеральной демократии», которая противопоставляется не-западному «авторитаризму». Принято, например, говорить о демократическом Западе и авторитарной России, автократическом Китае и так далее. Однако тоталитаризм (или авторитаризм как его более мягкая форма) имеет западное происхождение. Массовое, тотальное, всеобъемлющее и рационально организованное подавление общества — оборотная сторона рационализации политики. Практику с удовольствием приняли на вооружение «не-западные» деспотии. Но сам Запад серьёзно переболел тоталитаризмом в самых разных вариациях и под самыми благовидными лозунгами. Он же выработал эффективные формы сдерживания организованного и бесконтрольного насилия.

Индустриализация насилия и массовые войны — ещё одно чудовище. Обе мировые войны выстраивались вокруг противоречий между западными державами. Их масштаб давал все основания говорить о скором самоубийстве Запада. Однако и здесь его кончины не произошло. Он консолидировался и вывел из игры своего ключевого соперника в лице Советского Союза. Интересно, что и сам СССР довольно трудно назвать не-западным проектом. Политические противоречия провели демаркационную линию между «Западом» и «Востоком». Но она была весьма условна, ведь советский социализм базировался на тех же принципах рациональности. И по-своему должен был решать все западные дилеммы. Только у нас они получили своё специфическое воплощение. И работа над ошибками оказалась куда как менее удачной.

Иными словами, на протяжении последних двух–трёх столетий западная рациональность порождала мощную энергетику, которая позволила совершить колоссальный скачок в развитии. Она же приводила к колоссальным издержкам и перегибам, всерьёз дававшим основания говорить о скорой кончине Запада. И она же давала возможность рациональной рефлексии и последующей стабилизации.

Проблема современного миропорядка — глубже, чем просто переход от «однополярного мира к многополярному». Строго говоря, эта мантра ничего не объясняет. Как и другие мантры. О неизбежной победе демократии над авторитаризмом, например. Мы имеем дело с омертвевшими интеллектуальными конструкциями. Массовая популярность и зацикленность на них политиков и экспертов — один из признаков омертвения.

По всей видимости, мы находимся в том периоде, когда западная рациональность выходит на новый уровень. Он предполагает скачок в развитии. Но он же порождает и новые чудовища. Достигнутый уровень технологий позволяет проникнуть вглубь человеческой индивидуальности беспрецедентно глубоко. Он же позволяет заменить индивидуальность. В экономике идёт процесс расчеловечевания производства и одновременно скачок в эффективности контроля труда. Время современного работника, а заодно и множество других параметров — от движения зрачков до активности мозга, можно контролировать по секундам. Эффективный контроль с радостью адаптируют на политическом уровне. Современные технологии позволяют добиться столь высокого уровня отчуждения человека от своей природы и своего «Я», который и не снился Марксу, Фромму, Адорно, Маркузе и критикам репрессивной рациональности. Если раньше паноптикум Фуко был ограничен физическими границами человеческого тела, то теперь он проникает вглубь человеческой психики. «Система» может знать о нас гораздо больше, чем мы сами.

Мы находимся на пороге принципиального нового типа отчуждения и принципиально нового тоталитаризма, который, конечно, будет прятаться под лозунгами либеральной демократии на Западе или же оправдываться национализмом и иными идеологиями за его пределами. Здесь же — и новый тип войны. Потенциально более расчеловеченный, но гораздо более эффективный в способности достать до каждого человека. Причём необязательно кинетическим путём.

Новые чудовища вырастают вместе со старыми добрыми политическими противоречиями. В этом смысле Макрон и другие, конечно, правы. Плодами рациональности в политических целях стремится воспользоваться не только Евроатлантическое сообщество. У России, Китая и других есть на то серьёзные основания. Ведь «в случае чего» чудовище может сдержать только одно — другое чудовище. Беспрецедентно современный мир вновь оказывается в состоянии вековой анархии, в которой культивация чудовищ — единственный способ выжить.

Однако наиболее тревожный симптом современности, конечно же, в другом. В конце концов, анархия и присущие ей войны — относительно привычное дело, хотя от больших войн на Западе успели отвыкнуть. Гораздо более серьёзная проблема — отсутствие того уровня рефлексии нарождающихся проблем, который был присущ XIX и ХХ веку. В отсутствие такой рефлексии балансировка проблем будет куда как более сложной, если вообще возможной. «Сумерки Запада» наступят тогда, когда новый тип тоталитаризма заставит замолчать рефлексию. А будущее человечества будет определяться там, где возникнет возможность для свободной мысли, прорастающей через асфальт тотального надзора.

Впервые опубликовано на сайте Международного дискуссионного клуба «Валдай».

Оценить статью
(Голосов: 8, Рейтинг: 4.75)
 (8 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся