Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 12, Рейтинг: 2.83)
 (12 голосов)
Поделиться статьей
Владимир Нелидов

К.и.н., доцент кафедры востоковедения МГИМО МИД России, научный сотрудник Центра японских исследований Института востоковедения РАН, эксперт РСМД

29 сентября в Японии состоялись выборы председателя Либерально-демократической партии (ЛДП), победу на которых одержал Фумио Кисида, с 2012 по 2017 гг. занимавший пост министра иностранных дел в правительстве Синдзо Абэ. ЛДП является правящей партией, и поэтому уже 4 октября Ф. Кисида стал следующим премьер-министром Японии, сменив пробывшего на этом посту лишь немногим более года Ё. Суга.

Главный вывод, который можно сделать из прошедшей кампании, заключается в том, что в японской политической жизни ведущую роль по-прежнему играет расклад сил в верхушке правящей партии, а популярность среди рядовых избирателей оказывается вторичным фактором.

Японская политика и японское государство, несмотря на всю свою инерцию и традиционность, все же меняются. Более того, хотя перипетии японской внутренней политики и могут быть интересны специалистам, но для России и других стран важнее другое — как будет развиваться внешнеполитический курс Токио. И здесь вариантов не столь много. Вне зависимости от того, сумеет ли Ф. Кисида консолидировать поддержку избирателей и остаться во главе правительства на долгий срок, либо же его сменит другой политик, в нынешних условиях фактически все члены правящей ЛДП так или иначе поддерживают ориентацию Японии на США.

Если исходить из того, что новая холодная война между США и их союзниками, с одной стороны, и Китаем с другой — это уже не пессимистический прогноз, а объективная реальность, то место Японии в этой реальности кажется достаточно определенным. Так или иначе, Токио будет оставаться ключевым партнером Вашингтона на Тихом океане, а Пекин будет все в большей степени восприниматься японской стороной как главная потенциальная угроза. Для того, чтобы ответить на эту угрозу, Япония будет последовательно наращивать степень взаимодействия с США, а также развивать собственный военный потенциал. Не вполне определенными остаются лишь два момента.

Во-первых, сложно предсказать, насколько быстро будет происходить эрозия «пацифистских» норм, ограничивающих возможности японских вооруженных сил активно участвовать в военных операциях за пределами страны. И именно здесь внутриполитическая ситуация является определяющей: если ЛДП вообще и ее консервативное крыло в частности сумеют консолидировать свои позиции, то можно ожидать активизации этого процесса, вплоть до перспектив ревизии 9 статьи конституции. Напротив, шаткость позиций правящей партии будет означать, что ее лидеры будут стараться лишний раз не поднимать этот неоднозначный вопрос.

Во-вторых, еще предстоит увидеть, не приведет ли новая холодная война к заморозкам в российско-японских отношениях. В этом направлении уже есть первые «тревожные звоночки»: японское правительство уже поставило Россию в один ряд с КНР и КНДР, которые признаны основными источниками угроз в киберпространстве. А дальнейшая деградация отношений России с «коллективным Западом», равно как и более тесное взаимодействие Москвы и Пекина в сфере безопасности могут привести к тому, что Россия и Япония окончательно окажутся по разные стороны баррикад в складывающейся новой биполярности.

29 сентября в Японии состоялись выборы председателя Либерально-демократической партии (ЛДП), победу на которых одержал Фумио Кисида, с 2012 по 2017 гг. занимавший пост министра иностранных дел в правительстве Синдзо Абэ. ЛДП является правящей партией, и поэтому уже 4 октября Ф. Кисида стал следующим премьер-министром Японии, сменив пробывшего на этом посту лишь немногим более года Ё. Суга. На пост главы партии претендовали четыре политика — Фумио Кисида, Таро Коно, Санаэ Такаити и Сэйко Нода, о которых автор подробно говорил в более раннем материале. Как и ожидалось, самая серьезная борьба развернулась между Ф. Кисидой, который в большей степени, нежели его соперник, опирался на поддержку влиятельных партийных боссов, и более популярным среди рядовых членов партии и японских избирателей в целом Т. Коно.

Если ни один из кандидатов не набирает большинства голосов, то в таком случае должен быть проведен второй тур — таковы правила выборов председателя ЛДП. При этом система голосования в обоих турах различается. В первом туре половина голосов принадлежит членам партии, которые являются депутатами парламента (их сейчас 380 человек), а вторая половина отводится на представительство мнений рядовых членов партии (382 голоса). Во втором туре приоритет принадлежит партийной верхушке: у каждого из 380 депутатов парламента от ЛДП снова есть по одному голосу, но на представительство рядовых членов партии отводится лишь 47 голосов — по одному на отделение партии в каждой из японских префектур. Именно эта схема и предопределила победу более «мейнстримного» Ф. Кисида.

В первом туре Ф. Кисида и Т. Коно получили примерно равное количество голосов: 256 против 255. С. Такаити смогла набрать 188 голосов, а С. Нода — лишь 63. То, как распределились голоса между фаворитами гонки, наглядно показало разницу в их базе поддержки. Ф. Кисида получил 146 голосов депутатов и 110 голосов простых членов партии. Т. Коно значительно обогнал его по второму показателю — ему отошло 169 голосов простых членов партии, но лишь 86 депутатов от ЛДП отдали ему свои голоса. В результате во втором туре, где мнение рядовых членов партии играло меньшую роль, Ф. Кисида получил 257 голосов, а Т. Коно — лишь 170.

Главный вывод, который можно сделать из прошедшей кампании, заключается в том, что в японской политической жизни ведущую роль по-прежнему играет расклад сил в верхушке правящей партии, а популярность среди рядовых избирателей оказывается вторичным фактором. Коллеги по партии сочли Т. Коно слишком непредсказуемым. А некоторые из его взглядов (например, его мнение о допустимости наследования императорского трона по женской линии, или его возражения против планов развития атомной энергетики) оказались неприемлемыми для консервативного крыла партии.

Что касается победителя гонки, Ф. Кисида, то его перспективы во многом будут зависеть от результатов выборов в нижнюю палату парламента, которые, какожидается, пройдут в первой половине ноября. Сомневаться в том, что ЛДП и их партнер по коалиции — партия Комэйто — сумеют остаться у руля японской политики, не приходится. Оппозиционные партии слишком слабы и точно не сумеют оттеснить либерал-демократов от власти. Но это не значит, что Ф. Кисида может почивать на лаврах победителя. Выборы в нижнюю палату, а также намеченные на лето 2022 г. выборы в верхнюю палату фактически становятся голосованием по вопросу о доверии к новому правительству. Неудачное выступление на них ЛДП может означать, что пребывание у власти нового главы правительства окажется таким же непродолжительным, как и в случае с Ё. Суга.

В самом деле, еще с прошлого года в комментариях экспертов сквозит ощущение déjà vu: уже несколько раз в японской политике разворачивалась ситуация, при которой за сильным лидером, занимавшим свой пост долгое (по японским меркам) время, следовала череда сменяющих друг друга едва ли не каждые год-два премьеров. Так, например, произошло, когда после Ясухиро Накасонэ, стоявшего во главе японского правительства с 1982 по 1987 гг., за шесть лет сменилось четыре главы правительства. Так было и после Дзюнъитиро Коидзуми (премьер в 2001–2006 гг.), когда до 2009 г. в премьерском кресле побывали три человека. Остроты ситуации добавляет также то, что в обоих случаях за этой чередой короткоживущих правительств последовали поражения ЛДП на выборах и уход ее в оппозицию, правда, весьма на непродолжительное время.

Впрочем, вряд ли стоит впадать в фатализм и ожидать, что и на этот раз события гарантированно будут развиваться по тому же сценарию. Японская политика и японское государство, несмотря на всю свою инерцию и традиционность, все же меняются. Более того, хотя перипетии японской внутренней политики и могут быть интересны специалистам, но для России и других стран важнее другое — как будет развиваться внешнеполитический курс Японии. И здесь вариантов не столь много. Вне зависимости от того, сумеет ли Ф. Кисида консолидировать поддержку избирателей и остаться во главе правительства на долгий срок, либо же его сменит другой политик, в нынешних условиях фактически все члены правящей ЛДП так или иначе поддерживают ориентацию Японии на США. Того же мнения придерживается и основная часть оппозиционных сил. Например, Конституционно-демократическая партия Японии, крупнейшая оппозиционная сила по количеству депутатов в парламенте, хотя и критикует ЛДП за планы пересмотра «пацифистской» 9 статьи конституции, тем не менее в своей программе говорит о ключевой роли «крепкого и здорового японо-американского союза».

Если исходить из того, что новая холодная война между США и их союзниками, с одной стороны, и Китаем с другой — это уже не пессимистический прогноз, а объективная реальность, то место Японии в этой реальности кажется достаточно определенным. Так или иначе, Токио будет оставаться ключевым партнером Вашингтона на Тихом океане, а Пекин будет все в большей степени восприниматься японской стороной как главная потенциальная угроза. Для того, чтобы ответить на эту угрозу, Япония будет последовательно наращивать степень взаимодействия с США, а также развивать собственный военный потенциал. Не вполне определенными остаются лишь два момента.

Во-первых, сложно предсказать, насколько быстро будет происходить эрозия «пацифистских» норм, ограничивающих возможности японских вооруженных сил активно участвовать в военных операциях за пределами страны. И именно здесь внутриполитическая ситуация является определяющей: если ЛДП вообще и ее консервативное крыло в частности сумеют консолидировать свои позиции, то можно ожидать активизации этого процесса, вплоть до перспектив ревизии 9 статьи конституции. Напротив, шаткость позиций правящей партии будет означать, что ее лидеры будут стараться лишний раз не поднимать этот неоднозначный вопрос.

Во-вторых, еще предстоит увидеть, не приведет ли новая холодная война к заморозкам в российско-японских отношениях. В этом направлении уже есть первые «тревожные звоночки»: японское правительство уже поставило Россию в один ряд с КНР и КНДР, которые признаны основными источниками угроз в киберпространстве. А дальнейшая деградация отношений России с «коллективным Западом», равно как и более тесное взаимодействие Москвы и Пекина в сфере безопасности могут привести к тому, что Россия и Япония окончательно окажутся по разные стороны баррикад в складывающейся новой биполярности. Остается лишь надеяться, что этот негативный сценарий так и останется нереализованным.


(Голосов: 12, Рейтинг: 2.83)
 (12 голосов)

Прошедший опрос

  1. Какие угрозы для окружающей среды, на ваш взгляд, являются наиболее важными для России сегодня? Отметьте не более трех пунктов
    Увеличение количества мусора  
     228 (66.67%)
    Вырубка лесов  
     214 (62.57%)
    Загрязнение воды  
     186 (54.39%)
    Загрязнение воздуха  
     153 (44.74%)
    Проблема захоронения ядерных отходов  
     106 (30.99%)
    Истощение полезных ископаемых  
     90 (26.32%)
    Глобальное потепление  
     83 (24.27%)
    Сокращение биоразнообразия  
     77 (22.51%)
    Звуковое загрязнение  
     25 (7.31%)
 
Социальная сеть запрещена в РФ
Социальная сеть запрещена в РФ
Бизнесу
Исследователям
Учащимся