Д. Трамп собирается нарастить ядерный потенциал и выражает сомнения в пользе договора СНВ-III. Что делать России?

Результаты опроса
Архив опросов


Безопасность // Аналитика

17 марта 2017

Опасная модернизация американских ядерных боеголовок?

Фото:
Caters News Agency / Abe Blair
След от запуска Trident D5 над Сан-Франциско

Американские эксперты в области ядерного оружия опубликовали материал о том, как в рамках улучшения надежности и безопасности ядерных боеголовок в США завершается переоснащение головных частей W76-1/Mk4A БРПЛ «Трайдент-II» новым «супервзрывателем», позволяющим делать корректировку точки подрыва с учетом промаха. В результате модернизации качественно вырастает эффективность поражения ШПУ МБР, что ведет к высвобождению значительной части ядерного арсенала для поражения прочих целей вероятного противника. Главную угрозу, помимо отсутствия внимания официальных лиц к этому процессу, по мнению экспертов, представляет возможность дальнейшей «оптимизации» процедур ответного применения ЯО в России, усугубляемая отсутствием полноценного космического эшелона СПРН, а также сам факт поиска новых технических решений для совершенствования наступательного потенциала вне рамок существующих договоров об ограничении вооружений.

Какие меры стоит принять Российской Федерации?

Алексей Арбатов

Алексей Арбатов, руководитель Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, член РСМД

И Россия, и США беспрерывно совершенствуют свои вооруженные силы в целом и стратегические ядерные силы в частности. На протяжении последних десяти лет Россия интенсивно обновляла свою стратегическую триаду. Практически каждый день по телевидению, в выступлениях высших государственных и военных руководителей заходит речь о достижениях — новых ракетах, новых подводных лодках, новых бомбардировщиках, новых крылатых ракетах.

США на протяжении последних пятнадцати лет не совершенствовали, не обновляли свои стратегические ядерные силы, кроме систем информационного обеспечения и управления. Они приступят к обновлению своих стратегических сил в середине следующего десятилетия. Что они действительно делали, так это небольшие, частичные улучшения, которые повышали эффективность их ударных средств. В частности, речь идет о новых системах подрыва, или, как их называют, взрывателях. Не вдаваясь в технические детали, отмечу, что за счет новых взрывателей боеголовки на ракетах «Трайдент-II», которые до этого считались недостаточно эффективными для уничтожения высокозащищенных объектов (таких как пусковые шахты ракет, пункты управления, в том числе высшего звена, подземные центры управления самого высокого звена), приобретут новые возможности. Новые взрыватели при той же точности наведения и той же мощности, выражаемой в килотоннах (боеголовки W76 мощностью 100 кт), дают возможность поражать эти высокозащищенные объекты. С целью держать под прицелом американские высокозащищенные объекты Россия заменяет тяжелые ракеты «Воевода» на новую систему под названием «Сармат». Таким образом, Россия тоже старается держать американские объекты под ударом.

Это означает повышение эффективности стратегических сил, усиление так называемых контрсиловых ударов, т. е. ударов по стратегическим силам, в частности высокозащищенным стратегическим силам другой стороны. Россию, судя по всему, это не очень волнует. Если бы этому придавалось какое-то значение, Россия никогда не стала бы заменять старые тяжелые ракеты на новые в тех же шахтах, которые так же уязвимы для удара новейших американских средств. Но раз Россия заменяет и ставит в эти шахты такую привлекательную цель, как тяжелая ракета с десятью боеголовками, значит, она не очень беспокоится по поводу новых американских систем на ракетах подводных лодок «Трайдент-II». Потом будут новые подводные лодки, новые ракеты, наверное, еще более эффективные, но этого надо еще дождаться.

Владимир Дворкин

Владимир Дворкин, главный научный сотрудник сектора военно-политического анализа и исследовательских проектов Центра международной безопасности ИМЭМО РАН, генерал-майор, эксперт РСМД

Первое. Боеголовки типа W76, установленные на БРПЛ «Трайдент-II», находятся на вооружении уже более 30 лет, поэтому нет ничего неожиданного в том, что их модифицируют с точки зрения безопасности и надёжности. Что касается корректировки способа подрыва, то он известен около 20 лет и заключается в том, что по результатам прогнозируемого промаха в конце активного участка траектории устанавливается момент подрыва боезаряда вблизи цели. При недолёте подрыв осуществляется контактным взрывателем при ударе о поверхность земли, при перелёте осуществляется воздушный подрыв на наиболее близком расстоянии от цели. Этот способ реализуется практически на всех боезарядах МБР и БРПЛ, проходящих модернизацию в США и, вероятнее всего, в России.

Второе. Мощность боеголовки W76 составляет около 100 кт и относится к классу лёгких. Такие боеголовки не планируют для поражения высокозащищённых объектов типа ШПУ и не будут применяться с подобной целью, несмотря на относительно незначительное повышение точности попадания за счёт совершенствования способа подрыва.

Для поражения высокозащищённых объектов типа ШПУ МБР значительно эффективнее применять боеголовки W88 мощностью выше 400 кт, которыми также оснащены БРПЛ «Трайдент-II». С этой же целью целесообразнее использовать боеголовки МБР «Минитмен III».

Таким образом, никакого сколько-нибудь заметного «высвобождения» части ядерного оружия для поражения других целей вероятного противника не произойдёт.

Третье. Никаких мер в ответ на модернизацию боезарядов W76 проводить нет необходимости. В России осуществляется плановая замена устаревших систем вооружения СЯС и ввод новых стратегических комплексов в рамках Пражского Договора СНВ, что обеспечивает гарантированное ядерное сдерживание.

Четвёртое. Временная неполнота космического эшелона СПРН не оказывает никакого влияния на возможность реализации ответного удара, поскольку решение о его нанесении может быть принято исключительно по информации от второго эшелона СПРН — радиолокационного, с которым в России всё вполне благополучно.

Виктор Есин

Виктор Есин, к.воен.н., генерал-полковник в отставке, эксперт РСМД

Информация американских экспертов о том, что американцы проводят глубокую модернизацию своих ядерных боеприпасов с повышением их качественных характеристик, — не новость для военно-политического руководства России. Это обстоятельство учитывается при формировании и реализации плана обороны страны. Для поддержания ракетно-ядерного баланса с США в России принимаются действенные меры — как по совершенствованию стратегических наступательных вооружений, так и по наращиванию возможностей системы противоракетной обороны, включая такой элемент, как системы предупреждения о ракетном нападении. В частности, в 2016 г. завершено создание сплошного радиолокационного поля вокруг границ России с дальностью обнаружения баллистических целей до 6 тыс. км. Начато развертывание новой единой космической системы обнаружения и боевого управления с предполагаемым завершением создания новой группировки космических аппаратов на околоземных орбитах к 2020 г.

С учетом этого можно утверждать, что Россия способна своевременно выявить факт ракетно-ядерного нападения и адекватно ответить на него. Находящиеся на вооружении стратегических ядерных сил ракеты, как не раз утверждалось на самом высоком военно-политическом уровне, способны преодолеть противоракетную оборону любого противника, которую он может создать в обозримой перспективе. Для того чтобы в дальнейшем быть уверенным в том, что стратегические ядерные силы и система противоракетной обороны надежно обеспечивают оборону страны, в рамках разрабатываемой государственной программы вооружений на 2018–2025 гг. предусмотрено выделение соответствующих ресурсов на реализацию научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, которые позволят России иметь такие системы вооружения, которые ни в чем не будут уступать самым совершенным зарубежным образцам.

Дмитрий Стефанович

Дмитрий Стефанович, эксперт РСМД

Суть проблемы не в том, что нам гарантированно «вышибают» ядерную триаду. Проблема в осознанном создании ситуации разбалансировки стратегической стабильности: меньший наряд сил и средств на поражение шахтных пусковых установок (ШПУ) позволяет перераспределить имеющиеся возможности СЯС США более оптимальным способом и именно в пользу внезапного обезоруживающего удара. В сочетании с развертыванием пусть и пока официально и технически ненаправленного против нас ПРО, а также «Быстрого глобального удара» возникает понятная озабоченность. Более того, такое положение дел действительно может привести к делегированию полномочий на принятие решения о применении СЯС на более низкие уровни командования.

Нельзя не отметить, что светлый лик лауреата Нобелевской премии мира Б. Обамы изрядно пострадал. Призывы «сокращаться до тысячи» параллельно с такой модернизацией выглядят весьма специфически, хотя авторы исследования и предполагают, что ответственные за политику люди, в том числе и внутри правительства США, могли не понять революционный характер «суперзапала».

В настоящее время целесообразно рассмотреть следующие направления решения проблемы для России (не исключено, что все эти мероприятия уже выполняются):

  • повышать коэффициент оперативного напряжения морской составляющей СЯС, а также сил ВМФ общего назначения, выполняющих обеспечивающую функцию для развертывания ПЛАРБ;
  • активизировать работы по комплексам активной защиты (КАЗ) ШПУ;
  • активизировать процесс развертывания космического эшелона СПРН, а также загоризонтных РЛС — каждая лишняя минута, даже теоретически доступная военно-политическому руководству страны, оказывает стабилизирующее влияние на систему в целом;
  • провести анализ устойчивости существующей структуры СЯС с последующей финансово-экономической оценкой возможных направлений ее совершенствования;
  • оценить относительную эффективность расхода ограниченных ресурсов на реализуемые проекты перспективных систем СЯС, в том числе с точки зрения затрат на обеспечение боевой устойчивости. В частности, возможно, более эффективным окажется развертывание значительного числа БЖРК с компенсацией расходов и выпадающих доходов ОАО «РЖД», по сравнению с развертыванием КАЗ ШПУ для новых «тяжелых» ракет РС-28 «Сармат». Более того, может быть сделан вывод о предпочтительности отказа от одной из новых сухопутных систем и ставки на альтернативные средства доставки, например, подводный беспилотный аппарат с боеголовкой мегатонного класса «Статус-6»;
  • активизировать переговоры по ядерным доктринам как в российско-американском, так и в многостороннем форматах;
  • инициировать дискуссию о параметрах ответного удара, в том числе в варианте ограниченного возмездия, достаточных для сдерживания первого удара.

Александр Ермаков, эксперт РСМД

Материал Ганса Кристенсена вызывает, без сомнения, большой интерес и тревогу. Для американских военных свойственно сдабривать модернизацию ядерных вооружений (расходы на которую традиционно с трудом «проглатывает» Конгресс) соусом «мероприятий по продлению жизненного цикла и повышению надежности». Мы уже получили таким образом «ядерную бункеробойку» B61-11 (мотивировалась необходимостью списания старой бомбы B53) и в ближайшее время получим управляемую ядерную бомбу B61-12. И если они в первую очередь опасны повышением вероятности применения ТЯО в локальном конфликте, то модернизация боевых блоков W76 уже, конечно, служит цели повышения возможностей СЯС США в конфликте с Россией или Китаем. Трудно представить, если усилия не предпринимались бы и в этом направлении.

thebulletin.org

Однако не стоит предаваться излишней панике. Конечно, Г. Кристенсен — один из ведущих в мире экспертов по ЯО. Его уникальные знания используются в подготовке как правительственных отчетов, так и журналистских заметок по всему миру. Однако как последовательному стороннику ядерного разоружения, ему свойственно периодически сгущать краски на тему «баланс подорван — опасность ядерной войны возрастает». Так, заметки аналогичной тематики у него можно найти и в адрес России. Если говорить об этом материале, то даже принимая полностью выкладки касательно вероятности поражения российских ШПУ модернизированными ББ (местами спорные), это довольно незначительно сдвигает баланс. Все еще остается устойчивая подводная компонента и ПГРК, задача уничтожения которых в позиционных районах в его материале явно намеренно преувеличена (не ясно, почему комплексы должны безропотно погибнуть от того, что леса, в которых они базируются, сгорят от лесных пожаров, вызванных подрывом относительно небольшого количества зарядов, не осуществляя ответный запуск, на который потребуются минуты).

Тем не менее сигнал интересный. Последние четверть века российские СЯС модернизировались, в каком-то смысле ведя «бой с тенью», так как американская триада только уменьшалась в размерах, используя имевшиеся системы. Теперь пора вновь приучаться к полноценному спаррингу «мера–контрмера». В преддверии начала этапа обновления всех СЯС США встряска даже полезна. И есть намеки на то, что информация была принята нашими военными к сведению еще задолго до этой публикации.

Александр Антонов, независимый эксперт

Обнародованная известными американскими независимыми экспертами по ядерному оружию информация о «супервзрывателе» MC4700 боевых блоков Mk4A с модернизированными ядерными боезарядами W76-1 (являющихся самым массовым вариантом ядерного боевого оснащения БРПЛ «Трайдент-II») позволяет сделать вывод — органы ядерного планирования США продолжают рассматривать американское ядерное оружие не только в качестве средства сдерживания военной агрессии против США, но и в качестве возможного средства достижения победы в ядерной войне первым «контрсиловым» ударом.

К первоочередным мерам, направленным на повышение живучести СЯС России в сложившихся условиях, следует отнести:


bastion-karpenko.ru

– увеличение интенсивности выходов в море отечественных РПКСН с доведением числа находящихся в море лодок до четырех единиц в любой момент времени;

– организацию боевого дежурства части самолётов-носителей крылатых ракет большой дальности с КРБД в ядерном оснащении на аэродромах, наиболее удаленных от зон возможного пуска БРПЛ вероятного противника в 20-минутной готовности к вылету;

– увеличение продолжительности выходов на боевые патрулирования подвижных грунтовых ракетных комплексов РВСН с доведением количества ракетных комплексов, в любой момент находящихся на маршрутах боевого патрулирования, до ¼ от численности развернутых ПГРК.

Кроме упомянутых выше первоочередных мер, видимо, следует задуматься над тем, не слишком ли низка определенная договором СНВ-3 численность типовых целей для американского «контрсилового» удара, ядерных носителей и развернутых на этих носителях стратегических ядерных боезарядов СЯС России?

Исходя из продолжающегося развертывания национальной системы ПРО США, американских программ, направленных на создание неядерных стратегических средств «Быстрого глобального удара», программ модернизации СЯС США, направленных на повышение их «контрсилового» потенциала, упомянутые выше первоочередные меры могут не обеспечить поддержание на достаточном уровне сдерживающего потенциала отечественных СЯС. В связи с этим может стать неизбежным отказ России от количественных ограничений договора СНВ-3, прежде всего ограничения по количеству развернутых стратегических ядерных боезарядов, численность которых на носителях можно нарастить относительно быстро и с небольшими затратами.

Если кто-то в США продолжает рассчитывать на возможную победу в ядерной войне, то количественный и качественный состав СЯС России должен лишить этих людей надежды на такую победу и внушить им мысль, что при любом предложенном ими сценарии начала войны победителя не будет.

Наталия Ромашкина

Наталия Ромашкина, руководитель подразделения ЦМБ НИ ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова, член-корреспондент АВН РФ

Информация о модернизации головных частей W76-1/Mk4A баллистических ракет на подводных лодках (БРПЛ) США «Трайдент-II» новым «супервзрывателем», позволяющим делать корректировку точки подрыва, ставит целый ряд вопросов, в частности, самых общих:

Какова реальная угроза для России в связи с этой модернизацией?

Какие возможности есть у России в ответ на это?

Является ли такое переоснащение ЯО США нарушением существующих договоров об ограничении вооружений?

Какие меры стоит принять Российской Федерации?

1.    БРПЛ «Трайдент-II», поставленные на вооружение еще в 1990 г., в настоящее время несут более 60% ядерных боезарядов из имеющихся в арсенале США. Ракета во многом обладает уникальными характеристиками: имеет больший забрасываемый вес по сравнению с российскими аналогами (например, твердотопливной БРПЛ Р-30 «Булава») — 2800 кг против 1150 кг, большую дальность полета, а также лучшую в мире точность — круговое вероятное отклонение боеголовок составляет всего 90−120 метров (у «Булавы» этот показатель равен 250−350 метрам). Такая точность позволяла оснащать «Трайдент-II»14 лёгкими боеголовками W76 мощностью по 100 кт каждая, что повышает вероятность уничтожения хорошо защищенных шахт наземных МБР противника. Еще одна важная характеристика ракеты — 134 успешных пуска подряд и всего 4 неудачных из 156. По данным американских экспертов, с 2009 г. в рамках продления эксплуатационного срока ядерные боевые блоки W76−1/Mk4A ракет «Трайдент-II»получили «супервзрыватели», которые повышают вероятность уничтожения цели — путем подрыва боеголовки с повышенной убойной силой над целью при сохранении той же точности системы. Если новая модернизация головных частей W76-1/Mk4A существенно увеличивает вероятность поражения шахт МБР России, повышает возможности выигрыша в ядерной войне, значит, это может нарушить баланс стратегических ядерных сил России и США, а следовательно, снижает уровень стратегической стабильности. Это ведет к снижению безопасности обеих стран. Здесь важно оценить степень этого снижения уровня стратегической стабильности для того, чтобы предпринимать соответствующие ответные действия в технологической области. Полагаю, что на данный момент как российская, так и американская подводные группировки стратегических ядерных вооружений могут нанести неприемлемый ущерб любому противнику, а следовательно, стратегическое ядерное сдерживание обеспечивается.

2.   Проблема качественного наращивания стратегических ядерных вооружений всегда являлась одной из самых сложных в процессе обеспечения стратегической стабильности и в ходе переговоров по ограничению и сокращению. Вероятно, в условиях новых пороговых значений СЯС России и Соединенных Штатов, а также нового процентного соотношения ядерных арсеналов США, РФ и других ядерных государств эта проблема требует поиска новых эффективных подходов и ускоренного решения. При этом необходимо иметь в виду, что в целом совершенствование и модернизация вооружений — это естественный процесс развития науки и технологий, и, как известно, остановить научно-технический прогресс невозможно. Полагаю, что и в России ведутся разработки по качественному и количественному усовершенствованию стратегических средств нападения и защиты.

3      По Статье V Договора СНВ-III модернизация стратегических наступательных вооружений может производиться. Однако Статья VIII гласит: «В тех случаях, когда одна из Сторон определяет, что ее действия могут привести к неясным ситуациям, эта Сторона принимает меры для обеспечения жизнеспособности и эффективности настоящего Договора и в целях укрепления доверия, открытости и предсказуемости в отношении сокращения и ограничения стратегических наступательных вооружений». Таким образом, если Россия расценивает возникшую ситуацию с модернизацией головных частей W76-1/Mk4A БРПЛ «Трайдент-II» в качестве «неясной», то это может стать поводом для рассмотрения этого вопроса в Двусторонней консультативной комиссии.

4.   С учетом информации о модернизации головных частей W76-1/Mk4A БРПЛ «Трайдент-II», а также исходя из того, что в третьем десятилетии XXI в. в США запланирована глубокая модернизация стратегических ядерных вооружений (включающая, в частности, разработку новой подводной лодки (ПЛАРБ), нового стратегического бомбардировщика и новой МБР), для обеспечения необходимого и достаточного уровня стратегической стабильности в дальнейшем целесообразно активизировать переговорный процесс в сфере ракетно-ядерного разоружения. Крайне важно вести переговоры по подготовке следующего договора, который придет на смену СНВ-III. Совершенно логично в ходе будущих переговоров больше внимания уделить не столько количественным, сколько качественным характеристикам стратегических ядерных вооружений. При этом, безусловно, необходимо учитывать и систему ПРО, и стратегические ядерные арсеналы у других государств, и размещение тактических ядерных боеприпасов на территории третьих стран. И здесь очень многое будет зависеть от профессионализма переговорщиков.

Оцените статью:

  16 Комментировать
Вы хотите стать автором РСМД или задать вопрос нашему редактору? Связь с редакцией РСМД - editorial@russiancouncil.ru

Комментарии:


Добавить комментарий

Все теги