Блог Михаила Полянского

Германия — новый гарант безопасности в Европе?

24 Июня 2016
Распечатать

«Обновить диалог, вернуть доверие, восстановить безопасность»

 

Ф.В. Штайнмайер об основных направлениях развития ОБСЕ под председательством Германии

 

С первого дня своего создания в годы холодной войны перед конференцией по безопасности и сотрудничеству в Европе (прообраза ОБСЕ) стояли стратегические задачи, выполнение которых подчас представлялось невозможным. Действительно, такие вопросы, как германское объединение или вывод большей части ядерного арсенала сверхдержав из Европы с точки зрения тогдашних лидеров старого континента, казались чем-то невыполнимым. Однако с подписанием Заключительного хельсинкского акта по безопасности в разгар биполярного противостояния в 1975 году и, чуть позже, с объединением ФРГ и ГДР, утверждение «невозможное возможно» обрело новую грань для всех европейцев. Уже в 1991 году, в весьма турбулентные как для Германии, так и для европейского континента времена, знаменитый немецкий министр иностранных дел Ганс-Дитрих Геншер от лица вновь объединенного германского государства занял пост председателя конференции по безопасности в Европе. И вот, четверть века спустя, в не менее спокойное для Европы время миграционного кризиса и военного конфликта на украинской территории, ФРГ вновь возглавляет самую большую региональную организацию в мире по безопасности, предлагая своё видение для создания и поддержания мира на старом континенте. «Сегодня, в непростое время новых вызовов и нестабильности в Европе, нам как никогда нужна ОБСЕ», — заявил Ф. В. Штайнмайер во время своей первого выступления в роли председателя организации. «Для этого нам необходимо научиться ставить для себя реалистичные цели и находить эффективные пути для их решения. Только так мы сумеем выйти на путь восстановления потерянного друг к другу доверия и обеспечить безопасность на европейском континенте в долгосрочной перспективе», — так завершил  свою вступительную речь второй в истории председатель-немец ОБСЕ.

 

Стоит отметить, что Германия достаточно ответственно подошла к подготовке к роли главного «комиссара по безопасности» в Европе, о чём свидетельствуют многочисленные подготовительные совещания МИДа ФРГ в 2015, которые увенчались финальной встречей 8-9 декабря того же года в Гамбурге (официальной столице ОБСЕ в 2016 году), где и были официально сформулированы те основные цели, о которых говорил Штайнмайер в своей вступительной речи. Таким образом, с точки зрения немецкого внешнеполитического министерства амбициозное намерение «обновления диалога, возвращение доверия и восстановление безопасности» будет возможным при выполнении следующих стратегических задач:

 

·                   обеспечение повсеместного соблюдения прав человека и гражданина,

 

·                   применение единых подходов в мирном разрешении конфликтов,

 

·                   развитие концепции так называемых «циклов конфликта», в которые входят такие стадии как: предупреждение появления конфликтных ситуаций, кризис менеджмент, ликвидация последствий кризиса и т.п.,

 

·                   усиление платформ для диалога между членами ОБСЕ, в частности, тех площадок, где обсуждаются вопросы общеевропейской безопасности.

 

Безусловно, обозначенные цели отвечают как основным принципам организации по безопасности и сотрудничеству, так и основной внешнеполитической линии немецкого правительства, однако, смогут ли заявленные методы действительно позволить достичь упомянутой цели? Стоит задать вопрос и о том, может ли такая страна как Германия, в сегодняшних суровых реалиях миграционного кризиса и противостоянии с Россией, действительно изменить статус-кво в продолжающемся более двух лет конфликте на востоке Украины или, скажем, в Нагорном Карабахе? С повестки дня не уходит вопрос и о том, будут ли влиять обязательства членства ФРГ в североатлантическом альянсе на её деятельность в роли председателя ОБСЕ?

 

Как мы уже поняли, основной задачей немецкой дипломатии в роли ведущего игрока в ОБСЕ будет мирное урегулирование украинского конфликта, который заставил говорить многих экспертов о нём как о самом большом вызове европейской стабильности со времен конца холодной войны. Не перестаёт тревожить Штайнмайера и тот факт, что с периода начала 1990-х годов Европе ещё ни разу не приходилось видеть такое количество военных манёвров, а также столь масштабных морских и лётных учений, в ходе которых российские войска и соединения Западного альянса находились в непосредственной близости друг к другу. Напряжённость отношений между европейскими геополитическими игроками находит своё отражение и в финальных актах и коммюнике совещаний НАТО, в которых отчётливо проявляется тенденция на усиление восточного фланга союза. Одним из решающих шагов в направлении эскалации конфликта может стать варшавский саммит глав членов североатлантического альянса в июле 2016 года, на котором, по некоторым данным, планируется утвердить создание постоянных военных частей блока в прибалтийских государствах. Тем временем, российская сторона отмечает, что данный шаг был бы грубым нарушением соглашения Россия-НАТО 1997 года и финального акта саммита ОБСЕ в Стамбуле 1999 года, где было закреплено, что альянс не будет дислоцировать постоянные военные части в непосредственной близости российских границ. Безусловно, постоянные военные маневры в непосредственной близости к российским рубежам, увеличение военных поставок в приграничные России государства вряд ли можно назвать шагами по созданию «доверия в Европе», что было подтверждено и в комментарии лидера немецкой дипломатии по поводу надвигающегося саммита НАТО. Данный шаг противоречит основной цели ОБСЕ, так как расширение военного контингента в Европе мало согласуется с «созданием единой и непрерывной полосой безопасности от Ванкувера до Владивостока», как заявлено в уставе организации. Это понимает и действующий председатель ОБСЕ, однако в сложившихся условиях, Штайнмайер вряд ли в одиночку сможет удержать своих коллег от окончательного «скатывания» в риторику блокового мышления. Тем не менее, 22 июня 2016 года в Бундестаге, на сессии нижней палаты немецкого парламента, посвященной 75-ти летию нападения фашисткой Германии на Советский Союз Штайнмаер в очередной раз заявил: «Оглядываясь назад, мы должны помнить, что мир на европейском континенте может быть только с Россией, а не против неё».

 

В свою очередь, мы должны не упускать из виду, что ОБСЕ продолжает играть одну из самых важных ролей по поддержанию мира и безопасности в Европе. Трудно себе представить, чтобы представителям какой-либо другой региональной организации так оперативно удалось создать наблюдательную группу для мониторинга конфликта на Украине. Рабочими группами ОБСЕ проводится интенсивная работа на месте по контролю за исполнением заключенных нормандской четверкой в Минске соглашений, получивших название «Минск I» и «Минск II». В целом можно сказать, что с конца 1990-х годов организация показала свою самостоятельность в решении региональных и трансграничных конфликтов на европейском континенте. Не последнюю роль в этих процессах играла Федеративная Республика Германия, постепенно набирая политический вес как региональный и глобальный игрок. Немецкая дипломатия приложила большие усилия по контролю за вооружением в Европе, была заметна её роль и в работе ранее упомянутой нормандской четвёрки, однако вопрос о том, сможет ли председательство Германии в ОБСЕ кардинальным образом изменить статус-кво в Европе и обеспечить создание непрерывного пояса стабильности «от Ванкувера до Владивостока», остаётся, к сожалению, пока нерешенным.

Поделиться статьей

Текущий опрос

У проблемы Корейского полуострова нет военного решения. А какое есть?

Прошедший опрос

  1. Развиваем российско-китайские отношения. На какое направление Россия и Китай вместе должны обратить особое внимание?
    Необходимо ускорить темпы евразийской интеграции в рамках сопряжения ЕАЭС и «Одного пояса — одного пути»  
     71 (28%)
    Развивать сферу двусторонних экономических отношений и прикладывать больше усилий для роста товарооборота между странами  
     71 (28%)
    Развивать гуманитарные связи, чтобы народы обеих стран лучше понимали друг друга  
     45 (18%)
    Создавать новые двусторонние политические механизмы для более тесного политического сотрудничества  
     32 (13%)
    Повысить эффективность координации действий в многосторонних международных организациях  
     30 (12%)
    Ваш вариант (в комментариях)  
     3 (1%)
Бизнесу
Исследователям
Учащимся