Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 10, Рейтинг: 4.2)
 (10 голосов)
Поделиться статьей
Михаил Ведерников

К.и.н., с.н.с. Центра Вишеградских исследований и Отдела исследований Центральной и Восточной Европы Института Европы РАН

30 марта словацкие избиратели сделали отчетливый выбор, отдав голос за Зузану Чапутову. Карта её побед по регионам страны говорит о безоговорочной поддержке и желании людей видеть новые лица во главе государства. Поражение Мароша Шефчовича, поддержанного правящей партией, стало ожидаемым и закономерным итогом развития событий.

Риторика З. Чапутовой на протяжении всей кампании содержала представление о политической борьбе как сражении между добром и злом, правды и лжи, законности и беззакония и т.д., где положительными качествами обладала она и её сторонники, а негативными — представители правящей партии. Использование подобных бинарных оппозиций, упрощавших само понимание политических процессов, низводя политиков на условно хороших и плохих, когда не происходило углубление в суть вопроса, вело к нагнетанию настроений. При этом, основной ее конкурент — М. Шефчович, первоначально не сильно отличавшийся от З. Чапутовой идеологическими и мировоззренческими установками, активно взаимодействовал с консервативной аудиторией, в ходе кампании корректируя свои шаги.

Говоря об итогах выборов в Словакии, стоит подчеркнуть общий центральноевропейский тренд, связанный с демонстрацией предпочтений избирателей в сторону нетрадиционных партий, движений и независимых политических персоналий. Примером этому может служить Чехия, где население голосует в пользу новых, политически неангажированных сил, несущих в себе альтернативное решение существующих проблем.

Что касается Словакии, то череда внутриполитических кризисов, судебных разбирательств, в которых были замешаны представители власти, вдобавок с «еврооптимистическим» курсом страны, актуальность которого поддерживается большинством населения, не могли не привести к выдвижению на политическую сцену оппозиционного кандидата. Впрочем, 5 лет назад ситуация во многом была схожей, но тогда не удалось развить успех в ходе парламентских выборов ввиду появления незапланированной повестки (а именно миграционного кризиса, напряженных отношений с ЕС), к которой правящая партия сумела более успешно подготовиться и предложить ее решение. В нынешних обстоятельствах словацкие политологи заговорили о возможности формирования силы, способной объединить вокруг себя политически активных жителей страны и выступить на следующих крупных выборах в 2020 г. В свою очередь победившая З. Чапутова могла бы стать олицетворением этого движения.


30 марта 2019 г. в Словакии прошел второй тур президентских выборов, в котором победу праздновала Зузана Чапутова, адвокат-правозащитник, выдвинутая партией «Прогрессивная Словакия» (Progresívne Slovensko). Она получила 58,4% голосов избирателей, в то время как её соперник — независимый кандидат Марош Шефчович, поддержанный 47-ю подписями депутатов правящей партии СМЕР — Социальная демократия (СМЕР — СД), довольствовался 41,6%. Явка составила 41,79%.

Определение кандидатов

Андрей Кортунов:
Непредвиденная Европа

Официальная кампания по выборам президента Словакии стартовала 11 января 2019 г. Изначально в ней участвовали 17 кандидатов, однако по ходу её развития их количество сократилось на двух претендентов. В начале февраля от участия отказался председатель «Партии венгерского общества» (Strany maďarskej komunity) Йозеф Менхарт. Спустя несколько недель, о самоотводе в пользу З. Чапутовой заявил один из потенциальных кандидатов на успех Роберт Мистрик, занимавший на тот момент, согласно данным соцопросов, третье место.

Важно отметить, что одной из особенностей электорального цикла стало то, что партия СМЕР — СД на протяжении долгого времени не могла определиться со своим кандидатом. Изначально от участия отказался её председатель Роберт Фицо, скорее всего из-за нежелания повторять печальный опыт 5-летней давности, когда он проиграл нынешнему президенту Андрею Киске, и ввиду политического кризиса, разразившегося в 2018 г., в ходе которого под давлением общественного мнения и массовых демонстраций он был вынужден покинуть пост премьер-министра страны. Осознавая свои малые шансы на успех и понимая важность проведения успешной кампании, которая бы прервала череду неудачных муниципальных выборов в 2017–2018 гг., на которых представители СМЕР — СД теряли занятые в предшествующее время позиции [1], руководство партии старалось выдвинуть в качестве кандидата на пост президента страны министра иностранных дел Мирослава Лайчака, одного из самых известных словаков современности, который в 2017 г. был избран Председателем 72-й Генеральной Ассамблеи ООН. В свою очередь тот отказался от такого предложения, объяснив это желанием и дальше продолжать работать на дипломатической службе. В такой ситуации необходимо было предложить конкурентоспособного политика, который смог бы побороться за пост главы государства. Выбор остановился на Мароше Шефчовиче, профессиональном дипломате, заместителе председателя Европейской комиссии Ж.-К. Юнкера и европейском комиссаре по вопросам энергетики. Его профессиональный опыт, широкий круг знакомств в высших органах власти ЕС должны были стать теми преимуществами, которые бы привлекали потенциальных избирателей. Неудивительно, что одним из самых распространенных лозунгов Шефчовича стали следующие слова: «Сильная Словакия нуждается в опытном президенте, а не в новичке». Тем самым делалась отсылка к ближайшим конкурентам, а именно Чапутовой и Мистрику, для которых деятельность на политическом поприще была новой сферой применения своих талантов, поскольку первая была адвокатом-правозащитником, а второй — ученым-химиком.

Вплоть до 26 февраля потенциальные шансы на выход во второй тур сохраняли четыре кандидата, к которым помимо уже обозначенных можно было отнести Штефана Гарабина, бывшего министра юстиции Словакии, сплотившего вокруг себя определенную прослойку избирателей, с одной стороны, недовольных политическим курсом нынешнего правительства во главе СМЕР-СД, а с другой, противников еврооптимистической риторики Шефчовича, Чапутовой и Мистрика. Как отмечают политологи, в данной ситуации мог сложиться такой расклад, в котором бы оба либеральных выдвиженца, выступавших против «людей прошлого и политических бизнесменов» из СМЕР — СД, остались бы за пределами борьбы в рамках решающего тура.

В данных обстоятельствах между З. Чапутовой и Р. Мистриком было заключено негласное соглашение, по которому последний отказывался от участия в выборах в её пользу. Можно сказать, что подобный гамбит полностью перевернул игру, поставив Шефчовича в неудобное положение, когда преимущество его главного конкурента стало исчисляться уже не однозначным показателем, а двузначным. Так, если до 26 февраля, согласно данным соцопросов, З. Чапутову были готовы поддержать 23,5% респондентов, М. Шефчовича — 20,5%, Р. Мистрика — 15%, Ш. Гарабина — 10%, то уже на момент последнего официально разрешенного исследования общественного мнения (1 марта) [2] показатели выглядели следующим образом: З. Чапутова — 52,9%, М. Шефчович — 16,7%, Ш. Гарабин — 11,4%.

Лидер оппозиционного движения

Если изначально З. Чапутова вступила в борьбу за президентское кресло, как представитель исключительно партии «Прогрессивная Словакия», то после совершенной рокировки она заручилась поддержкой и других политических сил, которые увидели в ней кандидата от оппозиции, имеющего все шансы добиться победы в сражении с правящей СМЕР — СД. Так, поддержку ей высказали партии «Вместе — гражданская демократия» (SPOLU — občianska demokracia), «Свобода и солидарность» (Sloboda a Solidarita) и «Обычные люди и независимые личности (Obyčajní Ľudia a nezávislé osobnosti) [3]. Более того, ей выразил поддержку беспартийный президент страны Андрей Киска. Подобный шаг главы государства, который должен был бы демонстрировать своё положение над схваткой и не вмешиваться в предвыборные баталии, вызвал недовольство со стороны Шефчовича, который заподозрил его в сговоре с Чапутовой. Подобная сделка, по мнению кандидата, была необходима президенту после сложения с него полномочий, поскольку в его отношении предстояло уголовное расследование касательно денежных махинаций, в которых он якобы был замечен.

Несмотря на опровержение этих заявлений со стороны как Чапутовой, так и Киски, который заявил, что «не нуждается в помиловании», ситуация продемонстрировала высокий градус напряжения президентской гонки, где в ход пошли прямые обвинения, выходящие за рамки обычной политической дискуссии. Обсуждению вновь подверглось сделанное в 2017 г. заявление президента о «мафиозной» сущности словацкого государства, проникновении преступных связей в высшие эшелоны власти. В такой ситуации, подрывающей авторитет не только кандидата правящей партии, но и самого правительства, выступил его глава Петер Пеллегрини, второй человек в СМЕР — СД, который заявил, что «не хочет, чтобы новый президент учился новым вещам, как это было в случае с Киской», называя при этом Чапутову — «неизвестной девушкой, мотающейся по свалкам» [4].

В поиске отличий

Можно говорить, что в последние три недели перед выборами основная борьба развернулась между двумя кандидатами, которые, с одной стороны, являлись представителями разных политических групп, но, с другой, были носителями одинаковых идеологических и мировоззренческих установок. Так, во время заключительных теледебатов на канале TV Markiza Ш. Гарабин назвал их «сиамскими близнецами», что во многом подтверждается, если посмотреть на анкету-опросник, которую заполняли кандидаты в президенты по просьбе информационного агентства Aktuality.sk. Так, на вопрос об их отношении к ЕС и НАТО М. Шефчович ответил, что «это наше естественное пространство, которое способствует развитию Словакии»; З. Чапутова, что «ЕС и НАТО являются главными столпами нашей внешней политики». Относительно миграции оба кандидата сходились во мнении о необходимости поиска прагматичных решений в рамках ЕС и укрепления внешних границ. Свою цель на посту президента они видели в проведении официального курса внешней политики страны для укрепления положения Словакии в рамках ЕС и НАТО.

В свою очередь их ближайшие конкуренты Ш. Гарабин и М. Котлеба, глава партии Народная партия — Наша Словакия, имели альтернативное видение озвученных проблем. Последний высказал инициативу проведения референдума о выходе страны из ЕС и НАТО. Он объяснял это тем, что скорейшее осуществление такого плана приведет к исключению возможности втягивания Словакии в конфликт с Россией. Гарабин в этом вопросе указывал на необходимость вернуться к первоначальному замыслу ЕС, который сводился исключительно к экономическому сотрудничеству государств без ограничения национального суверенитета. В миграционном вопросе оба политика сходились во мнении, что первоначально надо было избавиться от затруднений внутри собственной страны, а уже потом решать проблемы других людей.

Ввиду того, что многие вопросы, которые поднимались в ходе предвыборной кампании не входят в список полномочий президента парламентской республики, каковой является Словакия, (например, разработка внешней политики, формулирование политической повестки) кандидаты были вынуждены обозначить свою уникальность и отличие от конкурента поиском собственных приоритетных тем. Так, М. Шефчович во многом следовал риторике СМЕР — СД, уделяя внимание вопросам социального обеспечения и создания социального государства. Использование программы правящей партии для привлечения преданной ей аудитории привело к тому, что к концу избирательного цикла некоторые политологи отметили, что некогда независимый кандидат полностью проникся присущей СМЕР идеологией. Они также отмечали, что использованная тактика во многом соответствовала той, к которой прибегал сам лидер партии Р. Фицо пять лет назад и которая не принесла ему успеха.

В последнюю неделю перед первым туром, когда данные соцопросов показывали возрастающую популярность конкурентов М. Шефчовича, имевших возможность исключить его из борьбы во втором туре, он скорректировал шаги [5]. Это выразилось в активизации взаимодействия с консервативной аудиторией, потенциальными сторонниками Ш. Гарабина и отчасти М. Котлебы. Для этого в его выступлениях начала отчетливо звучать тема, касающаяся его глубокой приверженности к ценностям католической церкви, его контактах с Папой Римским Иоанном Павлом II. Были предприняты и активные действия в этом направлении. 7 марта состоялась встреча с представителями христианских церквей и религиозных организаций, центральной темой которой стала демонстрация кандидатом своей культурно-ценностной ориентации в области семейных отношений.

Пока ближайший конкурент М. Шефчовича высказывалась за легализацию однополых браков и предоставление представителям ЛГБТК отсутствовавших у них прав, он сам заявил о необходимости следовать Конституции, где под браком подразумевался союз между мужчиной и женщиной; также он выступил против усыновления детей однополыми парами. Казалось бы, незначительный вопрос, касающийся частной жизни словаков, перерос в общенациональную дискуссию, в ходе которой некоторые церковные деятели заявили, что «поддержка либеральной кандидатки является грехом». Таким образом Шефчович планировал перетянуть на свою сторону как сторонников Гарабина и Котлебы, для которых их заявления по внешней политике казались слишком радикальными, так и от Чапутовой, которая обладала слишком либеральными и чересчур прогрессивными взглядами.

Первый тур: ожидаемый итог

В то время как М. Шефчович предпринимал меры, чтобы остаться на плаву и выйти во второй тур, З. Чапутова не отклонялась от выбранного ей курса. Прежде всего это выразилось в том, что её риторика на протяжении всей кампании содержала представление о политической борьбе как сражении между добром и злом, правды и лжи, законности и беззакония и т.д., где положительными качествами обладала она и её сторонники, а негативными — представители правящей партии. Использование подобных бинарных оппозиций, упрощавших само понимание политических процессов, низводя политиков на условно хороших и плохих, когда не происходило углубление в суть вопроса, вело к нагнетанию настроений. Вдобавок, в обстановке, когда страна, начиная с 2018 г. находилась под сильным впечатлением от убийства журналиста Я. Куцияка, расследовавшего причастность правительственных кругов к мафиозной группировке «Ндрангетта», антиправительственные настроения только усиливались. Это не могло не вызвать протест со стороны либерально настроенных избирателей и тех, кто хотел обновления политической жизни в Словакии.

В такой обстановке 16 марта 2019 г. состоялся первый тур президентских выборов, в ходе которого не был определен победитель. Впрочем, удалось избежать неожиданностей. Фаворитом голосования оказалась З. Чапутова (40,57%), за ней расположился с заметным отставанием Марош Шефчович (18,66%). Призовую тройку замкнул Ш. Гарабин (14,84%), оставив позади себя М. Котлебу (10,39%). Остальные кандидаты не преодолели двузначный барьер.

Представление некоторых политологов о том, что первый тур 2019 г. продемонстрировали состязание между консервативной и либеральной идеологиями сложно считать правдоподобным. Прежде всего, маловероятным такое сравнение кажется относительно противостояния Чапутовой и Шефчовича, предшествовавшая деятельность которого, по словам некоторых комментаторов, была «связана пуповиной» с Брюсселем, где всегда превалировали ценности либеральной демократии. Таким образом, его поворот в сторону укрепления традиционных ценностей объясняется плановыми действиями в рамках кампании для привлечения целевой аудитории. Выбранная им модель поведения, с одной стороны, позволила не допустить проход во второй тур ни Ш. Гарабина, ни М. Котлебу, но, с другой, не дала возможности заручиться превалирующей поддержкой у электората, приверженного традиционным и консервативным ценностям. Отчетливо это видно на примере Прешовского края, где несмотря на самые высокие показатели по стране, отданные в пользу Шефчовича (20,15%), его преимущество в сравнении с Гарабиным составляло лишь 2 процента; в остальных 7 краях разница между двумя кандидатами колебалась между 3 и 6,5 процентами. В то же время важно отметить, что везде на территории Словакии с завидным преимуществом победу праздновала З. Чапутова, которой удалось даже преодолеть 50-процентный барьер в Братиславском крае (59,65%).

Историческая обусловленность словацкого протеста

Второй тур президентских выборов — характерная черта словацкой политической традиции. В пятый раз, начиная с 1999 г., потребовалась дополнительная попытка для выявления победителя. Анализируя предшествующие кампании, можно говорить о том, что для них всегда (за исключением 2009 г.) было свойственно протестное голосование. Так, в 1999 г. оно прошло под знаком «демечиаризации» словацкой политики ввиду провозглашенного курса нового правительства Микулаша Дзуринды на вступление страны в ЕС и в НАТО, что была невозможно при нахождении у власти Владимира Мечиара — противнике данных инициатив и стороннике сближения с Россией. В 2004 г. ситуация во многом повторилась, поскольку в итоговой схватке за пост президента столкнулись Мечиар и Иван Гашпарович, на тот момент член непарламентской партии «Движение за демократию». Персона бывшего одиозного премьер-министра, который вновь решил заявить о себе, сыграла в пользу, до той поры не имевшего широкой поддержки Гашпаровича, который также одержал победу и спустя пять лет в 2009 г. Важно отметить парадокс, что в период с 1994 по 1998 гг. избранный президент был председателем парламента, т.е. был во многом ответственным за состояние словацкой политики при руководстве страной Мечиаром. Однако это не остановило избирателей отдать голос в его поддержку. В 2014 г. выборы снова носили протестный характер, направленный против лидера СМЕР — СД Роберта Фицо. Несмотря на успех партии в предшествовавших парламентских выборах в 2012 г., по итогам которых она получила больше половины мест в законодательном органе, успех праздновал независимый кандидат А. Киска, не получивший поддержку от основных оппозиционных сил [6].

Можно говорить об определенной преемственности нынешних выборов, когда в схватке за пост главы государства сталкиваются две персоны, представляющие диаметрально противоположные лагери на политической сцене истеблишмента и дебютантов (или «аутсайдеров»).

Второй тур: безусловное поражение Шефчовича

Второй тур стал продолжением намеченных ранее подходов в выстраивании президентской кампании как Чапутовой, так и Шефчовича. Последний, понимая важность привлечения консервативной аудитории, голосовавшей изначально за Гарабина и Котлебу, усилил свою риторику в их направлении. Вдобавок задача усложнилась тем, что эти бывшие кандидаты призвали своих симпатизантов не участвовать в выборах. Помимо постоянного противопоставления себя с либеральной кандидаткой в вопросах культурно-ценностной ориентации Шефчович заявлял о разном видении будущего Словакии в ЕС, который он не позиционировал как «супергосударство», где происходит унификация стран. Он говорил о предоставлении им больших возможностей для отстаивания национальных интересов, особенно в миграционном вопросе, в сфере налогообложения. Важным событием на пути подтверждения этого курса стала встреча с президентом Чехии Милошем Земаном, сторонником именно тех идей, которые продвигал словацкий кандидат в ходе своей кампании. Поддержка на международном уровне также должна была прибавить ему привлекательность в глазах избирателей.

Что занимательно, то в тот же день, когда проходили переговоры между чешским и словацким политиками в Ланах З. Чапутова организовала встречу со своими сторонниками на горе Ситно, где согласно народному преданию спят словацкие рыцари, которые будут разбужены в трудный для страны час. Подобные исторические реминисценции позволили комментаторам провести очевидные параллели, где Чапутова спасала Словакию от «угрозы со стороны СМЕР — СД», и заговорить о выборах как о референдуме по вопросу поддержки правящей партии. Победа Чапутовой стала бы индикатором желания населения видеть иной вектор развития страны.

Конечно, предвыборная гонка не обошлась и без различных разоблачений, попыток уличить конкурента в совершении противоправных деяний. Так, Шефчович обвинил своего конкурента в том, что во время адвокатской практики она нарушала правила оказания услуг, предоставляя их за пределами своего округа. В свою очередь Чапутова обратила внимание на то, что её соперник в последние дни кампании получил большую денежную помощь в размере 230 тыс. евро от СМЕР — СД. Подобная диффамация вряд ли могла поколебать веру большей части избирателей в своих фаворитов, за исключением тех, кто в своем выборе не был полностью уверен. В этой связи продолжающееся расследование убийства журналиста Я. Куцияка, в котором по ходу кампании проявлялись новые неожиданные аспекты, касающиеся связи заказчика преступления Марианна Кочнера с чиновниками высшего эшелона, оказывали куда более существенное влияние на избирателей. Отождествляя Шефчовича с представителями официальной власти, они делали выбор не в его пользу.

30 марта словацкие избиратели сделали отчетливый выбор, отдав голос за З. Чапутову. Карта её побед по регионам страны говорит о безоговорочной поддержке и желании людей видеть новые лица во главе государства. Поражение Шефчовича стало ожидаемым и закономерным итогом развития событий.

Эффект Чапутовой

Говоря об итогах, предсказуемых в контексте данных соцопросов, но в то же время неожиданных, наметить, которые полтора месяца назад было невозможно, стоит подчеркнуть общий центральноевропейский тренд, связанный с демонстрацией предпочтений избирателей в сторону нетрадиционных партий, движений и независимых политических персоналий. Примером этому может служить Чехия, где население голосует в пользу новых, политически неангажированных сил («Пираты», до недавнего времени АНО во главе с А. Бабишем), несущих в себе альтернативное решение существующих проблем.

Что касается Словакии, то череда внутриполитических кризисов, судебных разбирательств, в которых были замешаны представители власти, вдобавок с «еврооптимистическим» курсом страны, актуальность которого поддерживается большинством населения, не могли не привести к выдвижению на политическую сцену оппозиционного кандидата. Впрочем, 5 лет назад ситуация во многом была схожей, но тогда не удалось развить успех в ходе парламентских выборов ввиду появления незапланированной повестки (а именно миграционного кризиса, напряженных отношений с ЕС), к которой правящая партия сумела более успешно подготовиться и предложить ее решение. В нынешних обстоятельствах словацкие политологи заговорили о возможности формирования силы, способной объединить вокруг себя политически активных жителей страны и выступить на следующих крупных выборах в 2020 г. В свою очередь победившая З. Чапутова могла бы стать олицетворением этого движения.

1. Марушьяк Ю. Кризис поддержки партии Смер – Социальная демократия в 2017-2018 гг. // Современная Европа. № 7. 2018. С. 73-74.

2. Согласно словацкому законодательству публикация данных соцопросов прекращается за две недели до выборов. Сделано это с целью не оказывать влияние на решение избирателей.

3. После победы в первом туре поддержку выразила также и партия Мост-Хид, коалиционный партнер СМЕР – СД.

4. В 2013 г. она была лидером общественной кампании против размещения незаконной мусорной свалки вблизи г. Пезинок.

5. В качестве примера вспоминали выборы президента 2004 г., в ходе которых во второй тур не прошёл Эдуард Кукан, который пропустил вперед ставшего затем президентом Ивана Гашпаровича.

6. Charvat J., Just P. Cesta k příme volbě prezidenta na Slovensku a v České republice // Politics in Central Europe 10 (2014) 2. P. 22-23.


(Голосов: 10, Рейтинг: 4.2)
 (10 голосов)

Прошедший опрос

  1. Какие глобальные угрозы, по вашему мнению, представляют наибольшую опасность для человечества в ближайшие 20 лет? Укажите не более 5 вариантов.

    Загрязнение окружающей среды  
     474 (59.03%)
    Терроризм и экстремизм  
     390 (48.57%)
    Неравномерность мирового экономического развития  
     337 (41.97%)
    Глобальный системный кризис  
     334 (41.59%)
    Гонка вооружений  
     308 (38.36%)
    Бедность и голод  
     272 (33.87%)
    Изменение климата  
     251 (31.26%)
    Мировая война  
     219 (27.27%)
    Исчерпание природных ресурсов  
     212 (26.40%)
    Деградация человека как биологического вида  
     182 (22.67%)
    Эпидемии  
     158 (19.68%)
    Кибератаки на критическую инфраструктуру  
     152 (18.93%)
    Недружественный искусственный интеллект  
     74 (9.22%)
    Падение астероида  
     17 (2.12%)
    Враждебные инопланетяне  
     16 (1.99%)
    Другое (в комментариях)  
     10 (1.25%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся