Как вести себя России в обострении американо-иранских отношений?

Результаты опроса
Архив опросов


Восточная Азия и АТР // Аналитика

10 февраля 2017

Космическая программа КНР: от советских ракет к собственной космической станции

Любовь Крашенинникова Аспирантка факультета мировой политики МГУ
Фото:
China Daily/via REUTERS
Ракета Чанчжэн-5 на новейшем
космодроме Цзюцюань

Китайская космическая программа — одна из крупнейших в мире, важнейший ее принцип — это независимость при осуществлении ключевых проектов. Достижения последнего десятилетия ознаменовали качественный прорыв и ставят КНР в один ряд с ведущими державами-производителями космических технологий по многим направлениях.  

Основные цели, направления и система управления космической программой КНР

Деятельность КНР в космосе направлена на реализацию комплекса экономических, военных и политических задач. Престижные и технически сложные проекты имеют большое идеологическое значение для становления Китая как новой сверхдержавы. Как для её граждан, так и всего мира они подчеркивают мощь научно-технического потенциала и способность конкурировать с мировыми индустриальными лидерами — теперь и в космической сфере. В 2015 г. Госсоветом КНР был утвержден национальный праздник — День космонавтики КНР (24 апреля).

Руководство космической программой КНР формально осуществляется Государственным космическим управлением (CNSA), в его официальные обязанности входит развитие проектов мирного космоса и международное сотрудничество. В «Белых книгах» о космической деятельности КНР (2006 и 2011 гг.) подчеркнуты принципы научного, независимого, инновационного, мирного и открытого развития и цели — мирное освоение, укрепление национальной безопасности и совокупной мощи страны, способствование прогрессу, защита прав и интересов КНР.

Финансирование китайской космической программы не отличается особой прозрачностью. Расходы на космос оцениваются в диапазоне от 3,5 [1] до более 4 млрд долл. в год.

CNSA подчиняется Госуправлению по оборонной науке, технике и промышленности (SASTIND), государственному агентству, отвечающему за управление ВПК в составе Министерства промышленности и информатизации. Руководитель CNSA имеет ранг замминистра. О значимости космической отрасли в системе оборонной промышленности свидетельствует тот факт, что в 2013-2016 гг. глава CNSA Сюй Дачжэ был по совместительству замминистра промышленности и информатизации и возглавлял SASTIND.

chinanews.com
Старейший космодром КНР Сичан

Космическая промышленность

Работы в рамках космической программы реализуются при взаимодействии нескольких десятков компаний в составе двух «особо крупных государственных высокотехнологичных предприятий» — Китайской аэрокосмической научно-технической корпорации (CASC) и Китайской аэрокосмической научно-промышленной корпорации (CASIC). Они работают под надзором правительственной Комиссии по контролю и управлению государственным имуществом (SASAC) и также подчинены SASTIND.

CNSA, CASC и CASIC — наследники расформированного в 1993 г. Министерства аэрокосмической промышленности. В 1993–1999 гг. CASC и CASIC (до 2001 г. — CAMEC) были единой корпорацией, затем их разделили в рамках реорганизации ВПК и высокотехнологичных предприятий для частичной коммерциализации, стимулирования конкуренции, налаживания финансового и правового регулирования. Сегодня эти холдинги представлены в производстве космической техники, стратегических вооружений, тактического оружия (включая крылатые ракеты, средства ПВО, беспилотную авиацию, реактивные системы залпового огня), а также разнообразной гражданской машиностроительной продукции. Принцип их экономической эффективности основан на интеграции военной и гражданской промышленности, причем доля гражданского производства выше. Численность персонала CASC превышает 170 тыс. человек, CASIC — около 137 тыс. человек.

В ходе 13-й пятилетки (2016–2020 гг.) концерн CASC рассчитывает провести 110 космических пусков, удвоив показатель за 10 лет, превысить рубеж в 200 аппаратов на орбите, начать оказывать услуги космической навигации, космической связи и ДЗЗ в глобальном масштабе, получая от этого до 15% от общих доходов от деятельности в космосе.

Концерн CASC до недавнего времени был конечным производителем всех китайских ракет-носителей и космических аппаратов. Крупнейший разработчик ракет — Китайская академия технологий ракет-носителей (CALT, 1-я академия CASC), в частности, производит модификации наиболее массового носителя Чанчжэн-2/CZ-2 («Великий поход»), перспективную тяжелую CZ-5 и все китайские МБР. Ведущий создатель космических аппаратов — Китайская академия космических технологий (CAST, 5-я академия CASC). Еще один центр производства космической техники — Шанхайская академия космических технологий (SAST, 8-я академия CASC), производит носители CZ-4, перспективные легкие CZ-6, участвует в производственной кооперации в проектах других ракет и пилотируемых аппаратов, разрабатывает спутники. Все три академии являются крупными научно-производственными объединениями с численностью персонала около 20 тыс. человек каждая.

Еще недавно CASIC не был конечным производителем космической техники — участвовал в производственной кооперации и выпускал электронные компоненты, отдельные виды оборудования и агрегатов. В последние годы CASIC выходит на рынок космической техники и услуг, предлагая проекты дешевых ракет-носителей на базе твердотопливных БРСД (под обозначением KZ, Kuaizhou или «быстрый челн») и микроспутники.  

В КНР есть четыре космодрома:  Цзюцюань (единственный используемый сейчас для пилотируемых стартов), Сичан, Тайюань, Вэньчан. До военной реформы они подчинялись НОАК в статусе «баз Главного управления вооружений», с 2016 г. предположительно находятся в ведении Управления по разработке новых видов вооружений ЦВС. Также с 2016 г. началось строительство коммерческого космодрома, принадлежащего компании Expace, «дочке» концерна CASIC.

В 2014 г. Китай впервые опередил РФ по числу космических аппаратов на орбите. По состоянию на конец июня 2016 г., Китай имел 181 аппарат, Россия — 140, США — 576. В 2015 г. Китай осуществил 19 успешных пусков космических ракет-носителей, заняв по этому параметру 2-е место после РФ и опережая США.

В ходе 13-й пятилетки (2016–2020 гг.) концерн CASC рассчитывает провести 110 космических пусков, удвоив показатель за 10 лет, превысить рубеж в 200 аппаратов на орбите, начать оказывать услуги космической навигации, космической связи и ДЗЗ в глобальном масштабе, получая от этого до 15% от общих доходов от деятельности в космосе.

В 2016 г. CASIC опубликовала план пяти больших аэрокосмических коммерческих проектов, рассчитанный более чем на 10 лет, с объемом инвестиций в размере более 14,5 млрд долл. США в текущих ценах. Они включают создание региональной сети для БПЛА, локальной вычислительной сети, широкополосного и узкополосного глобального спутникового интернета (к 2020–2021 г.), челнока Тэнъюнь (к 2030 г.). CASIC получила подряд на строительство аэрокосмической базы по производству и обслуживанию ракет и спутников в г. Ухань с коммерческим космодромом. К 2020 г. планируется достичь уровня производства 50 ракет-носителей и 140 коммерческих спутников, доведя годовой объем дохода до более 4,3 млрд долл. в текущих ценах.

China Daily/via REUTERS
Торжественная церемония разборки
возвращаемой капсулы корабля
Шэньчжоу-11

Основные этапы развития космической программы

Побудительным мотивом для запуска космической программы в условиях дефицита ресурсов и кадров в 1950-е гг. стало стремление к демонстрации научной и военной мощи, основой — программа создания боевых баллистических ракет. Ключевую роль сыграло возвращение из США в 1955 г. всемирно известного ученого-ракетчика Цяня Сюэсэня, который работал в Манхэттенском проекте и был обвинен ФБР в прокоммунистических симпатиях. Он возглавил созданную в том же году 5-ю академию Министерства обороны. Существующие сегодня CASC, CASIC, CNSA — наследники этой изначальной структуры.

Весомый вклад в развитие ракетной программы КНР внесло сотрудничество с СССР, который передал Китаю образцы ракет Р-2 и Р-5. В 1960 г. советские специалисты были отозваны. КНР располагала минимальной базой, но решимость Мао Цзэдуна не отставать от США и СССР и его манера постановки максимальных задач обусловили догоняющее, но самостоятельное развитие. В 1970 г. был запущен спутник Дунфанхун-1 («Алеет восток»), из закрытого пилотируемого проекта Шугуан-1 выросла серия спутников с возвращаемой на Землю капсулой FSW («возвращаемый спутник»). Миновав трудности «культурной революции» (1966–1976 гг.), с 1980-х гг. КНР начала вывод на орбиту телекоммуникационных спутников Дунфанхун-2/3/4, с 1988 г. — метеорологических спутников Фэнъюнь («Ветер и облака»), приступила к международному сотрудничеству (проект CBERS/Цзыюань с Бразилией). С 2006 г. КНР начала запуски нового семейства разведывательных спутников Яогань («спутник дистанционного зондирования»). По состоянию на 2016 г., запущено 36 спутников радиолокационной, радиотехнической и оптической разведки (носители семейства CZ – 2D/4B/4С).

Большое значение уделяется уничтожению информационной инфраструктуры противника. «Информационное превосходство» вооруженных сил США рассматривается КНР как преимущество и уязвимость.

Ключевые проекты в настоящее время

Важнейшими направлениями космической программы КНР стали наземная инфраструктура (новый космодром Вэньчан на о. Хайнань, суда слежения за спутниками и т.п.) и создание новых семейств ракет-носителей с применением двигателей на жидком кислороде/керосине и твердотопливных двигателей (вторая группа отвечает требованиям недорогих ракет быстрого реагирования). В 2015–2016 гг. состоялись первые пуски ракет-носителей CZ-5 (тяжелая), CZ-6 (легкая), CZ-7 (средняя). Создание CZ-5, способной доставлять до 25 тыс. кг на низкие околоземные орбиты, открывает путь для реализации программы орбитальной станции и исследований дальнего космоса.

В 2015–2016 гг. CASC и CASIC представили версии твердотопливных трехступенчатых ракет CZ-11 и KZ-1/11, основанных на МБР DF-31 и БРСД DF-21. В 2016 г. объявлено о создании двигателя на жидком кислороде и керосине тягой 500 т для сверхтяжелой ракеты CZ-9 (запуск запланирован на 2030 г. в рамках пилотируемой лунной миссии и марсианской программы), а также твердотопливного двигателя тягой 150 т. После 2020 г. на смену CZ-4B предполагается ввести CZ-8.

Важным направлением является навигационная спутниковая система Бэйдоу, состоящая на 2016 г. из 21 спутника (достижение глобального охвата (35 спутников) планируется к 2020 г.).

Пилотируемая программа

Спустя почти два десятилетия после закрытия проекта Шугуан был одобрен новый план («проект 921» — по месяцу и дате решения Госсовета), для управления которым создали военную структуру — Канцелярию по делам пилотируемой космической программы ЦВС. Первый этап по созданию пилотируемого орбитального корабля и проведению пилотируемого полета (состоялся в 2003 г.) был реализован при помощи РФ. Российские предприятия оказали помощь в проектировании корабля Шэньчжоу, основанного на конструкции российских кораблей «Союз». Китайцам были переданы образцы космических скафандров и технологии их производства, их также ознакомили с методикой подготовки космонавтов.

chinanews.com
Запуск CZ-6 с космодрома Тайюань

Второй этап предполагает создание постоянной орбитальной станции и реализуется в настоящее время. При помощи пилотируемых кораблей Шэньчжоу и орбитальных модулей Тяньгун (первый запущен в 2011 г., второй — 19 октября 2016 г.), отрабатываются процедуры стыковки и тестируются системы жизнеобеспечения для длительного пребывания на орбите. 18 ноября 2016 г. завершилась самая продолжительная в истории КНР пилотируемая миссия, которая длилась 33 дня.

Сооружение орбитальной станции  планируется на 2018–2022 гг. Она будет состоять из базового модуля Тяньхэ и двух лабораторных модулей с возможностью стыковки кораблей Шэньчжоу и Тяньчжоу (грузовой).

Следующим этапом должно стать создание многоразового корабля, по всей видимости, в виде орбитального самолета. В 2011 г. состоялся первый суборбитальный полет беспилотного самолета 4-й академии CASC Шэньлун-1, схожего с американским Boeing X-37, запущенного с бомбардировщика H-6. CALT разрабатывает проекты пилотируемого (запуск на CZ-5) и беспилотного (горизонтальный взлет) орбитальных самолетов, CASIC работает над коммерческим челноком Тэнъюнь. С проектами многоразовых космических систем с воздушным стартом, возможно, связана покупка сверхтяжелого грузового самолета Ан-225 «Мрия» у Украины.

Военный космос

КНР — крупный производитель высокоточного оружия (БПЛА, корректируемые бомбы со спутниковым наведением и др.). Системы космической разведки и связи и собственная навигационная система рассматриваются как необходимые составляющие национальной безопасности. C сентября 2015 г. Китай приступил к созданию космического эшелона системы предупреждения о ракетном нападении, выведя на орбиту спутник с инфракрасной системой обнаружения ракетных пусков.

КНР активно использует космос для экспериментов в сфере прикладной и фундаментальной науки. В августе 2016 г. Китай стал первой страной, которая вывела на орбиту экспериментальный спутник квантовой связи «Мо Цзы», призванный осуществлять квантовую передачу данных по защищенному каналу связи.

Большое значение уделяется уничтожению информационной инфраструктуры противника. «Информационное превосходство» вооруженных сил США рассматривается КНР как преимущество и уязвимость. В 2007 г. КНР провела успешные испытания противоспутникового оружия, сбив старый метеорологический спутник «Фэнъюнь-1C» при помощи кинетического перехватчика. Для его доставки использовалась модифицированная БРСД DF-21 производства CASIC. Ведется также работа над созданием спутников-истребителей. По американским оценкам, к 2025 г. китайцы могут обрести способность уничтожать не только разведывательные спутники на низких орбитах, но и спутники глобальных систем позиционирования на высоких орбитах (до 40 тыс. км).

С 2009 г. CASIC ведет разработку твердотопливных трехступенчатых ракет с жидкотопливной дополнительной (четвертой) ступенью семейства KZ, которые предполагается использовать для быстрого вывода спутников на орбиту в условиях войны и в коммерческих целях. Программа основана на БРСД DF-21 и, возможно, DF-26, и связана с развитием ПРО и противоспутникового оружия. В 2013 и 2014 гг. состоялись пробные запуски с выводом на орбиту спутников KZ-1/1А (до 430 кг полезной нагрузки), начало запусков KZ-11 (до 1000 кг полезной нагрузки) планируется на 2017 г. По сообщениям СМИ КНР, стоимость вывода 1 кг на геопереходную орбиту составит 10 тыс. долл. США.

Важнейшие научные эксперименты и программа исследований дальнего космоса

КНР активно использует космос для экспериментов в сфере прикладной и фундаментальной науки. В августе 2016 г. Китай стал первой страной, которая вывела на орбиту экспериментальный спутник квантовой связи «Мо Цзы», названный в честь древнего учёного-философа. Спутник разработан совместно с Австрийской академий наук и призван осуществлять квантовую передачу данных по абсолютно защищенному каналу связи.

Китай активно занимается реализацией программ изучения Луны и Марса, запущенных в 2004 и 2009 гг. На данный момент осуществляется предварительное изучение возможности пилотируемых полетов.

9ifly.cn
Первый пуск китайского тяжелого
носителя CZ-5 с нового
космодрома Вэньчан

В 2007–2010 гг. на орбиту Луны были выведены спутники Чанъэ 1/2 (название в честь даосской богини Луны), в 2013 г. произведена посадка автоматической станции Чанъэ-3 с доставкой небольшого (140 кг) лунохода. На 2017 г. запланирована посадочная миссия Чанъэ-5 с целью доставки на Землю 2 кг лунного грунта с двухметровой глубины.

К 2021 г. планируется отправка посадочного зонда на Марс. В 2016 г. SASTIND представлены проекты марсианского зонда и ровера. На 2025 г. планируются испытания сверхтяжелой ракеты CZ-9 для лунных и межпланетных полетов.

Сотрудничество с Россией

В 1950-е гг. СССР содействовал зарождению ракетной программы Китая, в 1990-е гг. началось сотрудничество в рамках пилотируемой программы. В рамках подписанных соглашений «О сотрудничестве в области исследования и использования космического пространства в мирных целях» (18 декабря 1992 г.) и «О сотрудничестве в области пилотируемой космонавтики» (25 апреля 1996 г.) КНР получила технологии космического корабля Союз, систем жизнеобеспечения, скафандры, прошли тренировки в центре им. Гагарина в «Звёздном городке». Новый импульс сотрудничеству после некоторого спада придало наложение санкций в связи с украинским кризисом. В 2014 г. состоялись первые переговоры по закупкам России электронных компонентов производства CASIC, китайская сторона проявила интерес к российскому мощному жидкостному двигателю РД-180. Переговорный процесс продолжается до сих пор. В ходе визита В. Путина в КНР в июле 2016 г. было подписано важное соглашение об охране интеллектуальной собственности («О мерах охраны технологий»), необходимое для дальнейшей работы, а также соглашение о сотрудничестве между российской системой ГЛОНАСС и китайской Бэйдоу по разработке наземного оборудования. Китайцы также проявляют интерес к российским технологиям производства ядерных реакторов для космических аппаратов, что может иметь значение при реализации как научных миссий, так и для военных целей.

Сомнительные перспективы сотрудничества с Западом в космической сфере способствуют росту российского интереса реализации совместных проектов с КНР. Однако согласование подобных проектов, как правило, требует длительных, многолетних переговоров.

1. Aliberti M. When China Goes to Moon. Springer. 2015. P. 24

Оцените статью:

  10 Комментировать
Вы хотите стать автором РСМД или задать вопрос нашему редактору? Связь с редакцией РСМД - editorial@russiancouncil.ru

Комментарии:


Добавить комментарий

Все теги