Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 12, Рейтинг: 4.67)
 (12 голосов)
Поделиться статьей
Сергей Андреев

Редактор ТАСС-ДОСЬЕ, эксперт РСМД

24 сентября 2021 г. министры обороны трёх североевропейских стран — Швеции, Дании, и Норвегии — подписали соглашение об углублении военного сотрудничества. Стороны уточнили, что в договоре внимание сфокусировано на развитии оперативной совместимости и совместного планирования вооруженных сил стран для противостояния вызовам безопасности в регионе Балтийского моря. Наряду с двумя членами НАТО — Данией и Норвегией — участие в договорённостях принимает нейтральная неприсоединившаяся Швеция, которая значительно сократила численность своей армии после окончания холодной войны, однако после 2014 г. усилила кооперацию со своими соседями и Североатлантическим альянсом, а также продолжает курс на наращивание своей военной мощи. Перед подписанием шведский министр обороны Петер Хультквист подчеркнул, что ситуация в Северной Европе и проливах Балтийского моря ухудшилась, и виновником угроз шведской оборонной политике назвал Россию, которая «готова использовать свою военную мощь для достижения политических целей и задач», а укрепление военного сотрудничества трех скандинавских стран «поможет сдержать потенциального антагониста».

Подобные соглашения для Стокгольма не новы — еще во времена холодной войны Швеция ставила во главу угла сотрудничество со странами Северной Европы и придерживалась политики неприсоединения к военно-политическим блокам, используя вооруженные силы за рубежом только в миротворческих операциях под эгидой ООН. Однако в последнем десятилетии Швеция заметно интенсифицировала диалог по оборонной политике как со своими соседями, так и с НАТО, заявляя при этом о приверженности статусу неприсоединившейся страны, целесообразность которого стала чаще обсуждаться и порой переосмысливаться как политическими партиями, так и населением.

Несмотря на широкую кооперацию с НАТО и продолжающуюся конфронтацию между США и РФ, вступление Швеции в альянс остается маловероятным. Существует понимание того, что подобное решение повлечет за собой крайне негативную реакцию со стороны Москвы, и приведет к дальнейшему росту напряженности на севере Европы. Военные Швеции активно вовлекаются в проведение миротворческих операций под руководством США и НАТО — для подобных контактов необязательно повышать уровень оперативной совместимости со всеми вооружёнными силами стран Альянса.

В настоящий момент северные страны избегают предоставления обязывающих гарантий безопасности в рамках своих региональных механизмов. Финляндия и Швеция выступают сторонниками институализации NORDEFCO, однако другие участники из блока НАТО относятся к этой идее более осторожно. Действуя коллективно, члены NORDEFCO имеют больше шансов привлечь внимание США и НАТО, однако есть риск, что еще один полноценный полюс военной силы может вызвать негативную реакцию Вашингтона. В то же время страны Северной Европы рассматривают NORDEFCO как дополнение к НАТО, ЕС и сотрудничеству с США, что лишает его самостоятельности и нейтрального статуса, фактически втягивая неприсоединившиеся Швецию и Финляндию в орбиту НАТО. Есть вероятность, что Скандинавия станет лишь вспомогательным актором в мировой политике и не сможет занять равное место с другими военно-политическими объединениями.

Россия в оборонном бюджете Швеции упоминается в качестве «потенциального источника угроз шведской безопасности». Нельзя сказать, что сегодня Стокгольм в этом смысле одинок, аналогичная антироссийская риторика наблюдается во всех североевропейских странах, к тому же нейтралитет Швеции и Финляндии не помешал им присоединиться к антироссийским санкциям и критиковать внешнюю политику Москвы. Стокгольм может держать открытой дверь в НАТО как крайний вариант на случай резкого ухудшения военной обстановки на Балтике и как средство шантажа России со стороны ряда парламентариев. Создание механизмов по типу NORDEFCO и заключение соглашений без особых обязательств о военном сотрудничестве со странами, не обладающими серьёзной военной мощью, могут также играть декоративную роль для шведского нейтралитета — создать видимость многостороннего, равного диалога как с членами НАТО, так и с другими странами.

24 сентября 2021 г. министры обороны трёх североевропейских стран — Швеции, Дании, и Норвегии — подписали соглашение об углублении военного сотрудничества. Стороны уточнили, что в договоре внимание сфокусировано на развитии оперативной совместимости и совместного планирования вооруженных сил стран для противостояния вызовам безопасности в регионе Балтийского моря. Наряду с двумя членами НАТО — Данией и Норвегией — участие в договорённостях принимает нейтральная неприсоединившаяся Швеция, которая значительно сократила численность своей армии после окончания холодной войны, однако после 2014 г. усилила кооперацию со своими соседями и Североатлантическим альянсом, а также продолжает курс на наращивание своей военной мощи. Перед подписанием шведский министр обороны Петер Хультквист подчеркнул, что ситуация в Северной Европе и проливах Балтийского моря ухудшилась, и виновником угроз шведской оборонной политике назвал Россию, которая «готова использовать свою военную мощь для достижения политических целей и задач», а укрепление военного сотрудничества трех скандинавских стран «поможет сдержать потенциального антагониста».

Подобные соглашения для Стокгольма не новы — еще во времена холодной войны Швеция ставила во главу угла сотрудничество со странами Северной Европы и придерживалась политики неприсоединения к военно-политическим блокам, используя вооруженные силы за рубежом только в миротворческих операциях под эгидой ООН. Однако в последнем десятилетии Швеция заметно интенсифицировала диалог по оборонной политике как со своими соседями, так и с НАТО, заявляя при этом о приверженности статусу неприсоединившейся страны, целесообразность которого стала чаще обсуждаться и порой переосмысливаться как политическими партиями, так и населением.

Послевоенное скандинавское оборонное сотрудничество

Ключевым вопросом после 1945 г. для европейского Севера (Исландия, Норвегия, Дания, Швеция, Финляндия) стали гарантии обеспечения национальной безопасности. Если в Первую мировую войну Северу частично удавалось сохранить тактику нейтралитета, то во время Второй мировой войны наблюдались разночтения во внешней политике — Исландия, Норвегия и Дания были оккупированы и освобождены иностранными державами, Швеция сохранила нейтралитет, Финляндия принимала участие в двух войнах с СССР, но смогла в итоге сохранить большую часть территории под своим суверенитетом. Единой послевоенной внешнеполитической линией пяти государств было понимание того, что, ввиду их многовековой взаимозависимости и противостояния между СССР и США, на международной арене им следует выступать единым фронтом и стремиться к созданию собственной зоны безопасности. Одним из таких проектов в конце 1940-х гг. стал Скандинавский оборонительный союз между Норвегией, Швецией и Данией, который не был реализован во многом из-за послевоенной экономической и политической слабости региона. Также против подобного объединения выступили США, угрожая свертываем помощи и запретом на поставки вооружений, оказывая давление на Норвегию и рассчитывая, что в случае вступления Норвегии в НАТО ее примеру последуют другие, Швеция призывала включить в будущий союз Финляндию, что однако стало невозможным после подписания в 1948 г. советско-финского Договора о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи. При этом существовала сильная оппозиция военным блокам со стороны тогдашнего министра иностранных дел Швеции Эстена Удена, считавшегося сторонником нейтралитета и полагавшего, что присоединение Швеции к НАТО повлекли бы к усилению советского давления на Финляндию и прямому соприкосновению двух систем посреди Балтийского моря (оборонное сотрудничество между Швецией и Западом скрывалось от общественности до окончания холодной войны). Предложение министра иностранных дел Великобритании Роберта Ханки о возможности Швеции участвовать в обороне Норвегии и Дании, не вступая в НАТО и имея нейтральный статус, было отвергнуто в Осло, так как Стокгольм смог бы получить гарантии безопасности НАТО, не предоставляя ничего взамен [1]. В результате в основу внешнеполитических концепций Норвегии, Дании и Исландии лег атлантический тезис о необходимости тесного сотрудничества с западными державами — в 1949 г. они стали членами НАТО, незадолго до этого переговоры о скандинавском союзе были прекращены. Швеция и Финляндия продолжили проводить политику нейтралитета, однако Хельсинки придерживался более просоветского внешнеполитического курса, поддерживая дружественные и взаимовыгодные отношения с Москвой и сохраняя внешние атрибуты нейтрального государства. Тем не менее частично шведские вооруженные силы тайно сотрудничали с США, а их финские коллеги в свою очередь делились информацией со своими скандинавскими соседями (известно о контактах Норвегии и Дании с США в начале 1950-х гг. по линии Соглашения о радиотехнической разведывательной деятельности — UKUS SIGINT). Также, несмотря на давление со стороны сверхдержав, Финляндия и Швеция проводили неформальные двусторонние переговоры по региональной стабильности, в ходе которых обсуждались вопросы возможной оккупации Финляндии Советским Союзом, безопасность Аландских островов и закупки шведского вооружения финской армией (постепенно доля продукции шведского ВПК в финских войсках росла).

Контуры будущей скандинавской военно-политической кооперации начинают прорисовываться в 1960-е гг. В 1963 г. возникает NORDSAMFN (Группа Северных Стран по сотрудничеству в военных вопросах ООН) — объединение Швеции, Норвегии, Дании и Финляндии для проведения консультаций и координации совместного участия в миротворческих операциях ООН Сама идея миротворческих сил ООН была предложена и воплощена в жизнь первыми двумя генеральными секретарями Организации — норвежцем Трюгве Ли и шведом Дагом Хаммаршёльдом: Норвегия в 1952 г. предложила небольшим странам создать силы ООН на случай непредвиденных обстоятельств, а Хаммаршёльд обратился в 1959 г. с просьбой к государствам предусмотреть возможность постоянно предоставлять персонал для миссий ООН, на что первыми откликнулись три скандинавские страны и Финляндия. В 1964 г. четыре государства реализовали свои намерения на практике, создав совместное боевое подразделение для участия в миссиях ООН — NORDBERFN (Силы Северных Стран для ООН по реагированию на чрезвычайные обстоятельства). Северные страны смогли создать уникальный на тот момент межгосударственный формат в области миротворчества, который выражался в регулярных встречах министров обороны (каждые два года) и создании совместных учебных центров, где каждая страна специализировалась на подготовке того или иного персонала: Норвегия готовила логистический персонал, Финляндия — военных наблюдателей, Дания — военную полицию, Швеция — штабных офицеров. Возможность совместно участвовать в миротворческих операциях ООН стало основой скандинавского военно-политического диалога, в котором страны придерживались разных внешнеполитических курсов.

В 1960-е – 1970-е гг. в работах политологов обстановка в Скандинавии была охарактеризована термином «северный баланс», под которым понимались стабильность в регионе Северной Европы, равновесие между разными политическими ориентациями, баланс сил и интересов США и СССР, а сложившееся сочетание концепций национальной безопасности рассматривается как гарантия мира в регионе. Главную её проблему исследователи обозначали как постоянное балансирование между национальными интересами и давлением СССР и США извне. При этом в ходе обсуждения в ООН спорных вопросов нейтральные Швеция и Финляндия предпочитали воздерживаться и предлагали соперничающим державам их детальное обсуждение [2].

Ситуацию 1990-х гг. Северная Европа рассматривала как открывающую возможности для расширения международной активности за рамками ООН, тогда же начинается интеграция нейтральных Швеции и Финляндии в западные институты коллективной безопасности — в 1994 г. обе страны вступили в программу НАТО «Партнерство ради мира», а в 1997 г. они стали членами Совета евроатлантического партнерства. В 1994 г. Финляндия, Швеция, Норвегия и Дания заключили NORDAC (Nordic Armaments Cooperation) — соглашение о промышленном сотрудничестве в области разработки оборонных вооружений, военных закупок и снабжения вооруженных сил. В 1997 г. механизм NORDSAMFN был заменен на NORDCAPS (Nordic Coordinated Arrangement for Military Peace Support), который предполагал более широкий спектр применения сил, в том числе участие в гуманитарных миссиях ЕС, ОБСЕ, НАТО и ООН. Однако в 2006 г. в связи с появлением боевых групп ЕС и продолжающимся после 1991 г. сокращением численности войск NORDCAPS был упразднён, а страны сосредоточились на строительстве государственных институтов и проведении реформ в нестабильных государствах по линии ООН (в частности, начиная с 1990-х гг. Норвегия и Швеция более сдержанно участвовали в международных операциях, избегая районов повышенного риска и предоставляя миротворцев для выполнения вспомогательных функций). После двух докладов 2007 г. и 2008 г. о состоянии обороны (шведско-норвежского и норвежско-шведско-финского) военные чины скандинавских стран констатировали, что государства Северной Европы по отдельности не обладают достаточными средствами для поддержания эффективных вооружённых сил и высокого уровня участия в международных операциях; предлагалась единая закупка военной продукции для всех стран региона, а также создание единой интегрированной системы военной инфраструктуры за счёт сокращения финансирования подобных проектов на национальном уровне [3]. Для реализации этих многочисленных планов в области военного сотрудничества и строительства (их насчитывалось более 140) в 2008 г. Швеция, Норвегия и Финляндия сформировали механизм NORDSUP (Nordic Supportive Defence Structures).

В ноябре 2009 г. министрами обороны Дании, Исландии, Норвегии, Финляндии и Швеции был подписан Меморандум о взаимопонимании в рамках развития Северного оборонного сотрудничества (Nordic Defence Cooperation, NORDEFCO), который остается на сегодняшний день наивысшей точкой военно-политического диалога североевропейских государств. Согласно этому документу, объединялись три параллельно существующие структуры: NORDAC, NORCAPS и NORDSUP. NORDEFCO не является межправительственной организацией в привычном смысле, а представляет собой формат сотрудничества с минимальной бюрократической структурой — здесь нет постоянных структур и институтов, а в основе деятельности лежат регулярные встречи и контакты на военном и политическом уровне (политический уровень представлен министрами обороны стран в Управляющем политическом комитете, военный — начальниками генштабов в Военном координирующем комитете).

При принятии соответствующих решений государства Северной Европы заявляли о стремлении оптимизировать военные расходы и повысить эффективность трат на разработку новых образцов техники и вооружения и их обслуживание. Значительное внимание уделяется оперативной совместимости стран-участниц — подготовке военнослужащих и слаженности их действий с учётом особенностей арктических условий, также декларируется сотрудничество вместе с другими внешнеполитическими игроками — ЕС, ООН и НАТО, прорабатываются детали учений и возможных военных операций.

После 2014 г.

С началом конфликта на Украине и обострения американо-российских отношений страны Северной Европы, как и после войны в Грузии в 2008 г., были солидарны во взглядах на вопросы безопасности вследствие одинакового восприятия региональных угроз. Изначальные планы оптимизации военных расходов и интеграции оборонной промышленности в NORDEFCO были отодвинуты на второй план, главной задачей стал диалог по вопросам безопасности в регионе и координации усилий в случае возможного кризиса.

Северные страны предприняли шаги по улучшению обмена информацией на случай чрезвычайных ситуаций и согласованию действий в подобных случаях, а также по усилению оперативной совместимости вооруженных сил. Так, в июне 2016 г. между министерствами обороны и штаб-квартирами вооруженных сил стран NORDEFCO были установлены защищенные линии связи, а в октябре 2017 г. было впервые организовано моделирование обсуждения возможных сценариев развития кризисов в регионе с участием высших должностных лиц министерства обороны и командования вооружённых сил государств. В ноябре 2016 г. страны подписали Соглашение об упрощённом доступе (Easy Access Agreement), который облегчил вооружённым силам механизм получения разрешения на доступ в воздушное, морское и наземное пространство друг друга в мирное время. В ноябре 2017 г. Швеция, Финляндия, Норвегия и Дания оформили соглашение NORECAS (Nordic Enhanced Cooperation on Air Surveillance) об обмене данными воздушной разведки. Однако данные шаги рассчитаны на мирное время, что практически нивелирует их применение в случае резкого обострения ситуации на Балтике.

Несмотря на общее желание распространить все договоренности и на военное время, в NORDEFCO возникают споры между членами НАТО и неприсоединившимися странами — первые не готовы предоставить гарантии безопасности в случае внешней агрессии, пока последние не вступят в альянс. Также члены НАТО высказывают опасения, что в случае конфликта неприсоединившиеся Швеция и Финляндия откажутся предоставить свою территорию и разведданные.

Важным событием стало подписание в 2018 г. министрами обороны северных стран Стратегии развития NORDEFCO на период до 2025 г. Однако данный документ представляет собой не конкретизированный план, а общий макет развития из 16 пунктов, примерное видение того, каким должно быть сотрудничество к 2025 г. Из основных целей стратегии: укрепление трансатлантических связей, участие в оборонных проектах ЕС, возможность использования механизмов NORDEFCO в условиях военных кризисов, усиленный диалог с тремя прибалтийскими республиками (Эстонией, Латвией, Литвой). Из примеров проявления трансатлантической солидарности стоит отметить военные учения в Швеции Aurora 17 и Northern Wind 2019 (с привлечением некоторых стран НАТО), учения в Норвегии Arctic Challenge Exercise (2017, 2019, 2021 гг.), учения НАТО Trident Juncture-2018 (в них также участвовали Швеция и Финляндия). Кроме того, неприсоединившиеся члены NORDEFCO еще с 2014 г. являются участниками Программы расширенных возможностей НАТО и имеют соответствующий партнёрский статус.

Кроме структуры NORDEFCO в регионе существует еще ряд форматов по сотрудничеству в области безопасности. С 1992 г. между пятью североевропейскими и тремя прибалтийскими странами функционирует диалог NB8 (Nordic-Baltic Eight) на уровне экспертов и политиков высокого уровня. Однако первые контакты относятся к 1989 г., когда Северный совет принял делегатов из парламентов Эстонии, Латвии и Литвы; позже страны Совета поддержат их стремление к независимости и первыми предоставят безвизовый режим. С 2003 г. этот формат получил дополнение e-PINE (Enhanced Partnership in Northern Europe) с участием США, с 2010 г. — UK+NB8 с привлечением Великобритании. В 2010 г. возник еще один неформальный диалог по вопросам безопасности NG12 (Northern Group 12), где к североевропейским и балтийским странам присоединились Великобритания, ФРГ, Польша и Нидерланды.

Преодоление нейтрального статуса

Если в случае с NORDEFCO нет четких гарантий безопасности и уверенности в единстве стран-участниц, то в двухсторонних переговорах Стокгольм ведет себя более уверенно, что особо заметно на примере той же нейтральной Финляндии. В 2015 г. после экспертного обсуждения состояния сотрудничества между двумя странами политические круги в Хельсинки и Стокгольме констатировали, что кооперация не должна ограничиваться только мирным временем. В 2018 г. две страны подписали Меморандум о взаимопонимании по сотрудничеству в сфере обороны, тогда же было подписано трёхстороннее заявление о намерениях по улучшению и укреплению сотрудничества в области обороны между Швецией, Финляндией и США, а в 2019 г. командующие Силами обороны Финляндии и Швеции подписали Военно-стратегическую концепцию углублённого сотрудничества. Военные чины утверждают, что данные документы направлены не только на усиление оперативной совместимости, общее планирование и интенсификацию учений, но и на применение всех шведско-финских наработок как в мирное, так и в предвоенное и военное время. Также утверждается, что военно-политическое сотрудничество расширяется ввиду единого мнения относительно геополитических угроз, основной из которых прямо называется Россия и её якобы намерения проводить политику силы в регионе Балтийского моря и Арктики.

Сентябрь 2020 г. ознаменовался новостью о подписании аналогичного уже трёхстороннего соглашения о военном сотрудничестве между Швецией, Норвегией и Финляндией. Это дало неприсоединившимся Швеции и Финляндии дополнительную связь с НАТО, членом которого является Норвегия, а Норвегии — связь по линии Постоянного структурированного сотрудничества по вопросам безопасности и обороны ЕС (Permanent Structured Cooperation, PESCO), куда входят Швеция и Финляндия (генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг охарактеризовал PESCO как «укрепление европейского столпа внутри НАТО»). При этом в обоих вышеописанных соглашениях упоминались стратегические цели механизма NORDEFCO к 2025 г. Аналогичный шведско-норвежско-датский договор 2021 г. также содержит намерения повысить совместимость вооруженных сил стран и планирования операций, устанавливает диалог по линии военных и гражданских чиновников, а также обязывает передавать информацию о сотрудничестве Финляндии и Исландии.

Еще одним серьезным сигналом отхода Стокгольма от политики нейтралитета стала директива шведского министерства обороны «Основные задачи Вооруженных сил Швеции на 2021–2025 гг.» (декабрь 2020 г.). В ней прямо констатируется «резкое ухудшение политической обстановки в Европе», повышенная вероятность вооруженного нападения, в связи с чем «Швеция должна быть готова к интенсивным боевым действиям на своей собственной территории». Основной задачей по предотвращению подобных сценариев является «совместное планирование с Финляндией, Данией, Норвегией, Великобританией, США и другими членами НАТО, а также ЕС». Сотрудничество с Финляндией, по замыслу шведских военных, «играет особую роль, и страна должна быть готова к отстаиванию территориальной целостности обоих государств». Фактически речь идёт о возрождении риторики холодной войны, в частности, в январе 2021 г. министр обороны Петер Хультквист охарактеризовал призывную армию тех времён «поразительной» и напомнил, что «Швеция имела одни из крупнейших военно-воздушных сил в мире», а растущие траты на оборону и военный потенциал королевства назвал «важным сигналом политики безопасности».

С явным дрейфом в сторону Вашингтона согласны некоторые отставные политики. В феврале 2021 г. шведское издание Dagens Nyheter разразилось статьёй за авторством известных в прошлом политических деятелей, занимавших посты в правительстве страны, среди которых бывший глава МИД и генеральный директор МАГАТЭ Ханс Бликс, экс-министр обороны и спикер парламента Таге Петерсон, а также бывший посол в РФ Свен Хирдман. В частности, авторы материала утверждали следующее: «Швеция больше не отваживается проводить самостоятельную внешнюю политику и политику в области безопасности. Вместо этого она пытается смотреть на США. Это обосновывается агрессивной и репрессивной политикой России. Однако нынешняя политика Швеции уже способствовала усилению напряженности в Северной Европе, когда оказалась на линии конфронтации между США и Россией. Швеция и Финляндия образовали нейтральную зону в Северной Европе, которая разделяла бойцов холодной войны. Раньше благодаря сильной обороне в наших условиях мы могли бы гарантировать, что никакой переворот не сможет взять под контроль шведскую территорию». В тексте также сопоставляются несоизмеримые военные расходы России и НАТО, утверждается, что нападение РФ на Швецию и Финляндию «не будет никем поддержано в Кремле», констатируется, что «Швеция стала настолько зависеть от США, что утверждения о продолжении курса на неприсоединение вызывают серьезные сомнения», а единственной серьезной угрозой для Швеции называется «конфликт великих держав в Европе». Для предотвращения кризисной ситуации бывшие политики рекомендуют Стокгольму «пересмотреть внешнюю политику, которая должна учесть опыт Второй мировой войны и холодной войны и базироваться на анализе интересов — для небольшого государства проведение внушающей доверие, предсказуемой политики имеет большую ценность».

***

Несмотря на широкую кооперацию с НАТО и продолжающуюся конфронтацию между США и РФ, вступление Швеции в альянс остается маловероятным. Существует понимание того, что подобное решение повлечет за собой крайне негативную реакцию со стороны Москвы, и приведет к дальнейшему росту напряженности на севере Европы. Военные Швеции активно вовлекаются в проведение миротворческих операций под руководством США и НАТО — для подобных контактов необязательно повышать уровень оперативной совместимости со всеми вооружёнными силами стран Альянса.

В настоящий момент северные страны избегают предоставления обязывающих гарантий безопасности в рамках своих региональных механизмов. Финляндия и Швеция выступают сторонниками институализации NORDEFCO, однако другие участники из блока НАТО относятся к этой идее более осторожно. Действуя коллективно, члены NORDEFCO имеют больше шансов привлечь внимание США и НАТО, однако есть риск, что еще один полноценный полюс военной силы может вызвать негативную реакцию Вашингтона. В то же время страны Северной Европы рассматривают NORDEFCO как дополнение к НАТО, ЕС и сотрудничеству с США, что лишает его самостоятельности и нейтрального статуса, фактически втягивая неприсоединившиеся Швецию и Финляндию в орбиту НАТО. Есть вероятность, что Скандинавия станет лишь вспомогательным актором в мировой политике и не сможет занять равное место с другими военно-политическими объединениями.

В декабре 2020 г. Риксдаг одобрил увеличение оборонного бюджета королевства с 2021 по 2025 гг. на 40%. К 2025 г. военные расходы Швеции достигнут 89 млрд крон (10,3 млрд долл.). По словам Петера Хультквиста это увеличение — «самая крупная инвестиция с 1950-х гг.». Россия в оборонном бюджете Швеции упоминается в качестве «потенциального источника угроз шведской безопасности». Нельзя сказать, что сегодня Стокгольм в этом смысле одинок, аналогичная антироссийская риторика наблюдается во всех североевропейских странах, к тому же нейтралитет Швеции и Финляндии не помешал им присоединиться к антироссийским санкциям и критиковать внешнюю политику Москвы. Стокгольм может держать открытой дверь в НАТО как крайний вариант на случай резкого ухудшения военной обстановки на Балтике и как средство шантажа России со стороны ряда парламентариев. Создание механизмов по типу NORDEFCO и заключение соглашений без особых обязательств о военном сотрудничестве со странами, не обладающими серьёзной военной мощью, могут также играть декоративную роль для шведского нейтралитета — создать видимость многостороннего, равного диалога как с членами НАТО, так и с другими странами.

1. Aunesluoma, Juhana. Britain, Sweden and the Cold War, 1945–54: Understanding Neutrality. Basingstoke: Palgrave Macmillan, 2003. P. 12-17.

2. Талагаева Д.А. Северный баланс и условия участия Норвегии в НАТО в годы Холодной войны // Вестник МГИМО-Университета. 2013. № 1. С. 225-229.

3. Saxi, Hakon Lunde. Karsten Friis. After Crimea – the future of Nordic Defence Cooperation. Norwegian Institute of International Affairs. Policy Brief. 2018. No. 6.


Оценить статью
(Голосов: 12, Рейтинг: 4.67)
 (12 голосов)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся