Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)
Поделиться статьей
Владимир Родионов

Д.полит.н., заведующий кафедров истории и регионоведения стран Азии Восточного института Бурятского государственного университета им. Доржи Банзарова, эксперт РСМД

Александр Железняков

Д.полит.н., зам. директора Института востоковедения РАН, эксперт РСМД

Место Монголии в современной системе международных отношений уникально. Во-первых, только два государства мира — Россия и Китай — имеют общую границу с Монголией. Оба ее соседа — великие державы. Это во многом определяет значимость геополитического положения Монголии и интерес к этой стране со стороны внешнего мира. Во-вторых, сама Монголия в новом раскладе сил «большой игры» не является только лишь объектом. Будучи страной с населением в три с небольшим млн человек и несопоставимым с соседями экономическим и внешнеполитическим потенциалом, она тем не менее активно участвует в международных отношениях, внося свой вклад в политическую повестку. Правда, Монголия до сих пор не обозначена как равноправный партнер России и Китая — гигантских стран-цивилизаций. Из этого обстоятельства вытекает целый комплекс проблем, требующих своего решения.

С крахом биполярной системы, а точнее, с момента принятия Концепции национальной безопасности в 1994 г. Монголия заявила о существовании монгольской цивилизации, то есть, по сути, начала позиционировать себя как полностью самостоятельный субъект в системе международных отношений.

Одновременно с этим круг значимых зарубежных партнеров Монголии значительно расширился, а монгольская внешнеполитическая стратегия стала опираться на принцип многовекторности (многоопорности). Суть этой стратегии сводится к выстраиванию дружественных партнерских отношений со всеми ведущими центрами силы мировой политики. В результате вокруг Монголии сложился своеобразный геополитический «треугольник», углами которого стали географические соседи — Россия и Китай, а также так называемый третий сосед — внерегиональные игроки, имеющие свои интересы в этой стране. К таким, прежде всего, нужно отнести США, Японию, Республику Корея, страны ЕС, Индию и Турцию. Улан-Батор с выгодой для себя сотрудничает с каждым из них.

Помимо двусторонних связей с зарубежными государствами, Монголия активно использует многосторонний формат международного сотрудничества, принимая участие во многих межправительственных организациях (ООН, ШОС, ОБСЕ, НАТО, АСЕМ).

Монголия, позиционируя себя в качестве площадки для международных переговоров, стремится стать «азиатской Швейцарией» и тем самым увеличить собственный вес в мировой политике.

Все выше сказанное позволяет с уверенностью отнести Монголию к категории активных субъектов современной мировой политики. Однако этот субъект еще очень молод и хрупок. Его жизнеспособность может быть поколеблена рядом внешних обстоятельств. В нынешнем неспокойном мире с его информационными войнами, экономическими санкциями, военными конфликтами, обеспечение национальной безопасности Монголии может быть достигнуто только в плотной органичной связке, постоянном диалоге с ее окружением.

Такой «зонтик» безопасности для небольшой страны, предоставленный от мировых гигантов, вполне возможен, поскольку от самочувствия Монголии, находящейся в цивилизационном переплетении с соседями, зависит общее здоровье в макрорегионе и далее — во всей системе мировой политики. В этой связи вырисовывается главная задача Монголии на международной арене: показать ближним и дальним соседям по «мировому общежитию» на примере факторов поддержания своей национальной безопасности непреходящую ценность мирного диалога.


Место Монголии в современной системе международных отношений уникально. Во-первых, только два государства мира — Россия и Китай — имеют общую границу с Монголией. Оба ее соседа — великие державы. Это во многом определяет значимость геополитического положения Монголии и интерес к этой стране со стороны внешнего мира. Во-вторых, сама Монголия в новом раскладе сил «большой игры» не является только лишь объектом. Будучи страной с населением в три с небольшим млн человек и несопоставимым с соседями экономическим и внешнеполитическим потенциалом, она тем не менее активно участвует в международных отношениях, внося свой вклад в политическую повестку. Правда, Монголия до сих пор не обозначена как равноправный партнер России и Китая — гигантских стран-цивилизаций. Из этого обстоятельства вытекает целый комплекс проблем, требующих своего решения.

Дело в том, что Монголия, с одной стороны, цивилизационно резко отличается от своих соседей, а с другой — тесно с ними переплетена историческими и культурными скрепами. В мировой истории XIII век по праву называется эпохой Монгольской империи, основанной Чингисханом. Став известными всему обитаемому миру Евразии, монголы встали в один ряд с другими великими народами-завоевателями и заявили о себе как о народе-представителе отдельной цивилизации. Однако, начиная с XVII в. величие Монголии как политического ядра цивилизации сменилось несколькими веками ее зависимости от империи Цин.

Возвращение Монголии на международную арену состоялось только в начале XX в., когда с падением Цинской империи при поддержке сначала царской, а затем и советской России страна начала обретать независимость от республиканского Китая. Монголия прошла сквозь революционные потрясения и войны ХХ века, становясь все более самостоятельным субъектом международных отношений, обрастая системой договоров и соглашений с крупнейшими мировыми державами.

С крахом биполярной системы, а точнее, с момента принятия Концепции национальной безопасности в 1994 г. Монголия заявила о существовании монгольской цивилизации, то есть, по сути, начала позиционировать себя как полностью самостоятельный субъект в системе международных отношений.

Одновременно с этим круг значимых зарубежных партнеров Монголии значительно расширился, а монгольская внешнеполитическая стратегия стала опираться на принцип многовекторности (многоопорности). Суть этой стратегии сводится к выстраиванию дружественных партнерских отношений со всеми ведущими центрами силы мировой политики. В результате вокруг Монголии сложился своеобразный геополитический «треугольник», углами которого стали географические соседи — Россия и Китай, а также так называемый третий сосед — внерегиональные игроки, имеющие свои интересы в этой стране. К таким, прежде всего, нужно отнести США, Японию, Республику Корея, страны ЕС, Индию и Турцию. Улан-Батор с выгодой для себя сотрудничает с каждым из них.

Помимо двусторонних связей с зарубежными государствами, Монголия активно использует многосторонний формат международного сотрудничества, принимая участие во многих межправительственных организациях. Достаточно перечислить такие авторитетные организации как ООН, ШОС, ОБСЕ, НАТО, АСЕМ, в которых Монголия имеет различные статусы участия, чтобы понять степень вовлеченности этой страны в международные отношения.

Обращает на себя внимание разнонаправленность организаций, в рамках которых действует Монголия. С одной стороны, страна является первым постоянным наблюдателем в ШОС. Нынешний монгольский президент Х. Баттулга выступает за вступление в ряды этой организации уже на правах полноправного члена. Ц. Элбэгдорж (предшественник Х. Баттулги) на президентском посту приложил немало усилий для создания трехстороннего формата переговоров между главами государств Экономического коридора Россия — Монголия — Китай. С другой стороны, начиная с 2012 г. Монголия присоединилась к Программе индивидуального партнерства и сотрудничества с НАТО, монгольские военные регулярно принимают участие в натовских операциях в Афганистане и Ираке. Улан-Батор активно вовлечен в работу ряда ангажированных с Западом неправительственных организаций, продвигающих либеральные ценности. В июле 2011 г. страна заняла место председателя в международной организации «Сообщество демократий», что должно было продемонстрировать высокую степень ее вовлеченности в неофициальный клуб «развитых демократий».

Особое место во внешней политике Монголии занимает вопрос о межкорейском диалоге. Проблема, на решение которой в последние десятилетия было направлено немало усилий международного сообщества, по-прежнему актуальна и злободневна. Провал шестистороннего переговорного формата, направленного на урегулирование «корейского кризиса», продемонстрировал определенный предел возможностей великих держав (России, Китая, Японии и США). В этом свете по-новому выглядит инициатива монгольской стороны выступить посредником в диалоге между двумя Кореями. Дело в том, что в силу исторических и текущих обстоятельств, Монголия выстраивает дружественные доверительные отношения со всеми государствами Северо-Восточной Азии, включая КНДР и РК. Это дает возможность Улан-Батору предлагать проведение переговоров по различным аспектам проблемы на монгольской территории. В частности, начиная с 2014 года в столице Монголии под патронажем главы государства ежегодно проводятся «Улан-Баторские диалоги», призванные объединить усилия экспертных сообществ стран Северо-Восточной Азии в решении вопросов региональной безопасности. Другой пример — недавняя идея монгольской стороны провести очередной этап переговоров КНДР–США в Улан-Баторе. Иными словами, Монголия, позиционируя себя в качестве площадки для международных переговоров, стремится стать «азиатской Швейцарией» и тем самым увеличить собственный вес в мировой политике.

Стратегическое партнерство с Россией, Китаем и Японией

Несмотря на то, что Улан-Батор провозглашает равноценность всех иностранных партнеров, с которыми он сотрудничает, можно выделить некоторых из них, отношения с которыми наиболее приоритетны для монгольской стороны.

Во внешнеполитической практике Монголии роль символической иерархии ее внешнеполитических партнеров играет статус отношений стратегического партнерства. На данный момент Монголия установила стратегическое партнерство с пятью государствами: Россией (в 2006 г.), Японией (в 2010 г.), Китаем (в 2014 г.), Индией (в 2015 г.) и США (в 2019 г.). Со всеми остальными зарубежными партнерами Улан-Батор выстраивает отношения менее значимо звучащего уровня. При этом даже среди пяти выше указанных стран можно выделить свою условную иерархию. Не случайно, что отношения стратегического партнерства в первую очередь были заключены с Москвой, Токио и Пекином. Данные предпочтения обусловлены рядом объективных обстоятельств географического, политического, экономического и иного характера.

Россия

Российско-монгольские отношения, пережив непростой период взаимного отчуждения 1990-х гг., постепенно стали возрождаться в 2000-е гг. и вышли на уровень всеобъемлющего стратегического партнерства по итогам официального визита В. Путина в Монголию 3 сентября 2019 г. На данный момент Россия является вторым по объему внешней торговли партнером Монголии (12,8% от всей внешней торговли страны в 2018 г.). Свыше 90% нефтепродуктов, потребляемых в Монголии, завозятся из России. Москва и Улан-Батор обозначили планы по модернизации Улан-Баторской железной дороги, находящейся в совместной собственности. Две стороны вместе с Китаем намерены создать транспортные экономические коридоры, потенциально способные в разы увеличить товарооборот между странами.

Тридивеш Сингх Майни:
Политический буддизм

Динамично развивается военное сотрудничество двух стран. С 2008 года на территории России и Монголии ежегодно проводятся военные учения. Российская сторона возобновила советскую практику предоставления монголам военной техники на безвозмездной основе, а также подготовки монгольских военных в профильных вузах России.

На постоянной основе поддерживаются давние связи в научно-образовательной и культурной сферах. Начиная с ноября 2014 года, для граждан двух стран действует безвизовый режим. Отдельно стоит отметить высокий позитивный образ России и русского народа среди монгольских граждан.

По данным социологических опросов самого авторитетного в Монголии фонда «Сант Марал», Россия с большим отрывом лидирует среди стран, названных наиболее желательными внешними партнерами. Так, в 2016, 2017, 2018 и 2019 гг. на вопрос «Какая из стран является лучшим партнером для Монголии?» Россию назвали 61,1%, 66,6%, 69,8%, 70,0% соответственно. Для сравнения, Китай получил 1,6%, 0,6%, 0,8%, 2,4%, США — 6,8%, 6,5%, 6,3%, 5,6%, Япония — 6,3%, 7,3%, 5,9%, 7,3% соответственно. Объясняется это, прежде всего, той исторической ролью, которую сыграла Россия в судьбе Монголии в XX веке. Речь идет о российской (советской) помощи Монголии в деле обретения независимости и укрепления государственности, представлении беспрецедентных по масштабу финансовых, технологических и кадровых ресурсов для создания монгольской промышленной и научно-образовательной базы.

Между тем, налицо и очевидные проблемы. Главная из них — сравнительно низкий уровень торгово-инвестиционного сотрудничества между странами. По состоянию на 2018 год, доля российских инвестиций в монгольскую экономику составила менее 2% от всей совокупности иностранных инвестиций. В двусторонней торговле доминирует российский экспорт товаров преимущественно сырьевого характера. Продажа в 2016 г. госкорпорацией «Ростех» 49% акций одного из крупнейших горнообогательных комбинатов Азии «Эрдэнэт», символа и опоры российского экономического присутствия в Монголии, лишний раз обнажила существующие проблемы.

Также не может не вызывать тревоги уменьшающаяся с каждым годом сфера использования русского языка в Монголии. В социалистический период практически вся управленческая и интеллектуальная монгольская элита владела русским языком, преподавание его в школе и вузах было обязательным. С 1990-х гг. русский язык потерял статус основного иностранного языка, уступив это место английскому. На данный момент молодое поколение Монголии в массе своей русский не знает, отдавая предпочтение изучению английского, китайского, корейского, японского языков. Учитывая планы сторон по комплексному развитию отношений, задача популяризации русского языка среди монгольского населения является насущной.

КНР

Китайская Народная Республика наряду с Российской Федерацией является важнейшим стратегическим партнером Монголии.

КНР без сомнений можно назвать ключевым экономическим партнером Монголии. На Китай в 2017 г. приходилось 63,9% от всей внешней торговли страны. В сфере иностранных инвестиций около 50% — китайские. Уголь, медь, железная руда и другие полезные ископаемые, составляющие львиную долю монгольского экспорта, поставляются в Китай. Монгольский экономический проект «Путь развития» напрямую увязывается с китайским глобальным экономическим проектом «Один пояс, один путь». Помимо экономической сферы монголо-китайские отношения активно развиваются и в других направлениях. Так, китайская сторона ежегодно выделяет тысячи мест в своих вузах для обучения монгольских студентов. Огромное число монгольских граждан ежегодно посещают Поднебесную с торговыми, образовательными, медицинскими и иными целями.

В то же время, как в силу исторических причин, так и из-за текущих обстоятельств в Монголии крайне настороженно относятся к своему южному соседу, опасаясь, прежде всего, односторонней экономической зависимости и этнокультурной ассимиляции. Периодически актуализирующийся проблемой в двусторонних отношениях являются визиты в Монголию Далай-ламы XIV. Пекин болезненно реагирует на визиты буддийского иерарха в соседнюю страну, видя в этом посягательства на собственную территориальную целостность. Все это создает атмосферу недоверия монгольской общественности по отношению к Китаю и его политике. Более того, ресурс китаефобии успешно используется некоторыми монгольскими политиками в собственных интересах, особенно в период предвыборных кампаний.

Япония

Несмотря на отсутствие общей границы и относительно большую территориальную удаленность, Монголия и Япония рассматривают друг друга в качестве важных партнеров.

Во-первых, Япония в условиях жесточайшего кризиса монгольской экономики начала 1990-х гг. выступила главным участником гуманитарной помощи, предоставляла безмездные выплаты и низкопроцентные кредиты. C 1990 по 2016 гг. общая сумма японских кредитов и помощи Монголии составила около 3 млрд долл.

Во-вторых, для монгольской стороны Япония — это возможность диверсифицировать внешнюю торговлю и инвестиционные потоки. Япония на сегодняшний день является единственной страной, с которой Монголия подписала соглашение о свободной торговле. Японская доля во внешней торговле Монголии по итогам 2017 г. составляет 3,6% (3 место). Более половины всех легковых автомобилей в Монголии импортированы из Японии.

Наконец, существенным фактором развития монголо-японских отношений являются научно-культурные контакты. В частности, популяризации японской культуры в Монголии во многом способствуют успехи монгольских борцов сумо, выступающих в Японии.

Одним из самых заметных результатов активной политики Токио стала трансформация образа Японии в Монголии. Будучи еще несколько десятилетий назад одним из символов угрозы, страной, которая в середине XX века стремилась захватить МНР, Япония во многом за счет внушительных финансовых вливаний в монгольскую экономику, поощрения развития культурных связей смогла эффективно повлиять на складывание своего позитивного образа в глазах монгольской политической элиты и рядовых граждан страны.

Однако в сравнении с двумя географическими соседями Монголии японское экономическое присутствие в этой стране значительно меньше. Несмотря на действие Соглашения о свободной торговле, объемы товарооборота не показывают заметного роста. В двусторонней торговле преобладает импорт японских товаров в Монголию, а объем прямых японских инвестиций в монгольскую экономику пока не оправдывает ожиданий Улан-Батора.

***

Все выше сказанное позволяет с уверенностью отнести Монголию к категории активных субъектов современной мировой политики. Однако этот субъект еще очень молод и хрупок. Его жизнеспособность может быть поколеблена рядом внешних обстоятельств. В нынешнем неспокойном мире с его информационными войнами, экономическими санкциями, военными конфликтами, обеспечение национальной безопасности Монголии может быть достигнуто только в плотной органичной связке, постоянном диалоге с ее окружением.

Такой «зонтик» безопасности для небольшой страны, предоставленный от мировых гигантов, вполне возможен, поскольку от самочувствия Монголии, находящейся в цивилизационном переплетении с соседями, зависит общее здоровье в макрорегионе и далее — во всей системе мировой политики. В этой связи вырисовывается главная задача Монголии на международной арене: показать ближним и дальним соседям по «мировому общежитию» на примере факторов поддержания своей национальной безопасности непреходящую ценность мирного диалога.


(Голосов: 5, Рейтинг: 4.2)
 (5 голосов)

Прошедший опрос

  1. Каковы, по вашему мнению, цели США в отношении России?
    Сдерживать военно-политическую активность России  
     262 (44.48%)
    Добиться распада и исчезновения России  
     172 (29.20%)
    Создать партнерские отношения с Россией при условии выполнения требований США  
     94 (15.96%)
    Создать союзнические отношения в противовес Китаю на условиях США  
     61 (10.36%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся