Распечатать
Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4)
 (3 голоса)
Поделиться статьей

4 июля 2017 г. РСМД провел в библиотеке им. Ф.М. Достоевского очередной «городской завтрак» на тему «Возможна ли новая большая война?». В качестве лекторов на мероприятии выступили: программный директор РСМД Иван Тимофеев и ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН, эксперт РСМД Алексей Фененко.

В ходе исторического развития изменения мирового порядка закреплялись международными договорами, заключению которых предшествовали масштабные войны. После 1991 года в экспертных кругах получила распространение точка зрения, согласно которой сложившееся соотношение сил уже не претерпит глобальных изменений. Однако усиление России, Китая, Индии и ряда региональных игроков в XXI веке показало, что «конец истории» все же не наступил. Выльется ли наметившаяся эрозия однополярного мира в крупномасштабный конфликт? И, если да, каков будет его характер? Эти и другие вопросы обсудили в ходе завтрака эксперты РСМД.

4 июля 2017 г. РСМД провел в библиотеке им. Ф.М. Достоевского очередной «городской завтрак» на тему «Возможна ли новая большая война?». В качестве лекторов на мероприятии выступили: программный директор РСМД Иван Тимофеев и ведущий научный сотрудник Института проблем международной безопасности РАН, эксперт РСМД Алексей Фененко.

В ходе исторического развития изменения мирового порядка закреплялись международными договорами, заключению которых предшествовали масштабные войны. После 1991 года в экспертных кругах получила распространение точка зрения, согласно которой сложившееся соотношение сил уже не претерпит глобальных изменений. Однако усиление России, Китая, Индии и ряда региональных игроков в XXI веке показало, что «конец истории» все же не наступил. Выльется ли наметившаяся эрозия однополярного мира в крупномасштабный конфликт? И, если да, каков будет его характер? Эти и другие вопросы обсудили в ходе завтрака эксперты РСМД.

Алексей Фененко в своем выступлении дал теоретическое объяснение эволюции характера войн. Текущие представления стратегов о войне сформировались в девятнадцатом веке, когда зародились конфликты индустриальной эпохи. Первым в их ряду принято считать Англо-бурскую войну 1899–1902 гг. Войны этого периода представляли собой масштабные противостояния, в которые были вовлечены массовые армии, а также общественность противоборствующих сторон. До рубежа XIX-XX вв. конфликты обладали совершенно иными характеристиками. Они были ограничены по целям и средствам ведения. В них использовались профессиональные армии, столкновения между которыми были редкими и преимущественно локальными.

По мнению эксперта, в современном мире можно наблюдать поворот именно к войнам доиндустриальной эпохи. Холодная война была отмечена конфликтами между США и СССР на периферии. Сверхдержавы не имели ни политических причин воевать открыто друг с другом, ни средств для переброски большого количества соединений и техники на дальние расстояния. С распадом биполярной системы, характер конфликтов не изменился — война на Балканах продемонстрировала, что на фоне применения силы имеет место постоянный переговорный процесс. Таким образом, даже в условиях ядерного сдерживания конфликт между великими державами возможен, однако он будет иметь ограниченный характер, а боевые действия будут протекать на территории других стран.

Иван Тимофеев в своем выступлении подчеркнул, что инструментарий, используемый для анализа войн XX века, в современных условиях действительно не может быть применен. Вместе с тем, нет оснований полагать, что контуры конфликтов будущего уже видны. Напротив, развитие высокоточного оружия и систем его наведения добавляют неопределенности в современную картину стратегического сдерживания. Кроме того, скорость эскалации конфликтов в условиях практически мгновенного обмена ударами увеличивает риски перехода конфликта в глобальную фазу даже в отсутствие политических причин для его начала.

В связи с этим, с точки зрения эксперта, необходимо создавать институты, обеспечивающие стабильность и профилактику кризисов. Так, прямая линия связи могла бы сыграть ключевую роль в предотвращении потенциального конфликта, который может возникнуть из-за случайностей.

Как добавил Иван Тимофеев, причины кризиса в отношениях России и НАТО следует искать не только в стратегических параметрах, но и в господствующих представлениях сторон друг о друге. Гонка вооружений порой является лишь производным элементом того, как лидеры стран оценивают ситуацию. К сожалению, текущее взаимное восприятие не способствует установлению стабильности в отношениях.

И. Тимофеев в ходе лекции также затронул вопрос значения и роли ядерного оружия. Он заявил, что использование ядерного оружия несет в себе огромную неопределенность, так как до сих пор нигде в мире оно не было реально применено в ходе полномасштабной военной операции. Результат его использования будет качественно новым, беспрецедентным для человечества и природы, его последствия невозможно предвидеть. Также эксперт сделал акцент на том, что в наши дни скорость и мобильность технологий крайне высока, в связи чем, остановить и контролировать эскалацию конфликтов будет крайне сложно. Эксперт завершил свое выступление, указав на то, что большая война будущего вполне возможна, однако прогнозировать какой она будет по своей форме и сути крайне трудно.

  • Подробный обзор тезисов участников завтрака в материале «Expert Online»


Городской завтрак РСМД: Возможна ли новая большая война?

Видео


Оценить статью
(Голосов: 3, Рейтинг: 4)
 (3 голоса)
Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся