Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 9, Рейтинг: 3.44)
 (9 голосов)
Поделиться статьей
Данил Бочков

Магистратура МГИМО МИД России. Бакалавр Зарубежного регионоведения (Экономическое и политическое развитие стран Востока: Китай) Института бизнеса и делового администрирования РАНХиГС при Президенте РФ, эксперт РСМД

В настоящий момент заметно проявился идеологический компонент американо-китайской конфронтации, когда в адрес не столько Китая, сколько КПК начали сыпаться обвинения в распространения коронавируса. Еще в январе госсекретарь США М. Помпео назвал компартию Китая «главной угрозой» нашего времени. Ранее директор по политическому планированию Государственного департамента США — Кирон Скиннер утверждала, что «[США] впервые столкнулись с конкурентами, представителями небелой расы» (non-Caucasian). Выступая на пресс-конференции 20 мая, Майк Помпео обобщил все ключевые вопросы, которые вызывают недовольство в США. В частности, он отметил, что США не устраивает политика КНР по отношению к Тайваню, Гонконгу, Южно-Китайскому морю, а также продвижение китайских технологий 5G, политика в области здравоохранения и обороны.

Набор претензий США к Китаю приобретает все более комплексный характер. Список проблем, вызывающих сильное недовольство в Вашингтоне, может быть разделен на экономические и идеологические, а также на вопросы безопасности. Для обеспечения сильных позиций в долгосрочном противостояния с Китаем США необходимо больше инструментов для маневра, нежели меры исключительно экономического и дипломатического давления.

Тайвань имеет выгодное стратегическое положение вблизи КНР, симпатизирует США и идеологически близок. Важно, что желание углубить связи исходит и от администрации острова, что придает большую устойчивость американо-тайваньскому партнёрству. На данный момент трудно прогнозировать конкретный сценарий развития отношений в треугольнике США — Тайвань — КНР, но уже сейчас понятно, что стороны будут активнее противостоять наращиванию военного потенциала друг друга.

Вероятно, что Тайвань будет пытаться сохранить хрупкий мир с Пекином, но делать ему это будет все сложнее. Ведь судя по свежим заявлениям руководства обеих сторон, количество вопросов, по которым достигнут консенсус, неизбежно сокращается. В то же время Тайвань, вероятно, продолжит курс на укрепление стратегического партнёрства с Вашингтоном, в первую очередь в вопросах безопасности.

Тайвань будет открыт любым внешнеполитическим предложениям США по углублению контактов, но будет делать это с осторожностью, чтобы не спровоцировать чрезмерно негативной реакции со стороны Пекина. США будут все больше усиливать свое присутствие в регионе с опорой на Тайвань и других союзников, так как в условиях нарастающей конфронтации им необходимо расширить спектр применяемых инструментов для сдерживания Китая. Одной из эффективных мер может стать «карта Тайваня», которую США уже начали активно разыгрывать. На этом этапе им важно соблюдать красные линии, обозначенные Пекином. В противном случае, Вашингтон, сильно заигравшись, может потерять свой главный козырь, спровоцировав военный кризис по обе стороны Тайваньского пролива.


Ослабление сложившихся на базе отмирающего «либерального международного порядка» экономических и политических связей между государствами все больше снижает их зависимость друг от друга, тем самым уменьшая ущерб (по принципу домино) от возможных агрессивных действий и их негативных последствий. В новом складывающемся мировом порядке (будь то биполярный, многополярный или вовсе бесполюсный с отдельными центрами силы и коалициями ad hoc) государства будут все больше опираться исключительно на собственные ресурсы по принципу «каждый сам за себя», где вместо инструментов мягкой силы все чаще будут прибегать к жесткому давлению. Тренд на национальную автономность от многосторонних структур ясно продемонстрировал опыт пандемии 2020 г.: международные форматы сотрудничества показали свою неэффективность, государственные границы даже внутри ЕС моментально закрылись, и страны действовали под девизом «спасайся, кто может».

Очевидно, что в условиях «осыпающегося мира», где на первое место выходят национальные государства, продвигающие исключительно собственную повестку без оглядки на многосторонние институты, сильнее активизируются процессы деглобализации. Такое положение дел во многом оказывает влияние на формирование региональной политики отдельных стран, которая становится ориентированной на двусторонние форматы и объединение в небольшие группы ключевых региональных игроков. Это проявляется как в продвижении концепции Индо-Тихоокеанского региона, так и в активизации в ее рамках отношений с Тайванем.

Пожалуй, главным симптомом тяжелой болезни, настигшей мировую политику в период COVID-19, стало резкое обострение китайско-американских отношений, которые в последние годы были и без того достаточно напряженными. Все чаще стали появляться угрожающие прогнозы о скатывании мира в новую холодную войну, что, вероятно, можно расценивать скорее как метафорическое сравнение, ведь нынешний характер китайско-американской конфронтации по многим параметрам отличается от всеобъемлющего советско-американского антагонизма 1945–1991 гг.

Внешнеполитический фон отношений США, Тайваня и КНР

США и КНР пытаются уверенно держать удар и не идут на взаимные уступки, что внутри стран могут расценить как слабость. Это актуально и для предвыборной гонки в США, где оба кандидата — Д. Трамп и Д. Байден — соревнуются в том, кто сильнее накажет Китай. Важно это и для китайского общества, где традиционные экономические успехи, макроэкономическая стабильность и рост благосостояния общества всегда были главным активом Коммунистической партии Китая.

В настоящий момент заметно проявился идеологический компонент американо-китайской конфронтации, когда в адрес не столько Китая, сколько КПК начали сыпаться обвинения в распространения коронавируса. Еще в январе госсекретарь США М. Помпео назвал компартию Китая «главной угрозой» нашего времени. Ранее директор по политическому планированию Государственного департамента США — Кирон Скиннер утверждала, что «[США] впервые столкнулись с конкурентами, представителями небелой расы» (non-Caucasian). Выступая на пресс-конференции 20 мая, Майк Помпео обобщил все ключевые вопросы, которые вызывают недовольство в США. В частности, он отметил, что США не устраивает политика КНР по отношению к Тайваню, Гонконгу, Южно-Китайскому морю, а также китайские технологии 5G, политика в области здравоохранения и обороны.

21 мая на сайте Белого дома был опубликован текст документа — «Стратегический подход США в отношении КНР», предназначенный профильным комитетам Конгресса США. В нем повторяется тезис о «конкурентном» характере двусторонних отношений. В документе подчёркивается, что Китай стремится изменить международный порядок, чтобы сделать его соответствующим собственным интересам и идеологии. Для этого Китай прибегает к экономическим, политическим и военным средствам. Основные группы претензий США разделены на три группы: экономика, ценности и безопасность.

В вопросах экономики Китай обвиняют в нечестных торговых практиках, нарушении правил ВТО и международных соглашений, протекционизме. Также под критику попадает Инициатива пояса и пути, которая призвана усилить положение китайских компаний, что неизбежно подрывает позиции местного бизнеса в государствах-партнерах. Что касается ценностей, КПК продвигает свою модель управления, делая акцент на том, что она лучше, чем принятые модели в развитых странах Запада. В области безопасности отмечаются агрессивные действия Китая в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, Желтом море, Тайваньском проливе и на индийско-китайской границе.

Сегодня США в своем противостоянии с Китаем все чаще прибегают к вопросам защиты прав человека в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) и демократии в Гонконге и на Тайване. Нарастающий градус конфронтации требует более действенных мер со стороны руководства США. В этой связи американцы активизируют свою политику в отношении тех вопросов, которые считаются чувствительными в КНР и по которым есть растущая неопределённость (Тайвань и Гонконг).

«Карта Тайваня» в американо-китайских отношениях

Китай считает Тайвань своей неотъемлемой территорией, в то время как США поддерживают с островом неофициальные контакты, хотя с момента установления дипломатических отношений с КНР в 1979 г. следуют «политики одного Китая». Тема Тайваня в отношениях двух стран становится более чувствительной, однако она совсем не нова. С приходом администрации Д. Трампа отношения США и Тайваня получили новый импульс к развитию. В 2018 г. США одобрили закон о взаимных визитах делегаций США и Тайваня, который повышает уровень официальных контактов. В том же году США открыли новое здание своего представительства на острове — Американский институт на Тайване (АИТ). В церемонии участвовала заместитель Госсекретаря США по вопросам образования Мэри Ройс. Хотя данный жест и был скорее символическим, основной целью стало подтверждение приверженности США тесным связям с островом.

Основная критика китайских властей (МИДа и других органов) традиционно сводится к неприятию каких-либо контактов между Вашингтоном и Тайбэем на официальном уровне. В 2018 г. Канцелярия по делам Тайваня при Госсовете КНР выразила недовольство визитом чиновников США на церемонию открытия АИТ в Тайбэе: «Твердо протестуем против любых форм официальных контактов между США и Тайванем». Поэтому любое направление американской стороной чиновников на Тайвань для участия в мероприятиях под различными предлогами является серьезным нарушением принципа одного Китая и оказывает негативное влияние на отношения между двумя странами. Официальные лица КНР неоднократно подчеркивали, что вопрос Тайваня касается суверенитета и территориальной целостности Китая и поэтому является наиболее важным и деликатным вопросом в китайско-американских отношениях.

Отношения двух стран сильно осложнены различными спорными вопросами, включая экономическое соперничество, связанное с «торговой войной» и угрозами применения санкций. С этой точки зрения чувствительность тайваньского вопроса и степень его влияния на другие аспекты китайско-американских отношений, безусловно, возрастает. Ситуация все больше нагнетается действиями главы администрации острова Цай Инвэнь. Церемония ее инаугурации на второй срок состоялась 20 мая в Тайбэе [1]. Г-жа Цай вступила на свой второй президентский срок с противоречивыми заявлениями. В частности, она сказала, что не приемлет принижающую Тайвань концепцию «одна страна, две системы», которую предлагает Пекин по образцу с Гонконгом. Кроме того, как и в 2016 г. она не упомянула важный для Пекина консенсус 1992 г. (концепция «единого Китая, разных интерпретаций власти»). Причем, если в прошлый раз г-жа Цай несколько раз касалась 1992 г. как важной вехи в отношениях с материком, то в нынешнем году данная дата исчезла полностью. В инаугурационной речи этого года больше внимания уделено вопросам экономического и социального развития острова, улучшения его обороноспособности и месту на мировой арене. Последнее взывает наибольшее раздражение в Пекине.

Например, г-жа Цай отметила, что медицинская продукция с надписью «Тайвань» стала распространённым явлением в мире на фоне пандемии. Она подчеркнула, что остров может играть более активную роль в процветании Индо-Тихоокеанского региона (термин, применяемый США в противовес Азиатско-Тихоокеанскому региону, который использует Пекин). В речи главы острова отдельным параграфом было выделено «активное международное участие» Тайваня. Раздел об отношениях с материковым Китаем получился небольшим и сдержанным. Была вновь повторена приверженность мирному и стабильному развитию двусторонних контактов. Вместе с тем в заключении было подчеркнуто, что Тайвань «устоял под давлением агрессии и [попыток] аннексии».

В прошлом году Цай Инвэнь в одном из выступлений вместо общепринятого названия «Китайская Республика» (中华民国) сформулировала новое — «Китайская Республика Тайвань» (中华民国台湾), которая, по ее мнению, является всеобщим понятием, охватывающим всех тайванцев, своего рода общественным консенсусом. Это может говорить о том, что у острова и материка разные исторические пути. Китайская Республика здесь — особая общность, уже практически не связанная с Китайской Республикой, основанной Сунь Ятсеном, и тем более не связанная с материком. В ходе того же выступления Цай отметила, что принятие концепции «одна страна, две системы» сродни смерти Китайской Республики. Формулу «Китайская Республика (Тайвань)» Цай Инвэнь несколько раз повторила и в инаугурационной речи 20 мая 2020 г.

Главным камнем преткновения стало первое в истории современных американо-китайских отношений официальное поздравление главы Государственного департамента США в адрес главы администрации Тайваня. В своем поздравлении М. Помпео обращается к г-же Цай «Президент Тайваня», а также призывает к укреплению двусторонних связей и дальнейшему процветанию партнерства. Можно вспомнить телефонный звонок Цай Инвэнь Д. Трампу в 2016 г. с тем, чтобы поздравить его с избранием на пост президента США (первый телефонный разговор лидеров США и Тайваня с 1979 г.). Однако тогда недопонимание удалось быстро уладить, и спустя два месяца Д. Трамп в разговоре с Председателем КНР Си Цзиньпином подтвердил приверженность США «политике одного Китая».

На поздравление М. Помпео обратил внимание МИД КНР, который назвал его вмешательством во внутренние дела Китая, грубым нарушением принципа «Одного Китая» и трех совместных коммюнике между правительствами КНР и США 1972, 1979, 1982 гг. Критика касалась и поздравлений других высокопоставленных лиц США. В частности, заместитель советника по национальной безопасности США Мэттью Поттингер поздравил г-жу Цай на китайском языке: «Тайвань показывает, что дух демократии не является только американским или западным — он всеобщий». Также поздравление поступило от помощника Госсекретаря США по делам Восточной Азии и Тихого океана Дэвида Стилвелла .

При этом официальный Пекин называет сепаратистские движения Тайваня (на ряду с сепаратизмом на Тибете и в СУАР) одной из ключевых угроз единству страны. В ходе своего прошлогоднего доклада Всекитайскому собранию народных представителей (ВСНП) по итогам работы в 2018 г. премьер КНР Ли Кэцян, комментируя отношения с Тайванем, говорил, что «Китай продолжит продвигать мирное воссоединение» с островом. В докладе этого года из речи премьера исчезла фраза о «мирном» воссоединении и осталось просто «продвижение воссоединения». В прошлом году Китай не исключал возможность применения силы против острова с целью подавления возможного всплеска сепаратизма.

24 мая на пресс-конференции в ходе 3 сессии ВСНП 13 созыва министр иностранных дел КНР Ван И предостерег США от попыток вмешиваться во внутренние дела КНР через «чувствительный тайваньский вопрос». Министр посоветовал США «избавиться от надуманных иллюзий и внутриполитических расчетов». Он также обвинил власти Тайваня в сворачивании контактов по международным вопросам с материком и подчеркнул, что «воссоединение двух берегов — это историческая предопределенность и никто и ничто не способно этому помешать». Такие резкие заявления официальных лиц лишний раз отражают сильное недовольство Пекина действиями США и Тайваня.

В условиях ухудшения двусторонних отношений между Вашингтоном и Пекином США для страхования возможных рисков вынуждены укреплять свое стратегическое присутствие в регионе, где оптимальными инструментами давления на Китай являются Гонконг и Тайвань. Разумеется, ограниченная степень автономии Гонконга от центральных властей не позволяет США закрепиться там на более устойчивых позициях. Это во многом раздражает США, которые все чаще критикуют Пекин за вмешательство во внутренние дела города. «Карта Тайваня» в этом смысле может стать козырем в колоде внешнеполитических инструментов США в отношении балансирования Пекина. Подобным образом действовала администрация Д. Картера в конце 1970-х гг., когда США разыгрывали «карту Тайваня» в обратном направлении — сворачивали официальные связи и военные поставки на остров, с тем чтобы заручиться поддержкой Пекина в противостоянии с СССР.

Неслучайно Тайвань стал одной из главных тем в противостоянии США и КНР на площадке Всемирной организации здравоохранения. Д. Трамп неоднократно хвалил эффективные меры руководства острова в борьбе с пандемией. В то же время президент США осуждал действия Китая по блокированию предоставления Тайваню статуса наблюдателя при ВОЗ. Укрепление отношений с Тайванем для США носит долгосрочный и стратегический характер. Еще более оно усиливается аналогичными стремлениями со стороны руководства самого острова, которое заинтересовано в углублении партнерства с США для совместного противостояния возможной агрессии со стороны Пекина.

США также пытаются помочь Тайваню расширить свое дипломатическое присутствие в мире. В марте 2020 г. обе палаты Конгресса единогласно одобрили Акт о международной инициативе по защите и усилению союзников Тайваня (Taiwan Allies International Protection and Enhancement Initiative (TAIPEI) Act of 2019). Его целью является продвижение интересов Тайваня на всех международных площадках, где присутствуют Соединенные Штаты. США также обязуются поддерживать международные дипломатические связи Тайваня с другими странами. Данный шаг США призван противостоять так называемой «охоте Пекина» на международных партнёров острова. В 2016–2018 гг. Тайвань потерял 5 дипломатических партнёров и еще 2 — за 2019 г.

Вопрос безопасности в трехсторонних отношениях США, Тайваня и КНР

Представляется, что в условиях нового посткоронавирусного мирового порядка США будут и дальше активно укреплять свои связи с ключевыми партнерами в АТР, с тем чтобы усилить сдерживание Китая. Укрепление отношений по линии США — Тайвань не может не беспокоить Китай. В то же время руководство острова пытается подготовиться к возможной агрессии материка. Особое место Тайваню отведено и в упомянутом документе — «Стратегический подход США в отношении КНР». США продолжат развивать отношения с островом и помогать поддерживать надежный уровень самообороны в том качестве и количестве, который будет соизмерим «угрозе со стороны КНР».

Большая часть иннаугурационной речи Цай Инвэнь этого года также посвящена повышению уровня самообороны острова. Значительный акцент сделан на обновление вооружений и проведение ассиметричных операций. Например, когда одна сторона заведомо находится в невыгодном положении и вынуждена применять широкий спектр различных видов вооружения — ракет, торпед, а также новейших разработок (беспилотных летальных аппаратов, морских дронов, кибероружия и пр.).

Недавно появилась информация о том, что Тайвань намерен значительно нарастить выпуск ракет средней дальности, которые могут поражать цели на территории материкового Китая. Некоторые отмечают, что наращивание количества ракет необходимо Тайваню, чтобы можно было продержаться до прихода помощи США в случае нанесения серии ударов по острову со стороны Китая.

Наращивая вооружения и улучшая систему обороны, Тайвань готовится к ответу на угрозу со стороны Китая. Военный бюджет КНР на 2020 г., несмотря на общий спад в экономике, больше на 6,6% по сравнению с прошлым годом и составит 178 млрд долл. (167 млрд долл. в 2019 г.). Военный бюджет страны ежегодно растет начиная с 1990-х гг.

После прихода администрации Д. Трампа произошел заметный рост сотрудничества США и Тайваня. За 2019 г. США продали вооружение Тайваню на сумму 10 млрд долл. (для сравнения, в 2017 г. объем составил 1,42 млрд долл., а в 2019 г. – 2 млрд долл.). 21 мая США одобрили возможную продажу Тайваню 18 торпед и сопутствующего оборудования на сумму 180 млн долл. В 2019 г. Тайвань закупил у США крупнейшую с 1992 г. партию военных самолетов.

США также активизируют свое военное присутствие в акватории Южно-Китайского моря вблизи острова, в том числе и в районе Тайваньского пролива. В апреле США осуществили второй за месяц проход военных кораблей через пролив. Одновременно с этим 11 и 12 апреля Китай провел масштабные маневры в районе Тайваня. 11 апреля первый китайский авианосец «Ляонин» возглавил группу из 5 кораблей, которые прошли через пролив Мияко к востоку от Тайваня. За начало этого года ВВС США осуществили порядка 40 воздушных патрулей в районе Южно-Китайского моря, что в три раза больше, чем за весь 2019 г. За первые месяцы 2020 г. США осуществили 4 операции по обеспечению свободы судоходства, в то время как за весь прошлый год было проведено 8 подобных патрулей.

В апреле Индо-Тихоокеанское командование США попросило Конгресс дополнительно выделить 20 млрд долл. на период 2020–2026 гг. для «сдерживания» Народно-освободительной армии Китая. В планах командования — усилить корпус морской пехоты США противокорабельными ракетами наземного базирования, которые вплоть до прошлого года были запрещены Договором о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД) 1987 г. и применялись США только в качестве ракет морского базирования. В 2019 г. Д. Трамп объявил о выходе США из ДРСМД. Выход из соглашения снимает с США ограничения на применение ракет средней и меньшей дальности наземного базирования, в связи с чем планируется вооружить морских пехотинцев США ракетами «Томагавк», которые для начала будут применяться в тестовом режиме в 2022 г.

Этот шаг призван усилить наступательный потенциал американского флота в Тихоокеанском регионе. Усиление военного потенциала США в регионе ракетами наземного базирования призвано сдерживать Китай в границах первой островной линии, которая состоит из Японии, Тайваня, Филиппин и Калимантан (Борнео). И хотя на первом этапе небольшое количество ракет наземного базирования сильно не изменит баланс сил в регионе, увеличение их количества и дальности вместе с аналогичным вооружением Тайваня и Японии будет представлять серьезную угрозу силам КНР. В 2019 г. Минобороны КНР заявляло, что Китай не будет «стоять в стороне», если США разместят ракеты наземного базирования в АТР.

Риторика холодной войны все больше нарастает и сопровождается гонкой вооружений в районе Тайваньского пролива. Активная роль США в регионе, серьезные опасения руководства Тайваня, растущая конфронтация в американо-китайских отношениях — все это усиливает опасность военной эскалации в регионе. И хотя Цай Инвэнь неоднократно заявляла, что Тайвань будет придерживаться сохранения статус-кво с Пекином и поддерживать стабильность и мир, гарантировать это будет все сложнее с учетом общего роста напряженности и ужесточения риторики со стороны КНР.

***

На данный момент набор претензий США к Китаю приобретает все более комплексный характер. Список проблем, вызывающих сильное недовольство в Вашингтоне, может быть разделен на экономические и идеологические, а также на вопросы безопасности. Для обеспечения сильных позиций в долгосрочном противостояния с Китаем США необходимо больше инструментов для маневра, нежели меры исключительно экономического и дипломатического давления.

Тайвань имеет выгодное стратегическое положение вблизи КНР, симпатизирует США и идеологически близок. Важно, что желание углубить связи исходит и от администрации острова, что придает большую устойчивость американо-тайваньскому партнёрству. На данный момент трудно прогнозировать конкретный сценарий развития отношений в треугольнике США — Тайвань — КНР, но уже сейчас понятно, что стороны будут активнее противостоять наращиванию военного потенциала друг друга.

Вероятно, что Тайвань будет пытаться сохранить хрупкий мир с Пекином, но делать ему это будет все сложнее. Ведь судя по свежим заявлениям руководства обеих сторон, количество вопросов, по которым достигнут консенсус, неизбежно сокращается. В то же время Тайвань, вероятно, продолжит курс на укрепление стратегического партнёрства с Вашингтоном, в первую очередь в вопросах безопасности.

Тайвань будет открыт любым внешнеполитическим предложениям США по углублению контактов, но будет делать это с осторожностью, чтобы не спровоцировать чрезмерно негативной реакции со стороны Пекина. США будут все больше усиливать свое присутствие в регионе с опорой на Тайвань и других союзников, так как в условиях нарастающей конфронтации им необходимо расширить спектр применяемых инструментов для сдерживания Китая. Одной из эффективных мер может стать «карта Тайваня», которую США уже начали активно разыгрывать. На этом этапе им важно соблюдать красные линии, обозначенные Пекином. В противном случае, Вашингтон, сильно заигравшись, может потерять свой главный козырь, спровоцировав военный кризис по обе стороны Тайваньского пролива.

1. Цай Инвэнь является лидером Демократической прогрессивной партии (ДПП), которая победила на выборах 16 января 2020 г.


Оценить статью
(Голосов: 9, Рейтинг: 3.44)
 (9 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Как вы оцениваете угрозу от нового коронавируса и реакцию на него?
    Реакция на коронавирус гипертрофирована и представляется более опасной, чем сам вирус  
     369 (43%)
    В мире всё ещё недооценивается угроза вируса — этим и объясняется пандемический характер распространения заболевания  
     277 (32%)
    Реакция на коронавирус адекватна угрозе, представляемой пандемией COVID-19  
     211 (25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся