Распечатать Read in English
Оценить статью
(Голосов: 20, Рейтинг: 2.9)
 (20 голосов)
Поделиться статьей
Игорь Иванов

Президент РСМД, министр иностранных дел России (1998–2004 гг.), профессор МГИМО МИД России, член-корреспондент РАН, член РСМД

Несколько дней назад генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг сообщил о высылке нескольких сотрудников Постоянного представительства России при альянсе. В оправдание такого решения не нашли ничего лучшего, чем использовать традиционный набор утверждений о «враждебной деятельности» России в странах — членах альянса. Как водится, никаких доказательств или примеров такой деятельности приведено не было. Складывается впечатление, что в руководстве блока последовательно продолжается курс на разрушение всего того, что было создано совместными усилиями Москвы и Брюсселя в сфере укрепления европейской безопасности за последние два десятилетия.

Сейчас можно много спекулировать относительно того, почему два десятилетия назад стороны пошли на создание Совета Россия — НАТО, и насколько совместная работа в рамках новой структуры открывала путь к изменению военно-политической ситуации на евроатлантическом пространстве и в мире в целом. Вместе с тем полагаю, что трудно возражать против констатации того, что к началу XXI века в мире стала складываться ситуация, требующая пересмотра старых догм периода холодной войны. И прежде всего это касалось проблем безопасности.

С момента создания Совета Россия — НАТО прошло уже почти 20 лет. Можно ли считать, что эксперимент удался? И «да», и «нет». С одной стороны, мы все имели возможность убедиться в том, что диалог и сотрудничество принципиально возможны. За эти годы в рамках совместных рабочих групп вырабатывались решения, реализация которых отвечала фундаментальным интересам обеих сторон. Это и борьба с терроризмом, и взаимодействие по Афганистану, и военно-техническое сотрудничество, и контроль над вооружениями в Европе, и многое другое. С другой стороны, мы убедились и в том, что стереотипы старого мышления все еще глубоко сидят в головах некоторых западных стратегов, и что Россия в их глазах по-прежнему предстает как главный и незаменимый фактор, цементирующий «западную солидарность».

Руководство НАТО не нашло никакого другого подхода к Москве, кроме как сократить до минимума представительство России в Брюсселе. С какой целью все это делается? Нетрудно догадаться. В альянсе уже кипит работа по подготовке очередного саммита государств — членов НАТО, намеченного на 2022 год в Мадриде. Там планируется утвердить новую стратегическую концепцию альянса, чтобы сделать его «еще более сильным». Решить эту задачу на фоне провального бегства вооруженных сил блока из Афганистана — дело не из легких. Поэтому уже сейчас предпринимаются настойчивые усилия переключить внимание на поиск врага, оправдывающего дальнейшее существование альянса и очередное увеличение военных бюджетов его членов. В Концепции, как следует из отдельных заявлений, НАТО собирается вернуться к своей прежней риторике, рассматривая в качестве угрозы Россию, а заодно и Китай.

Однако даже такой недальновидный и потенциально опасный шаг НАТО не снимает с повестки вопроса о будущей архитектуре безопасности на евроатлантическом пространстве. Новые вызовы и угрозы безопасности все больше расшатывают всю систему международной безопасности. А потому задача выстраивания полноценного равноправного диалога между Москвой и Западом по всему комплексу вопросов стратегической стабильности остается более актуальной, чем когда бы то ни было. Отсутствие такого диалога в нынешних условиях сопряжено со слишком высокими рисками для всех сторон. Болезнь, конечно, можно на время загнать вглубь, но надолго ли?


Несколько дней назад генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг сообщил о высылке нескольких сотрудников Постоянного представительства России при альянсе. В оправдание такого решения не нашли ничего лучшего, чем использовать традиционный набор утверждений о «враждебной деятельности» России в странах — членах альянса. Как водится, никаких доказательств или примеров такой деятельности приведено не было. Складывается впечатление, что в руководстве блока последовательно продолжается курс на разрушение всего того, что было создано совместными усилиями Москвы и Брюсселя в сфере укрепления европейской безопасности за последние два десятилетия.

Постоянное представительство России при НАТО приступило к полноценной работе в 2003 году, после того как 28 мая 2002 года в Риме был учрежден Совет Россия — НАТО (СРН). До этого представителем при альянсе являлся посол России в Бельгии по совместительству. О том, что учреждение Совета России-НАТО было особым событием, говорит хотя бы то, что тогда в Рим прибыли лидеры России и всех стран — членов НАТО, которые в торжественной обстановке подписали совместную Декларацию «Отношения Россия — НАТО: новое качество».

Игорь Иванов:
Камо грядеши

Мне довелось присутствовать на торжественной церемонии в Риме. Настроение собравшихся лидеров было приподнятым, а их ожидания от запускаемого формата сотрудничества России и Запада — самыми оптимистическими. Участники того памятного мероприятия единодушно приветствовали создание нового механизма взаимоотношений между Россией и Североатлантическим альянсом. Президент США Джордж Буш-младший подчеркнул, что альянс без России сейчас не в состоянии решить проблемы, которые ставит перед миром новый век, ответить на новые вызовы безопасности в евроатлантическом регионе и за его пределами. Премьер-министр Канады Жан Кретьен отметил, что НАТО «открывает новую страницу с широким участием России», подчеркнув, что самый верный путь, который существует для ответа на вызовы XXI века, — координация действий всего международного сообщества. «Сейчас самое время включить Россию в этот процесс», — заключил он.

Президент России В.В. Путин, со своей стороны, заявил, что Россия рассчитывает, что «римский документ — не заявление о намерениях, а прочная основа для совместной конструктивной работы». Он отметил, что у отношений России с НАТО — очень непростая история, пройден долгий путь «от противоборства к диалогу, от конфронтации к сотрудничеству». С подписанием Римской декларации, подчеркнул российский лидер, строительство принципиально иных отношений только начинается.

Сейчас можно много спекулировать относительно того, почему два десятилетия назад стороны пошли на создание Совета Россия — НАТО, и насколько совместная работа в рамках новой структуры открывала путь к изменению военно-политической ситуации на евроатлантическом пространстве и в мире в целом. Вместе с тем полагаю, что трудно возражать против констатации того, что к началу XXI века в мире стала складываться ситуация, требующая пересмотра старых догм периода холодной войны. И прежде всего это касалось проблем безопасности. К этому времени на Западе здравомыслящие политики начинали осознавать, что угрозы миру и международной безопасности исходят совсем не от России. На первый план стали выходить глобальные вызовы, такие как терроризм, угроза распространения оружия массового поражения, незаконные миграции, региональные кризисы, противодействие которым в одиночку становилось явно не под силу даже самым крупным и мощным государством. Первой с вызовом глобального терроризма столкнулась как раз Россия. Вслед за Россией, эта угроза в самой жесткой и драматической форме коснулась Соединенных Штатов и многих других стран.

Согласно Римской декларации, Россия и государства — члены НАТО взяли на себя обязательство работать в качестве равноправных партнеров в областях, представляющих взаимный интерес. Члены Совета, действуя в национальном качестве и в соответствии со своими коллективными обязательствами, должны были принимать совместные решения и нести коллективную ответственность, индивидуально и совместно, за их выполнение. Совет учредил более 25 рабочих групп и комитетов для развития практического сотрудничества в ключевых областях.

Президент России В.В. Путин по итогам встречи с генеральным секретарем НАТО Джорджем Робертсоном в ноябре 2002 года следующим образом определил видение нашей страны ее отношений с НАТО: «Мы не ставили раньше вопроса о полноформатном участии в НАТО. И сегодня этот вопрос не ставим. Но если наши отношения с НАТО будут развиваться так же позитивно, как это происходит на данный момент, если НАТО будет трансформироваться, проводить соответствующую реформу у себя внутри, если наше сотрудничество будет соответствовать национальным интересам Российской Федерации, если это будет такой инструмент, с помощью которого мы сумеем реализовать свои национальные интересы, то сотрудничество с НАТО будет расширяться, видоизменяться и будет более полноформатным и более полным».

С момента создания Совета Россия — НАТО прошло уже почти 20 лет. Можно ли считать, что эксперимент удался? И «да», и «нет». С одной стороны, мы все имели возможность убедиться в том, что диалог и сотрудничество принципиально возможны. За эти годы в рамках совместных рабочих групп вырабатывались решения, реализация которых отвечала фундаментальным интересам обеих сторон. Это и борьба с терроризмом, и взаимодействие по Афганистану, и военно-техническое сотрудничество, и контроль над вооружениями в Европе, и многое другое.

С другой стороны, мы убедились и в том, что стереотипы старого мышления все еще глубоко сидят в головах некоторых западных стратегов, и что Россия в их глазах по-прежнему предстает как главный и незаменимый фактор, цементирующий «западную солидарность». Иначе чем можно объяснить то, что во время возникновения острых конфликтов в Южной Осетии или в Украине, руководство НАТО вместо того, чтобы срочно созывать заседание Совета Россия — НАТО, как это и предусмотрено Римской декларацией, наоборот, замораживает его работу и вообще все контакты с российской стороной?

Теперь руководство НАТО не нашло никакого другого подхода к Москве, кроме как сократить до минимума представительство России в Брюсселе. С какой целью все это делается? Нетрудно догадаться. В альянсе уже кипит работа по подготовке очередного саммита государств — членов НАТО, намеченного на 2022 год в Мадриде. Там планируется утвердить новую стратегическую концепцию альянса, чтобы сделать его «еще более сильным».

Решить эту задачу на фоне провального бегства вооруженных сил блока из Афганистана — дело не из легких. Поэтому уже сейчас предпринимаются настойчивые усилия переключить внимание на поиск врага, оправдывающего дальнейшее существование альянса и очередное увеличение военных бюджетов его членов. В Концепции, как следует из отдельных заявлений, НАТО собирается вернуться к своей прежней риторике, рассматривая в качестве угрозы Россию, а заодно и Китай.

В НАТО, видимо, хотели бы к очередному саммиту вообще распрощаться с Советом Россия — НАТО. Вот и провоцируют Москву на принятие ответных мер, которые, несомненно, последуют в самое ближайшее время. Они, по всей видимости, затронут как продолжение работы российского представительства при НАТО в Брюсселе, так и судьбу Информационного бюро НАТО в Москве. Как известно, любая международная организация может эффективно выполнять свою миссию только в том случае, если в этом на деле, а не только на словах заинтересованы ее участники. Если в НАТО решили, что Совет Россия — НАТО по какой-либо причине им уже не нужен, то пусть и берут на себя ответственность за его ликвидацию.

Однако даже такой недальновидный и потенциально опасный шаг НАТО не снимает с повестки вопроса о будущей архитектуре безопасности на евроатлантическом пространстве. Новые вызовы и угрозы безопасности все больше расшатывают всю систему международной безопасности. А потому задача выстраивания полноценного равноправного диалога между Москвой и Западом по всему комплексу вопросов стратегической стабильности остается более актуальной, чем когда бы то ни было. Отсутствие такого диалога в нынешних условиях сопряжено со слишком высокими рисками для всех сторон. Болезнь, конечно, можно на время загнать вглубь, но надолго ли?

Впервые опубликовано в «Российской газете».

(Голосов: 20, Рейтинг: 2.9)
 (20 голосов)

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся