Актуальные тенденции международного развития в материалах зарубежных экспертно-аналитических центров

Зарубежные экспертно-аналитические центры: обзор материалов в период 8 мая – 24 мая 2015

2 Июня 2015
Распечатать

Обзор подготовлен в рамках проекта кафедры зарубежного регионоведения и внешней политики ИАИ РГГУ.


Руководитель проекта и главный редактор: О.В. Павленко, авторы: Е.В. Васильев, И.Ю. Кравченко, И.А. Баскакова.

В середине мая наметился на наш взгляд определенный сдвиг во мнениях зарубежного экспертно-аналитического сообщества относительно России. С одной стороны, еще сильна риторика конфронтации и устойчивы мифы «русской угрозы». С другой стороны, стали высказываться первые сомнения в качестве антироссийской экспертизы, заметно снизилась интенсивность обвинений России в «ревизии мирового порядка». Европейские эксперты впервые со времени кризиса начали серьезно задумываться о перспективах «раскола Европы», тех геополитических, экономических и военно-стратегических рисках, которые может принести «новая холодная война». Можно привести несколько примеров, свидетельствующих, что такое понимание постепенно начинает пробивать себе дорогу в джунглях агрессивных образов и теней из прошлого, которые увлеченно создавали комментаторы в медийных и экспертных дискурсах.

Влиятельное Немецкое общество внешней политики (DeutscheGesellschaftfürauswärtigepolitik, Берлин) разместило 11мая тексты российского политолога Федора Лукьянова и немецкого — Штефана Майстера. Оба эксперта размышляют на тему — «Как пойдут дальше дела в Европе – второй шанс для Хельсинки?». Федор Лукьянов подчеркивает, что для России важно достичь понимания с западными партнерами в уважении геополитических интересов и на этой основе разработать основы стабильного порядка. Категории «ревизионизма» и «провокации», которыми западная политическая мысль характеризует внешнюю политику России, ничего не дают для понимания политических стратегий. Ведущий эксперт в области евразийских исследований Штефан Майстер анализирует значение Заключительного акта 1975 г. в Хельсинки, который «открыл возможность диалога Запада с СССР» и «привел к завершению конфликта Восток — Запад». Он также упоминает Будапештский меморандум 1994 г., подписанный Россией, США и Великобританией с Белоруссией, Украиной и Казахстаном, который в обмен на перемещение ядерного оружия с их территорий гарантировал им суверенитет и целостность границ. «Аннексия Крыма и политика дестабилизации в восточной Украине», по его мнению, показала, что Москва не считается с этим документом. Впервые за 25 лет в российско-германских отношениях наступила фаза «глубокого кризиса доверия»,  «недопонимание и ошибочное восприятие обеих сторон». В то же время Ш. Майстер настаивает на необходимости «модернизации партнерства» и «новой русской политики». Ключевой вопрос для обеих стран:  «На каких принципах должен выстраиваться новый порядок?».  Для Германии приемлем не «дух Ялты» с разделом сфер влияния, а новый проект Хельсинки. Отметим со своей стороны, что президент В.В. Путин в выступлениях этого года неоднократно говорил о необходимости разработки общей согласованной позиции по правовому регулированию международного взаимодействия в «духе Хельсинки». В 2016 г. Германия будет председательствовать в ОБСЕ. Коллективная и ответственная разработка норм и правил, регулирующих механизмы коллективной безопасности, могла бы дать миру шанс не рухнуть в пропасть глобальной конфронтации.

22 мая 2015 г. не менее влиятельный в сообществе западных экспертов Королевский институт международных отношений (ChathamHouse, Лондон) представил аналитический текст Андрю Монагама «A new cold war? Abusing History, Misunderstanding Russia» в рамках исследовательских проектов «Россия и Евразия», «Обещание и реализм в отношениях с Россией». Он выступил с критикой западных нарративов «новой холодной войны», «консервативной русской империи», «восстановления СССР». Острая геополитическая конкуренция между Россией и Западом породила, по его мнению, контрпродуктивный подход, культивирующий «раскол Европы» и порождающий «фундаментальные противоречия в евроатлантической архитектуре». «Пора начинать думать о России в свежих терминах и понятиях 21 века», чтобы Запад «научился понимать вопросы, изменения и возможности», которые актуальны для России, чтобы адекватно выстраивать диалог на основе взаимопонимания.

Еще одним проявлением нового подхода можно считать статью «Украинский кризис» от 13 мая 2015 г. Дмитрия Бабича — политического обозревателя РИА Новости также размещенную на сайте Немецкого общества внешней политики. В ней анализируется позиция Киева, невыполненные обязательства Минска-2, проблема российско-украинской границы, как единственного коридора для гуманитарной помощи жителям Донбасса, находящимся в экономической блокаде, лишенным зарплат, пенсий и дотаций. Д. Бабич показывает на конкретных примерах, как нарушаются основные пункты минских договоренностей и не решаются «экзистенциальные вопросы» для населения русскоязычных областей. Эта нарастающая гора нерешенных проблем, по мнению автора, ослабляет Украину, Россию и ЕС. Появление такого материала отражает новую тенденцию. Западным экспертам возможно стоит понять, как воспринимается текущая ситуация на востоке Украины из России.  Пока это только первые шаги навстречу России, которые заслуживает уважения и понимания со стороны российского общества. В мировой политике могут возникать «просветления», когда появляется шанс остановиться перед стеной нарастающих угроз. «Мосты» всегда труднее строить, чем «стены». Мы не склонны к наивному оптимизму, но считаем, что нельзя упускать этот шанс. Процесс восстановления взаимного доверия – очень труден, но общие усилия, направленные на формирование культуры безопасности, широкого диалога по вопросам коллективной стабильности, суверенитета и соблюдения прав человека – могут затормозить процессы конфронтации и снизить потенциал агрессивности, накопившийся в мире за последние годы.

Беспрецедентные по своим масштабам маневры НАТО в Латвии, Литве и Эстонии в мае – еще одно доказательство, насколько хрупким становится баланс сил. Эксперты аналитического центра «Военно-политическое обозрение» (Минск) бьют тревогу.  Страны Альянса демонстративно сконцентрировали на границе Союзного государства Беларуси и России более 21 тысячи контингента военно-воздушных, сухопутных и военно-морских сил. Военные маневры под названием «Шустрый мангуст» (Dynamic Mongoose) с участием 10 стран-членов НАТО плюс Швеция проводятся также у берегов Норвегии в Северном море. Одновременно в Эстонии проходят крупнейшие за всю историю страны учения наземных войск «Ёж» (Hedgehog). В Литве учения «Удар молнии» (Lightning Strike) охватывают около 3 тысяч военнослужащих и полицейских совместно с инструкторами из США.  Особое беспокойство белорусских экспертов вызывает политика США, которая стимулирует милитаризацию стран Прибалтики. Приводится следующая статистика: из отчислений оборонного бюджета США в 2015 году 25 млн. долларов выделено на объекты в Эмари (Эстония), более 10 и 13 млн. долларов — на базы ВВС в Лиелварде (Латвия) и Шауляе (Литва). Если в 2014 году военные расходы Литвы составляли 318 млн. евро, то в 2015 произошло их увеличение на треть до 425 млн. евро.

С 5 по 20 июня 2015 г. на территории Польши и стран Балтии планируется одновременно провести четыре масштабных международных учения с участием более 9 тысяч военных. Маневры «Saber Strike», организуемые командованием сухопутных войск США в Европе, пройдут преимущественно на территории Польши, в меньшей степени – в Литве, Латвии и Эстонии. Одновременно на Балтике будут проводиться учения «Baltops 2015» с участием около 50 морских судов, в т.ч. подводных лодок, а также около 30 боевых и специальных самолетов. В рамках проведения учений военно-воздушных сил «Eagle Talon/Ramstein Guard» в воздушном пространстве Польши будут отрабатывать задачи десятки самолетов ВВС США и Канады. Таким образом, во втором квартале 2015 г. на территории Польши пройдут «15 мероприятий боевой подготовки с участием более 10 тысяч натовских военнослужащих».

По мнению белорусских экспертов, постоянная ротация войск НАТО в Польше и странах Балтии, отражает стремление США «не допустить смягчения санкционной политики в отношении России». На этом фоне Беларусь и Россия демонстрируют сдержанность и готовность уйти от обострения ситуации. В частности, одно из главных мероприятий совместной подготовки вооруженных сил Беларуси и России – учение «Щит Союза-2015» будет проводиться на российских полигонах в глубине страны.

Столь масштабное развертывание военных учений в ответ на украинский кризис может открыть новую страницу в истории Альянса. «Русская угроза» в этом контексте – удобный предлог заставить европейские  правительства раскошелиться на новые военные бюджеты. Интерес военно-промышленных комплексов США и стран ЕС к наращиванию вооружений огромен. Сможет ли здравый смысл и прагматизм перешибить лоббистские возможности милитаристов? Это станет понятным в ходе «замораживания» украинского кризиса и восстановления отношений между Россией и Западом.

Тем не менее, даже в США наметилось критическое отношение к внешнеполитическим «достижениям» администрации Б. Обамы. Брукингский Институт (BrookingsInstitution, Вашигтон) – наиболее влиятельный «мозговой центр» Демократической партии представил доклад «Обама – плотник. Президентское наследие по национальной безопасности» (Obama the Carpenter: The President's National Security Legacy). Неспособность президента Обамы «навести порядок» на Ближнем Востоке и «утихомирить» Россию вызвала критику американских экспертов. 44- президент «в стремлении оставить достойное наследие для США шел явно впереди сегодняшних национальных интересов Америки», поэтому его внешняя политика напоминает резкие зигзаги, в которых мало учитываются последствия. Так, добиваясь реализации «Транс - Тихоокеанского партнерства» одновременно он принимает решение об увеличении контингента ВМФ на базах США в этом регионе на 10% и инициирует напряженность в Южно-Китайском море.  

Российская тема на этой неделе интересовала американских экспертов в контексте возможного союза России и Китая. Американский РЭНД Корпорэйшн (RANDCorporation, Санта Моника) в публикации «Насколько крепка российско-китайская “дружба”?» (How Durable Is the China-Russia 'Friendship?')  исследует факторы сближения и расхождения интересов между двумя государствами. При этом ресурсы и потенциал России, как всегда, американские эксперты склонны занижать. Отмечается, что России и Китаю свойственна антиамериканская риторика. Но если «Китай является реально растущей силой», то Россия — уже нет. Особое внимание сфокусировано на том, что оба государства имеют разные подходы к устройству региона Центральной Азии. Россия усиливает влияние через Евразийский экономический союз, что не выгодно Китаю из-за таможенных ограничений. В свою очередь Пекин через Шанхайскую организацию сотрудничества (в которой, по мнению РЭНД, он главенствует) проводит идею суверенитета, безопасности и нерушимости границ. Высказывается мысль, что Китай, хоть публично не осуждает действия России, но не намерен проявлять солидарность, поскольку сам имеет регионы с сепаратистскими настроениями. Россию не удовлетворяет положение «младшего брата» Китая, что в дальнейшем, по прогнозам  американских экспертов, может привести к кризису в двусторонних отношениях.

         

Региону Центральной Азии посвящено на этой неделе также исследование Индийского института оборонных исследований и анализа (Institute for Defence Studies and Analyses, Дели). В ближайшие годы Центральная Азия «вновь станет предметом конкуренции великих держав». Но в отличие от России и Китая, у Индии на данный момент, констатируют эксперты, нет собственной стратегии в регионе. Продвижение своих интересов страна могла бы осуществлять через ШОС  и Евразийский экономический союз, чтобы инвестировать в строительство новых маршрутов транспортировки энергоресурсов в Казахстане. Но Астана «стремится снизить зависимость от «нефтяной иглы», поэтому стоит обратить внимание и на обрабатывающую промышленность. При грамотном распределении инвестиций Индия могла бы стать, по мнению Индийского института, особо привлекательным партнером для Казахстана.

Такой же прагматичный подход используют индийские аналитики, рассматривая пути укрепления экономических связей с Китаем. Строительство новых транспортных маршрутов из Центральной Азии в Индию (примерно совпадающих  с существовавшим раньше маршрутом через Гималаи и синцзянские степи), помогло бы развитию транспортной инфраструктуры Евразии и укрепило бы  экономическое взаимодействие с северными соседями.

Еще один важный вопрос – безопасность, но, как рекомендует Индийский институт, «не стоит проявлять слишком активные действия в урегулировании афганской проблемы, борьбе с ИГИЛ». Для Индии вполне достаточно общей стратегии по взаимодействию с государствами Центральной Азии. Высказывается мнение, что наступил наиболее благоприятный момент для активизации политики в этом регионе, чтобы успеть стать «альтернативным центром силы», «когда великие державы вновь начнут там большую игру».

Исследовательский фонд «Наблюдатель» (Observer Research Foundation, Индия) разместил обзор отношений между Индией и Южной Кореей.  Лидеры двух стран уже говорят об «особом стратегическом партнерстве» в области внешней политики, обороны, торговли инвестиций. Столь тесное сближение с Южной Кореей, по мнению индийских экспертов, особенно важно для успешного проведения политики модернизации всех секторов экономики, начатой правительством Индии. Наиболее перспективные сферы сотрудничества между двумя государствами — кораблестроение, оборона и использование мирного атома. В Делийской группе по разработке политики (DelhiPolicyGroup, Дели) среди актуальных тем можно выделить российско-иорданское сотрудничество в области атомной энергетики, которое оценивается весьма негативно. У индийских экспертов вызывает вопрос, насколько безопасным будет использование мирного атома в Иордании. Кроме того, вряд ли НАТО, с которым у Иордании прочные связи, понравится такой вектор индийско-иорданского сотрудничества.

Также необходимо упомянуть анализ ситуации в Афганистане индийскими экспертами. Там происходят значительные изменения на фоне вывода американских войск. Несмотря на декларацию президента Обамы о «переходе от президентской к парламентско-президентской республике» и «укреплению основ афганской демократии», военная активность талибов существенно возрастает. Отметим, что в связи с концентрацией их военной силы вблизи таджикско-афганской границы, Коллективные силы оперативного реагирования (КСОР) ОДКБ начали проверку боеготовности  в Таджикистане. Усиление напряженности в этом регионе заставляет еще раз серьезно задуматься о необходимости разработки  эффективного Соглашения о системе коллективной безопасности, что подчеркивают индийские эксперты.  

В области межрегионального сотрудничества для Индии наиболее актуальной задачей является заключение Соглашения о зоне свободной торговли с ключевым торговым партнером - Евросоюзом. Индийские эксперты признают, что трансатлантический и европейский трек – приоритетный в системе внешней политики. Даже факт проведения переговоров о Соглашении может быть позитивным сигналом для иностранных бизнесменов и инвесторов, его же отсутствие создает «слишком большие проблемы для страны, сильно интегрированной в мировую экономику».

В фокусе внимания этого обзора оказались не лидирующие темы мировой политики, но те, которые, на наш взгляд, имеют определенные перспективы в международных процессах. Ростки взаимопонимания между Россией и Западом на фоне беспрецедентного разворачивания военных учений и угроз; осознание индийскими элитами миссии Индии и их способность мыслить глобально; усиление международного значения региона Центральной Азии; первые опыты критического анализа внешней политики президента Обамы, которая привела к глобальному перекосу системы равновесия и создала экзистенциальные проблемы мировым игрокам… Пока сложно прогнозировать, какая тенденция возобладает в нашем бурлящем мире – конфронтация или логика взаимопонимания. Мир словно стоит на перепутье.       

Поделиться статьей

Прошедший опрос

  1. У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?
    Восстановление многостороннего переговорного процесса без предварительных условий со всех сторон  
     147 (32%)
    Решения не будет, пока ситуация выгодна для внутренних повесток Ким Чен Ына и Дональда Трампа  
     146 (32%)
    Демилитаризация региона, основанная на российско-китайском плане «заморозки»  
     82 (18%)
    Без открытого военного конфликта все-таки не обойтись  
     50 (11%)
    Ужесточение экономических санкций в отношении КНДР  
     18 (4%)
    Усиление политики сдерживания со стороны США — модернизация военной инфраструктуры в регионе  
     14 (3%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся